Курьер. Дилогия
Шрифт:
Прозвучал короткий сигнал, лампы вспыхнули ярким светом, на мгновение ослепив меня, парень двинулся ко мне, поигрывая мышцами и сжимая кулаки, его губы растянулись в жестокой ухмылке, он уже предвидел и предвкушал исход, и что самое мерзкое ему это нравилось...
"Мразь..." - возникло в голове наиболее точное определение, подходящее для него. Я устало заглянул ему в глаза, машинально подивился той безграничной тупой злости и жестокости, которые бурлили и кипели в них, и окончательно решил его судьбу. Моя рука выстрелила ему навстречу с молниеносной скоростью, пальцы сложились щепотью, я ощутил лёгкий толчок, сопротивление живого тела, услышал хруст ломающихся хрящей и косточек и рванул руку обратно на себя. Парень секунду стоял, в его глазах не исчезало удивлённое выражение,
– Если она, конечно, ещё жива и вообще когда-либо существовала в природе, в конце концов технологии клонирования шагнули далеко вперёд и достигли невероятных результатов...".
– Это... неожиданно!
– взорвался динамик радостным и донельзя удивлённым голосом "Дедушки".
– Господа, представьте себе: бой окончен! Так быстро и так... эффектно!
Аудитория взорвалась аплодисментами, а я согнулся в три погибели, терзаемый жестоким приступом кашля, упёршись руками в колени, я незаметно для всех стрельнул глазами по сторонам, выясняя обстановку. Насколько я успел рассмотреть, проход в энергетическом поле не закрывался ничем, а это значит, что там наверняка стоит охрана или что похуже. Выхода из клетки в прямом смысле этого слова не существовало, решётка была монолитной и лишь в отдельных местах имела замки-псиграммы, которые от голограмм отличаются лишь тем, что им необязательно существовать в материальном виде, особый пси-сигнал, и ваше сознание вам с лёгкостью нарисует перед глазами картинку, что впереди глубокий обрыв скалы, а внизу бушует море, сверкают клыки скал, и чайки кричат свои песни, когда на самом деле перед вами будет ровная и прямая дорога с ограждением. Уверенность в том, что это непременно замки-псиграммы, сложилась у меня после того, как я отметил подсознанием несуразицу вошедшего культуриста: он не открыл дверцы, которой вообще не было, не приподнял клетку, а просто протиснулся через прутья, раздвинув их. Казалось бы, где здесь несуразица, ведь парень вполне возможно был силён как бык, но отчего же прутья сразу же выпрямились обратно, и тем более вы думаете, что это так просто - согнуть прут из алюминия-8 - я уже успел пощупать и прикинуть крепость и марку металла - толщиной в три-четыре пальца.
– Экземпляр!
– хлестнул меня по ушам раздражённый ненавистный голос "Дедушки".
– Как ты смеешь не слушать наш голос?! Как ты смеешь не обращать внимания на нашу благословлённую Триединым речь?! В наказание мы повысим частоту излучения...
– Нет!
– мой вопль, вырвавшийся из самых глубин организма, едва не зашатал помост, на котором стояла клетка.
– Не надо, прошу вас!
– Умоляй нас, Экземпляр!
– донеслось до меня гадкое.
– Встань на колени и умоляй нас об этом!
У меня дыхание перехватило от услышанного, и в голове суматошным потоком заметались мысли... На колени?!
– На колени, Экземпляр!
– прогавкал голос, и волна всесокрушающей боли обрушилась на меня со всех сторон.
Я не успел подготовиться, моё слабое сопротивление было моментально смято и отброшено в уголок сознания, адская боль, от которой нервы горели, плавились и рвались на кусочки клеточки тела, растерзала меня и швырнула на колени. Я задыхался, но дышать было больно, я стискивал зубы, но они едва не крошились, дёсна ныли и кровоточили, мозг горел, а руки ломало, корёжило и выворачивало в суставах...
– Умоляй нас, Экземпляр!
– вестником смерти протрубил голос "Дедушки" у меня над головой.
– А-а-а-а, - закричал я во весь голос не сдержавшись, сознание едва не гасло, тело уже не слушалось, я с трудом удерживался на коленях, глаза вылезали из
– Прошу вас!..
