Квархелион
Шрифт:
— Дык ты ж сам предложил!.. — начал Жерон, но осекся, вновь увидев сумасшествие в молодых глазах спутника.
— Иди, вылови чего ни будь поесть!
— Так припасов полно же! Да и охотишься ты лучше... — Но свирепый взгляд остановил старика. — Ладно, уже иду.
Полянка, на которой расположились беглецы была на приличном отдалении от огромной сточной ямы, но вонь чувствовалась и тут. Парень сплюнул и начал готовить костер.
Жерон смог добыть зайца и после сытного ужина решили не готовить ночлег, а идти дальше.
— Вонища стоит такая, что я не усну. — Коля скривился и, не оглядываясь на уставшего деда, уверенно пошел по лесной тропе дальше.
Путь их лежал в
Лесная тропа вилась между деревьев, иногда на пути людей попадались селения фэров, но их обходили третьей дорогой — друзей в поселениях быть не могло, а задерживаться никак нельзя. Но не все было гладко.
— Жерон, давай быстрее, чего ты там топчешься? — Вопрос парня застал деда за рассматриванием кустов, располагавшихся по-над дорогой метрах в ста впереди. Очень удобное место для засады.
Это старик попытался объяснить Николаю, но тот лишь отмахнулся:
— Да чего ты боишься? Я и один их всех покрошу, да и нет там никого!
Но, тем не менее, арбалет взвел.
До кустов оставалось пара метров, и мальчик уже расслабился, когда из ближайшего куста выскочил грязный человек с копьем. Коля отреагировал мгновенно.
Арбалет отброшен — не успел бы применить. Копье в руках человека было больше похоже на кобру: металось из стороны в сторону и стремилось ужалить-ударить в сердце, в шею, ударить по руке и выбить меч.
Бой происходил, как в замедленной съемке: копье летит в горло — мальчик приседает на полусогнутых и делает выпад в голый живот противника. Копейщик отпрыгивает (как только успел), подпрыгивает, и копье несется в живот парня. Коля плавно уводит кобру-копье в сторону. Новый выпад полуторного клинка, в этот раз в ноги. Брызги крови. Противник припадает на одно ногу и гибнет — лезвие меча обратным движением рассекает горло странного человек. В то же мгновение Коля чувствует страшную боль правом в боку. Он опускает глаза и видит наконечник копья — еще один противник, ударил в спину, копье прошло насквозь прямо под ребрами.
Волна боли накрывает мальчика, но в забытье его не пускает новая волна непередаваемых ощущений — разочарование, обида на собственную глупость, он проиграл. Но в следующее мгновение все посторонние мысли вытесняет безумная ярость, ненависть ко всему миру — никто не может помешать его миссии, тем более какой-то полуголый абориген!
Счетчик тикает в последний раз.
В этот миг померкло само местное солнце — Коля-землянин умер. Родился безумный убийца, который не остановится не перед чем, миссия должна быть выполнена!
В этот миг волосы парня посидели, он постарел на пару десятков лет. По земле к убийце прошла волна силы, сжигая все вокруг него на двадцать метров до черного песка. Сила прошла по телу, и из правой руки Николая сорвалась плеть из чистейшего пламени. Взмах руки и застывший от страха и адской боли голый копейщик испепелен. Теперь о месте сражения напоминала лишь полоса кипящего черного стекла, разделяющая черный круг на две половины.
А по тропе к своей цели стремится сумасшедший. Без усталости, без эмоций, без имени, без души. Копье в, уже закрывшейся, ране сгорело вместе с волосами и одеждой убийцы. А его самого совсем не волновало, что он остался без вещей, как и не волновало, куда делся его верный спутник.
***
Наша, внушающая благоговейный трепет, ну или просто ужас, троица вышла из города на следующее
Прихватили два походных набора, гору продуктов и коня для Крота. У рыцаря все необходимое было с собой: латы, меч, список закончен.
На наивный вопрос «а что ты есть будешь?» он молча кивну на наши сумки, а потом на нас. Из чего я понял: мы должны беречь продукты или он съест нас.
Ни смотря на веселое свечение глаз гиганта, словам я вник и решил лишний раз не рисковать.
С рассветом странная троица все-таки покинула город, чуть не вышибив закрытые ворота. Просто первым бежал Безликий, а за ним уже я на ящере и Крот на коне. Стражникам повезло, скорость была приличной, но ворота открылись вовремя и казенное имущество не пострадало.
Дорога вела нас через лес в столицу фэров, и если очень повезет, мы сможем догнать Колю и объяснить что к чему. Привалов не делали, ели не останавливаясь. Рассчитывали ехать и ночью — на тропе появился четкий след двух путников. Но вечером наше везение закончилось. Виновник — погода. Начался ливень, смыло все: следы беглецов, мусор с тропы, землю с тропы, а потом и нас. Конечно, все было не так критично, но идти дальше было невозможно, удобная тропинка превратилась в натуральное болото. К тому же природа имела наглость разместить немного впереди нас возвышенность и не менее наглая водичка несла грязь сверху-вниз. То есть на нас.
Спасались от потопа на дереве, благо лес древний и могучие исполины имели не менее могучие ветви, которые не только нас выдерживали, но и часть воды не пропускали, таким образом, нас и не смыло. Мужики мы крупные, а Перун вообще напоминает маленький танк не только по виду, но и по весу, по этому-то два мокрых пугала и груда металла (я надеюсь, Безликий этой записи никогда не увидит) на одной ветке не могли поместиться.
Кстати коня разведчика смело в первые же секунды бедствия, сам он чудом успел спрыгнуть, а мой капер пропал без вести: он сразу как-то хитро подпрыгнул и вышвырнул меня из седла прямо на ветку дерева. Что с ним было дальше — не знаю, свою жизнь спасал. Расположились на разной высоте, рыцарь — почти над самой землей метрах в пяти от оной, Крот — в паре метрах над ним, а я еще чуть выше обмотался вокруг скользкого бревна-веточки. Для надежности привязался веревками. Я уже собирался уснуть, что в этом гуле проблематично, но тут заметил очень внимательный взгляд двух сверкающих глаз сверху. Я опустил глаза вниз — там еще одна пара адских огоньков. Потом на соседнем дереве зажглось еще четыре фонарика. Я посмотрел вниз на белого, который и во мраке леса и в дождь оставался отлично виден из-за белизны доспеха, громила взглянул на меня. Он качнул головой и закрыл глаза.