Кусочек рая

Феррарелла Мари

Однако чувство это немедленно испарилось, когда он обнаружил, что кровать пуста. Он позвал Аманду, но не услышал в ответ ни звука. Пирсу понадобилось еще несколько секунд, чтобы понять, что она сбежала.

Мысленно проклиная Аманду и себя самого за то, что он принимает ее исчезновение так близко к сердцу, Пирс быстро натянул джинсы и сунул ноги в кросовки. Схватив бумажник и ключи, он засунул в карман, словно талисман, разорванные трусики Аманды, которые нашел на полу в гостиной, и выбежал за дверь, захватив в последний момент упаковку яиц из холодильника.

Войдя

в дом Аманды, Пирс заставил себя умерить гнев. Он не хотел, чтобы Аманда считала, что значит для него нечто большее, чем минутное увлечение, потому что это было не так.

– Я кое-что принес тебе. – Он протянул ей коробку яиц, стараясь не выдать голосом ни гнева, который до сих пор испытывал, ни странного чувства, что его предали, которое испытал, проснувшись и не найдя рядом Аманды.

Глупо было чувствовать себя подобным образом, и Пирс прекрасно понимал это. Черт побери, он находится здесь только потому, что Аманда оказалась прекрасной любовницей, и Пирсу не хотелось, чтобы все закончилось так быстро. Когда она надоест ему, он сам даст ей знать об этом. Это будет довольно скоро. Но не сейчас.

Это решение немного успокоило Пирса.

Он открыл крышку коробки, и Аманда увидела шесть крупных куриных яиц.

– Можешь использовать их для завтрака, а можешь швырять о стенку, чтобы дать выход тем эмоциям, которые владели тобой, когда ты сбегала ночью из моего дома. Только не надо бросаться ими в меня.

Аманда протянула руку к коробке.

– Сувенир на память? – улыбнувшись, спросил Пирс.

– Что?

Пирс указал подбородком на руку Аманды.

– Ты держишь в руке мои трусы.

Аманда посмотрела на кусочек голубой материи так, словно видела его впервые.

– Я… мне нечего было надеть, – запинаясь, произнесла она, ненавидя себя за охватившую ее нерешительность. – Мои ты порвал.

Она почувствовала, как краснеет. После того как они занимались любовью на полу его дома, Аманда краснела перед Пирсом, как глупая школьница. Но теперь, когда страсть ее утихла, она действительно была очень смущена.

– Что ж, давай меняться. – Пирс засунул руку в карман джинсов и вытащил оттуда кусочек разорванной материи, который Аманда забыла впопыхах, убегая из его квартиры. – Конечно, это не совсем хрустальный башмачок, но мне любопытно посмотреть, придутся ли они тебе по размеру.

– Придутся, не сомневайся в этом, – прошипела Аманда сквозь стиснутые зубы.

Она сунула Пирсу в руки его голубые трусы и взяла принадлежавший ей крошечный кусочек шелка, стараясь держаться с достоинством, насколько это было возможно в подобной ситуации.

– Итак, – сказал Пирс, указывая на коробку с яйцами. – Что же это будет, Мэнди? Завтрак или оружие? Если мне можно высказаться, я предпочел бы завтрак.

Глаза Пирса скользили по телу Аманды. Под распахнутым халатиком на ней была трикотажная футболка, давно потерявшая цвет и форму от множества стирок. Почему же тогда, черт побери, она снова кажется ему такой соблазнительной?

– Я голоден, – добавил

он.

Аманда со вздохом протянула руку за коробкой.

– Что ж, придется приготовить завтрак.

Пирс слегка обнял ее за плечи и развернул в сторону кухни.

– Прекрасный выбор.

– Нечего тут командовать, – сказала Аманда, пытаясь сбросить руку Пирса.

– Я знаю, – сказал он, не убирая, однако, руки.

Аманда положила коробку на кухонный стол.

– Прошлая ночь не имеет никакого значения, – решительно произнесла она.

Пирсу очень хотелось бы с этим согласиться. Он тоже не хотел, чтобы проведенная с нею ночь что-то изменила в его жизни. Конечно, это вовсе не значило, что он собирался так быстро прервать их связь.

– Мы, кажется, испачкали ковер в моей гостиной. – Пирс улыбнулся покрасневшей от смущения Аманде. Он и не думал, что в наши дни женщина в ее возрасте способна краснеть. – Так что моя репутация завзятого чистюли изрядно пострадает.

– Ты ведь не воспринял все это серьезно, Пирс?

Он заметил, что Аманда перестала называть его по фамилии, и сам не знал, нравится ему это или нет. Он не хотел, чтобы Аманда привязалась к нему. Последнее, что ему нужно было в этой жизни, это привязавшаяся к нему женщина, даже такая, как Аманда, которая вела себя как дикая кошка в постели и, несмотря на это, была настоящей леди.

– Единственное, что серьезно в этой жизни, это смерть, Мэнди. Все остальное…

Пирс равнодушно пожал плечами, но голос его почему-то дрогнул.

Аманда снова вздохнула и покачала головой, доставая из шкафа большую сковородку. Взвесив ее на руке, Аманда поставила сковороду на конфорку, хотя на самом деле ей хотелось использовать ее совсем в других целях.

– Твои желания можно прочесть по глазам, – улыбнулся Пирс, опускаясь на стул.

23

Аманда достала из холодильника пачку маргарина, положила кусочек на сковородку и несколько секунд наблюдала, как он плавится, прежде чем поднять глаза на Пирса.

– И что ты хочешь получить на завтрак? – поинтересовалась она.

«Я хочу тебя», – подумал вдруг Пирс, но тут же отогнал эту мысль. Ему никогда раньше не хотелось так быстро снова заняться любовью с одной и той же женщиной. Так почему же этот раз должен стать исключением?

– А как насчет продолжения истории Аманды Фостер? – спросил он неожиданно для самого себя. – Почему ты убежала от меня ночью?

Глаза Пирса словно сверлили Аманду в ожидании ответа. Она специально повернулась спиной, чтобы не видеть их, и полезла в холодильник за молоком.

– А я и не знала, что существуют правила этикета на этот счет, – сказала она. – В книге Эмили Пост нет ничего о том, как вести себя наутро после интимной близости, а практики у меня немного. – Аманда положила на стол батон хлеба. – Извини, если вела себя не по правилам.

Пирс уцепился за ее ответ и выудил у Аманды информацию, которую она вовсе не хотела ему сообщать.