Купидон
Шрифт:
– Рита
– Фрей
Он осторожно взял её на руки и вытащил из цветка, после чего заключил в долгие и крепкие объятия, призванные удостоверить его, что она здесь, живая, рядом с ним.
– Мне казалось, я умерла, - удивлённо посмотрела на него Рита, отстраняясь.
– Так и есть, - подтвердила черноволосая Урд, обращаясь к ней. – Но Иггдарисилем тебе была дана новая жизнь. Несмотря на все неприятности, сыпавшиеся на тебя в жизни, ты смогла сохранить
Фрей и Рита радостно переглянулись.
– Как новорожденная ты имеешь право на одно желание, - хитро посмотрела на неё Урд. – Подумай как следует, чего бы ты хотела?
Эпилог на земле
Мягкие постельные тона. Теплый свитер. Прозрачный запотевший стеклянный чайничек на небольшом журнальном столике с прозрачной янтарной жидкостью и раскрывшимся бутоном внутри. Дождь, бьющий в окна и отражающийся радугой в выглянувшем солнце. Ощущение тепла рядом и звук поцелуя.
– Фрей, мне надо идти домой, - нехотя отрываясь от него, сообщила Рита.
Мягкие свитера на них были одинаковой расцветки, но слегка разных фасонов. Зато увидевший их человек сразу же смог бы определить, что перед ним пара.
– Когда я смогу быть с тобой двадцать четыре часа в сутки? – запуская руку в её мягкие волосы и не давая ей оторваться, спросил он.
– Когда мы поженимся, - глядя прямо ему в глаза, ответила она.
– Так ещё целый месяц ждать! – недовольно произнёс Фрей, садясь на диван, но всё ещё удерживая её в объятиях.
– Что поделаешь.
– И всё-таки интересно, - задумчиво произнёс Фрей, отпуская её и поднимаясь, - почему ты выбрала именно жизнь на Земле? Ведь ты умерла как человек? Тебя здесь ничто больше не держало.
– А моя семья? – возразила ему Рита. – Просто, когда я представила, что с ними будет, когда они узнают о моей смерти…Мама с папой с ума бы сошли.
– Зато это было бы ярким подтверждением того, что хорошие люди всегда уходят раньше. Глядишь бы и задумались об отношении к тебе.
– Дело не только в этом, - буркнула Рита.
– А в чём? – посмотрел на неё Фрей.
– У меня остались не очень приятные воспоминания об Асгарде, - Рите тяжело давались слова. – Не хотела бы я жить там.
– Кстати, Эль и Гуди придут к нам завтра в гости, - невзначай напомнил Фрей и заметил, как Рита ещё больше погрустнела. – Тебе они не нравятся? – прочитал её мысли он.
– Фрей, они твои друзья…
Она
– Я помню их отношение к себе до того, как стала богиней. Помню отношение всего Асгарда ко мне. А сейчас оно резко поменялось.
– Ты заслужила его, доказав, что можешь подняться до уровня богов.
– У нас, людей, это называется лицемерием.
– Ты больше не человек.
– В том-то и дело, - грустно вздохнула Рита. – Была человеком с душой богини, а стала богиней с душой человека.
Фрей подошёл сзади и обнял её.
– Не уходи. Побудь ещё немного. Я потом отвезу тебя домой.
Это навязчивая идея не отпускать её и постоянно быть рядом появилась после того. Как он пережил её смерть на собственных руках. С того момента, когда судьба снова вернула её, он не желал расставаться с ней ни на секунду. Фрей наслаждался каждым моментом, стремился поймать и запомнить любое мгновение с ней, потому что ему было страшно. Он боялся потерять её снова.
Под корнями Иггдрасиля три норны плели судьбу – Скульд, Верданди и Урд. Нити послушно сплетались в их руках, образуя полотно.
– Со стороны Иггдрасиля было не очень разумно перерождать её, - заметила Скульд, плетя подготовку к свадьбе Риты и Фрея. – Мятежная инакомыслящая богиня, не любящая Асгард и предпочитающая Землю вместе с тем, кому хватило смелости пойти против Асгарда. Опасное сочетание. Я предвижу проблемы и столкновения.
– Мы не можем противиться воли Иггдрасиля. Он умнее всех нас и видит то, что не дано другим, - возразила ей Верданди. – Иггдрасиль ничего не делает просто так. У всех его поступков есть рациональное объяснение. И зачастую они понятны только тогда, когда всё уже случилось.
– Сестра права, - вставила слово самая младшая Урд. – Нам остаётся только ждать.
– Но всё равно мне кажется полным бредом воскрешение человека, способного привести к революциям и нестабильности в Асгарде, - упрямилась Скульд.
– Ничего не происходит просто так, сестра, - заметила Верданди. – Высший разум Иггдрасиля всегда знает, что делает.
В этот момент под корнями появился тот, кто больше был известен Рите и Фрею как Владислав.
– Отличная работа, сынок, - обернулась к нему Скульд. – Ты превосходно справился, - похвалила его она.
– Обижаешь, мам, - хитро улыбнулся тот. – Я же купидон!