Квинт

Март Артём

Отбор состоял из ряда сложных испытаний, на силу, ловкость и выносливость. Благо, мой настоящий папа, хоть он убийца и подонок, дал мне отличную физическую подготовку, и что еще важнее, умение развивать свое тело.

У меня было целых семь лет на то, чтобы превратить тушку хиленького Ильи Минина в тело, достойное души демона Квинта, хоть и по человеческим меркам, конечно. Как бы мне ни мешал мой человеческий папка, я смог достигнуть отличных результатов в физподготовке. Так что испытания я прошел успешно.

Конечно, корпус давал рекрутам

главное — бич демонов, таинственное оружие, способное окончательно умертвить любого высшего игмарита (а эти заразы умеют, между прочим, перерождаться после смерти). Что такое, этот бич я не знал. Какими свойствами он обладал — я не знал. Знал одно — бич единственное оружие, которым пользовались флагелляторы, и пользовались им чрезвычайно успешно. И это единственное, что меня интересовало. В корпусе я не задержусь надолго.

Мы с Наташей вошли в холл, я осмотрелся. Рекруты общались, сгруппировавшись в небольшие кучки. Кто-то напряженно обсуждал предстоящее построение, другие смеялись и весело шутили. Было ясно, что смех скорее нервное. Очень уж чувствительные существа эти люди. Ограждают себя от стресса, как могут. А кого я обманываю? Я не так далеко от них ушел.

Внезапно я наткнулся на враждебный, агрессивный взгляд. Это был Андрей. Он стоял, опершись о стену, скрестив руки на груди. Он зашевелил губами, сказал что-то высоким, крепким парням, окружающим его.

Их было двое, оба синхронно уставились на меня. Один высокий, поджарый и широкоплечий, уставился на меня. Когда Андрей в очередной раз сказал что-то, высокий кивнул бритой налысо головой. Его маленькие бесцветно-серые глаза пристально смотрели на меня.

Второй, пониже, но и покрупнее, повернул крупную ушастую голову. Большие глаза карие глаза также не отрывали от меня взгляд. Мясистые губы сжались. Здоровяк поправил реденькую челку черных коротк остриженный волос, вытер вспотевший лоб.

На этих двоих я не обращал особого внимания. Я пристально смотрел на Андрея. Стало ясно, что он серьезно закусил удила. Так, просто просто не оставит то, что я сделал на локомотиве. Постарается вернуть свой авторитет, и даже дружков привлек. Ну ладно, пусть только сунуться ко мне.

Я сконцентрировался на взгляде Андрея. Зыркнул так, что он даже потерялся на мгновение. Его зрачки забегали.

— Куда это ты так смотришь, Илья? — спросила Наташа, проследив за моим взглядом, осеклась, — не стоит, не затевай с ними драку, — просительно сказала она.

— А я и не затеваю, — ответил я, не отрываясь, — что б я? И драку? Да я самый мирный человек на свете, — не улыбаясь проговорил я.

Андрей оторвался от стены, опустил руки. Его кулаки были сжаты. Вся троица двинулась ко мне.

Я почувствовал, что моя концентрация достигла нужного уровня. Зрительный контакт с Андреем не потерян. Я готов.

— Обосрись, — холодно сказал я.

Андрей, конечно же, не обосрался, он все также приближался плечом к плечу со своими дружками.

— Что? — Наташа удивленно взглянула на

меня.

— Ничего, — ухмыльнулся я, — это я чихнул.

Она удивленно раскрыла глаза.

— Ну, тогда будь здоров, — растерянно проговорила она.

— Спасибо, — холодно сказал я

Мои силы не работали на людей. Я многократно пробовал магию подчинения на людях, каждый раз с одним и тем же результатом. Правда, попыток я не оставлял. Надеялся, что это сработает рано или поздно, ох, как бы это выручило меня в жизни.

— Они идут сюда, — проговорила Наташа, — надеюсь, ты…

— Я вижу, — холодно ответил я, — сейчас будут давить на меня. Попытаются унизить. А в будущем — избить. Андрюшенька оказался очень обидчивым.

— Может, — растерянно начала Наташа, — позвать дежурного?

— Нет. Встань позади и не встревай в разговор.

Она не ответила, но послушалась, отстранилась за спину.

— Ты слышал, — нарочито громко начал здоровяк, — что чем херовей род, тем дряннее бич полагается флагеллятору.

Рекруты обратили на нас внимание, оживились. Пристально уставились.

— Тогда этому, — высокий кивнул на меня, — надо дать бычий кнут, коров гонять, у его папы Минина, как раз фермы.

— О-о-о-о, — я улыбнулся так мерзко, как мог, — старый знакомый, а это кто с тобой? Дружище, — я взглянул на здоровяка, — а как ты в форму то влез? Ты смотри не приседай слишком глубоко, штанишки порвешь.

— Че сказал?

— Тихо, — я показал ему ладонь, в останавливающем жесте, — я знакомлюсь с остальными, — холодно сказал я, — не встревай. Лучше последуй моему совету.

Вся троица удивленно посмотрела на меня. Здоровяк смешно выкатил глаза. Я не ожидал никакого физического воздействия. Знал, что в корпусе они не решатся. И все же, был готов. Рефлексы демона были также остры и в этом теле. Их несложно было развить. Не хватало физической силы, но я легко компенсировал это скоростью.

— А ты, дылда, — дружелюбно улыбнулся я, — шутишь, как моя бабушка. Видать, всю голову об потолки оббил, с таким-то ростом.

— Ты нарываешься, — злобно проговорил он.

— Я? — я ответил так холодно, что он растерялся, — ни я к вам подошел, и ни я провоцирую на ссору.

— Это ты-то не провоцируешь? — Поднял голос Здоровяк.

— Я отвечаю равнозначно, — я зыркнул на него так, что он занервничал. Угости меня пайком, и я отплачу тем же.

— Мы хотели поговорить, — начал Андрей.

— Мы разговариваем, — взглянул на него я.

— Нет. Не здесь. Серьезный разговор. Вечером. Когда кончится построение. Приходи по этому адресу. Один.

Андрей протянул мне крохотную записку. Я взял.

— Это касается чести рода.

— Как вы можете говорить о родовой чести, — я не отрывал взгляда от глаз Андрея, — когда не уважаете чужую часть?

Он не ответил, только зло посмотрел на меня.

— Ты нам неровня. Тебе оказана честь уже только тем, что я тебя вызываю, — холодно проговорил Андрей.