Курс чудес

Тетфорд Вильям

7. Разве возможно оценить подателя такого дара? Разве ты обменяешь этот дар на что–либо еще? Он возвращает в твою память законы Божьи. И просто помня их, ты забываешь о законах, державших тебя в тисках страданий в горниле смерти. Подобный дар тебе даруется не телом брата. Завеса, что скрывает дар, скрывает и его. Он, сам о том не ведая, и есть тот дар. Не ведаешь о том и ты. Тебе, однако, надо верить, что Тот, Кто видит дар в тебе и в твоем брате, его предложит и получит за вас обоих. А через видение Его и ты увидишь этот дар, и через понимание Его узнаешь и полюбишь

его как свой собственный.

8. Утешься и почувствуй, как Дух Святой печется о тебе с любовью и совершенной верой в то, что Он видит. Он знает Сына Божьего и разделяет убежденность его Отца, что вся вселенная покоится в сохранности и мире в добрых его руках. Теперь давай подумаем, что ему предстоит постичь, дабы он разделил доверие к себе его Отца. Кто он такой, если Творец вселенной должен отдать ее ему и знать, что она — в полной безопасности? Он сам не видит себя таким, каким знает его Отец. Немыслимо, однако, чтобы доверие Отца оказывалось недостойному.

VI. Храм Святого духа

1. Смысл Божьего Сына заложен исключительно в его взаимоотношениях с Творцом. Будь его смысл в чем–либо другом, он бы зависел от случайности; но ведь другого ничего и нет. Их взаимоотношения вечны и исполнены любви. И тем не менее Сын Божий придумал святотатственные отношения со своим Отцом. Его реальные взаимоотношения — абсолютное единство, ничем не нарушаемая непрерывность. А отношения, созданные им, предвзяты и эгоцентричны, и фрагментарны, и преисполнены страха, взаимоотношения, сотворенные его Отцом, объемлют всё и продолжают себя. А отношения, придуманные Сыном, самоубийственны и самоограничительны.

2. Нет лучшей иллюстрации контраста между ними, нежели опыт как святых, так и порочных отношений. Первые обоснованы любовью, на ней покоятся безоблачные, безмятежные. Тело в них не вторгается. Любые отношения, в которых появилось тело, основаны на идолопоклонстве, а не любви. Любовь всегда стремится быть знаемой, полностью понимаемой и разделенной. У нее нет секретов и глубоко хранимых тайн. Любовь приходит в обрамлении солнца спокойная и с широко раскрытыми глазами, с приветливой и безмятежною улыбкой, столь очевидной и простой, что ее невозможно понять превратно.

3. А идолы не соучаствуют ни в чем. Идолы принимают, но никогда и ничего не возвращают. Они не в состоянии любить, но могут быть любимы. Они не понимают им предложенного, поэтому любые отношения, в которых появились идолы, теряют смысл. Влеченье к идолам сделало любовь бессмысленной. Они живут, таясь и ненавидя белый свет, счастливые в телесной тьме, где могут скрыться и скрыть с собою вместе свои секреты. У идолов нет отношений, поскольку они никому не рады. Они не улыбнутся никому, а улыбающихся им они не видят.

4. Любовь не знает затененных храмов, где в мрачной глубине, вдали от солнца, вершатся тайные мистерии. Любовь ищет не власти, а взаимоотношений. Тело же есть выбранное эго орудие, чтобы снискать власть через взаимоотношения. И отношения эго должны быть порочными, коль скоро оно не в состоянии видеть, что они такое. Эго

ищет взаимоотношений всецело ради их даров, на коих процветают его идолы. А всё остальное эго просто отвергает, поскольку всё, что отношения могут предложить, оценивается как ничего не стоящее, бездомное эго стремится разместить своих идолов в возможно большем числе тел, так учреждая в них свою церковь.

5. Храм же Святого Духа — не тело, а взаимоотношения. Тело есть чуждое вкрапление тьмы, тайная комната, ничтожное пятно бессодержательной мистерии, бессмысленная ограда, надежно охраняемая и в свою очередь скрывающая ничто. Именно здесь порочные отношения ускользают от реальности и собирают крохи, поддерживая жизнь, которая в них еле теплится. В порочные отношения эго втягивает своих братьев и так удерживает их в своем идолопоклонстве. В теле оно "сохранно", поскольку в тело не придет любовь. Дух же Святой своих церквей не строит там, где нет любви. Разве Тот, Кому виден лик Христа, избрал бы своим домом единственное во всей вселенной место, где лик Христа не виден?

6. Ты неспособен сделать тело храмом Святого Духа, и никогда оно не станет престолом любви. Тело — дом идолопоклонника и место порицания любви. Именно здесь любовь становится пугающей и кажется покинутой надежда. И даже чтимые здесь идолы кутаются в тайну и отстраняются от почитателей. Подобный храм не посвящен ни отношениям, ни возвращению. Здесь "тайна" разделения воспринята с благоговением и чтится свято. Всё нежеланное для Бога здесь от Него хранится в полной "безопасности". Но ты не понимаешь одного: всё, что тебя пугает в твоем брате, чего ты не желаешь видеть в нем, и делает Бога страшным и неведомым тебе.

7. Идолопоклонники всегда будут испытывать страх перед любовью, ибо для них нет ничего страшнее близости любви. Только позволь любви приблизиться, не замечая тела, (что несомненно она и сделает) как тотчас же они со страхом ретируются, почувствовав, как основание их храма, казавшееся им столь прочным, колеблется, уходит из под ног. Мой брат, и ты трепещешь с ними вместе. Но то, чего ты так боишься, есть провозвестник избавления. Подобное мрачное место — тебе не дом. И храму твоему ничто не угрожает. Ты более не идолопоклонник. Святого Духа цель покоится в твоих взаимоотношениях, а не в теле. От тела ты избавлен. Там где ты есть не появиться телу, поскольку Дух Святой там основал свой храм.

8. Во взаимоотношениях нет никаких градаций. Либо есть отношения, либо их нет. Порочные взаимоотношения — вовсе не отношения. Они — лишь состояние изоляции, воспринимаемое не тем, что оно есть. И только. В тот миг, когда вдруг показалась выполнимой безумная идея обращения твоих взаимоотношений с Богом в порочные, все твои отношения утратили свой смысл. В это порочное мгновение родилось время и были созданы тела, чтобы принять эту безумную идею и ей придать иллюзию реальности. Теперь, казалось, у нее есть дом, который просуществовал во времени недолго, затем пропал. Разве что–либо способно приютить подобную, противоречащую реальности идею долее чем на миг?