Купол
Шрифт:
Молодой человек недоверчиво хмыкнул. Кайли, и не думавшая отодвигаться, вдыхала его запах, запах его кожи. Тоби поднял взгляд от затейливых внутренностей локатора. Глаза у него были светло-голубые. Ирисовые радужки, окаймленные черным.
— Странная ты девчонка.
— Согласна.
— Люблю таких.
— Там, откуда я родом, почти все мужчины импотенты, — брякнула вдруг Кайли.
— Да ну? Она кивнула.
— А откуда ты? С Запада?
— С западной окраины ада.
— Почему-то я не удивлен.
Она вдруг поцеловала его,
— Лучше бы ты этого не делал.
— Ах, я!
— Просто почини локатор, ладно?
— Ты точно с приветом, — покачал Тоби головой и потянулся за отверткой с лезвием не толще паучьей лапки.
Чуть позже, когда Кайли вернулась из туалетной комнаты, он уже собрал устройство и колдовал над сенсорной панелью. Даже нашел кнопку включения. Двухдюймовый экран озарился холодным голубым светом.
Кайли тут же забрала локатор и активировала координатную сетку. Объект обнаружился без промедлений — замигала сигнальная точка.
— Ну как, работает? — спросил Тоби.
— Да. — Девушка на миг задумалась, потом добавила: — Прокатимся. Я укажу дорогу.
Так и поступили.
Круглая желтая машинка Кайли очень нравилась: чувствовались роскошь и практичность одновременно. Следя за направлением по локатору, она говорила Тоби, куда ехать. После доброй дюжины неверных поворотов и двух с половиной миль на счетчике пробега Кайли наконец заявила:
— Останови. Нет. Езжай, но медленно.
Сколько манипуляций… Сцепление, тормоз, переключатель передач… И все для того, чтобы машина тронулась с места. Они не спеша покатили по Первой авеню. Миновали давно закрытый магазин с вывеской секс-шопа. Запыленные стеклянные витрины, изнутри оклеенные грубой коричневой бумагой. У входа околачивались двое в дешевых деловых костюмах. Туристы.
Кайли сползла по сиденью:
— Не смотри на них. Просто проезжай мимо.
— Как скажешь.
Потом они ели сэндвичи под монорельсовым виадуком. Как же все тут было здорово! Кофе, еда, даже воздух… Блаженство. Кайли с трудом верила, что может быть так хорошо. Было. Пока не исчезло навсегда.
— Что ж, — сказала она скорее самой себе, — им известно, что я здесь. Потому Ядро и охраняют.
— Вот негодяи.
— Знай ты, кто они такие, не смеялся бы.
— Тянут на продавцов подержанных машин.
— Это Туристы, — сказала Кайли.
— Господь Всемогущий! Снова они!
Кайли набила рот сэндвичем. Откусила слишком много, ну и пусть. Вкус был бесподобный: лук, сыр, индейка, горчица, перец… Настоящий наркотик.
— И откуда понаехали эти злобные туристы? Из Калифорнии?
— Из другого измерения.
— Я и говорю: из Калифорнии.
Хронометр Кайли подал сигнал. Десять часов до смены цикла. В маленькой желтой машинке собралось много запахов. И один из них — запах Тоби.
— У тебя есть еще татуировки?
— Есть
— Не рассказывай.
— Ладно…
— Лучше покажи. Только не здесь. Поедем туда, где ты живешь.
— Ты хочешь ко мне?
— К тебе. Да.
— Ну хорошо, чудик. — Он улыбнулся. И Кайли тоже. Бесценное время… И снова запищал хронометр, где-то среди одежды, сваленной на деревянном полу.
Тоби, поднявшийся к холодильнику за грейпфрутовым соком, спросил:
— Что с твоими часами?
— Обратный отсчет, — ответила Кайли, разглядывая его тело.
— Перед чем?
— Перед завершением нынешнего цикла. Перед концом петли. Тоби стал пить из бутылки; кадык задвигался под кожей.
Кайли получала удовольствие, наблюдая. Вот закончил пить, закрутил крышку…
— Петля, ну надо же… — Покачав головой, он поставил бутылку обратно в холодильник. Снова мелькнула его вторая татуировка: крест в лучах света на левой лопатке.
— Тебе ведь креста своего не видно, — сказала Кайли. Тоби лег рядом.
— Зачем мне его видеть. Я знаю, что он там. Прикрывает тылы.
— Ты католик?
— Нет.
— Моя мама католичка.
— А мне просто симпатичен Иисус, — сказал Тоби.
— Кто из нас еще чудик.
— Уж точно не я.
Кайли поцеловала его, но ласки продолжить не позволила, мягко отстранилась:
— Отвези меня в одно место.
— Куда?
— В дом моей бабушки. — Она имела в виду, конечно, прабабушку, но не решилась пуститься в объяснения, сколько минуло времени снаружи Купола.
— Прямо сейчас?
— Да.
Белый дом в Куин-Энн-Хилл [3] стоял на улице, засаженной раскидистыми дубами. Солидный, каркасный… И по соседству такие же, уютные и красивые. Кайли прижалась носом к пассажирскому окну «жука», как называл Тоби свой автомобильчик.
— Это здесь. Останови.
Тоби подъехал к тротуару, выключил двигатель. Кайли переводила взгляд с выцветшей фотографии в руках на дом. Мать ее матери сделала снимок всего за несколько недель до конца света: прадедушка и прабабушка Кайли стоят, обнявшись, на веранде, машут руками и улыбаются.
3
Куин-Энн-Хилл — пригород Сиэтла.
Сейчас на веранде никого не было.
— Всю жизнь я глядела на эту фотографию… И вот он, настоящий.
— Ты здесь ни разу не была?
Кайли покачала головой. Одновременно подал сигнал хронометр.
— Как там с нашим отсчетом? — спросил Тоби.
— Восемь часов.
— А что случится в полночь?
— Все начнется заново. Конец — это начало. Он рассмеялся. Кайли — нет.
— Выходит, начнется воскресенье. Так? А потом пойдет отсчет до понедельника?
— Нет, не воскресенье. Повторится тот же самый день.