– Новый приступ боли и кашля вывернул наизнанку мои лёгкие, и изо рта у меня ручейками хлынула кровь.
– Умоляю, прекратите!
Боль исчезла столь внезапно, что я испугался будто уже умер. Впрочем, нет, как утверждают все мои знакомые патологоанатомы, на том свете человека уже не мучает боль прошлой жизни, а поскольку так хреново мне никогда не было, значит я к сожалению всё ещё был жив. Не самая лучшая новость, учитывая моё состояние.
– Это поразительно, господа, - проговорил динамик спокойным голосом.
– Мы просим вас отметить, что Экземпляр некоторое время подвергался воздействию максимальной частоты излучения, однако смог его выдержать и перенести в отличие от всех остальных подопытных. О чём это говорит, господа? О том что выбор Предиктора правилен, и Экземпляр действительно оказался весьма крепким? Или это говорит о том, что нужно повысить порог максимального уровня излучения? Сложный вопрос, господа...
– Ну, с-сука, ты у меня точно сдохнешь, - прохрипел я, заваливаясь на бок и отхаркивая кровь пополам со слюной, сочившуюся из пересохшего горла.
Лёгкие, мозг, каждая вена, артерия, каждый нерв, каждая клеточка тела горели и плакали, терзаемые нестерпимой болью, руки дрожали так, что мне на них было страшно смотреть. Всхлипнув и шмыгнув носом, из которого тоже кстати тоненьким ручейком сочилась кровь, я провёл рукавом рубашки по глазам, поморгал, пытаясь убрать пелену, после чего стиснул зубы, собрался, опёрся руками о пол клетки и начал потихоньку вставать. Голова закружилась сразу же - давление в кровеносной системе ещё не выровнялось, и из-за его скачков мне приходилось туго, однако я упорно пытался встать.
– Уберите тело проигравшего, - распорядился голос, - и пригласите следующего претендента на бой.
Негромкий лязг, клетка ощутимо содрогнулась, я пошатнулся и едва не упал, краем глаза заметив, как под телом культуриста вдруг обрисовался чёткий контур квадратного люка, вот он распахнулся, и тело бесшумно обрушилось вниз, тоненькими струйками стекла натёкшая кровь, после чего люк захлопнулся, его контуры померцали и... исчезли, прошла секунда-другая, и даже я уже не смог бы определить, где он находился. Я тупо поморгал - ассоциативное мышление из-за длительного болевого шока работало слабо - а ну вдруг откроется такая вот штука ещё и подо мной. Вот будет радостей полный вагон, особенно в таком моём состоянии.
– Господа!
– восторженно рявкнул динамик.
– Сейчас состоится бой на выход в полуфинал! Прошу вас, делайте ставки! А всем остальным мы напоминаем, что победитель полуфинала удостоится чести сразиться с многократным чемпионом Арены в финальном поединке и сможет либо претендовать на титул чемпиона и Золотой пояс с поощрительным призом, либо на уникальную возможность умереть от его руки! Аплодисменты, прошу вас!
Волна аплодисментов чуть не сбила меня с ног, когда я пытался подняться, держась руками за прутья клетки. "Один-единственный шанс, - подумал я.
– Один-единственный шанс отсюда вырваться наступит прямо тогда, когда в клетку войдёт ещё один боец, потом ничего другого не останется кроме билета в один конец. Надеюсь, там внизу котлы перед моим визитом помыли, почистили, дровишек свежих подкинули? Попариться пару тысяч лет, пожалуй, не помешает - давненько я в баньке не был...".
Освещение мигнуло, и я услышал лёгкие шаги следующего претендента, собрался с мыслями и сконцентрировался; тело ныло и стонало, умоляя дать ему отдых; кровь капала изо рта и из носа, пачкая и уродуя и пол, и мою любимую рубашку; голова кружилась так, что меня крутило и швыряло будто на карусели; печень, селезёнка, почки работали через силу, истерзанные и подавленные жестокими болевыми импульсами; я задыхался, и кашель терзал мои бронхи. И вот в таком состоянии на коня и с шашкой на танки?! Увы, другого ничего нет, придётся работать с тем, что есть. Ох, чтоб им в космосе раствориться, вдобавок и активатор забрали!..