Купец
Шрифт:
Здешний мох не только облеплял верхушки деревьев: он опускался до самой земли, образуя переплетающиеся друг с другом тяжелые занавеси и касаясь узловатых корней. Длиннющие всклокоченные моховые бороды слабо покачивались, словно гигантские метелки, подметавшие пыль у подножия камень-деревьев.
На окраинах Большого Котла, насколько было известно Виктору, кроновые мхи так сильно не разрастались. Значит, они уже не на окраине?
— Ни хрена себе занавесочки! — присвистнул Костоправ.
А-Ка
Виктор тоже с опаской косился на моховые джунгли. Слишком хорошее место для засады. Кто знает, какой хищник может им воспользоваться. Или уже воспользовался.
Прямая дорога-насыпь упиралась в расколотую воронку и здесь же заканчивалась. Дальше, судя по всему, двигаться придется через заросший мутировавшим мхом лес.
Виктор повернулся к Дальноходу:
— И куда нам те…
— Тихо! — вдруг оборвал его проводник, приложив палец к губам.
— Йап-па йап-па йап-па йап-па!!! — донесся откуда-то знакомый клич.
— Едрить-кадрить! — выпалил Костоправ. — Зеленокожие! Ну, мля, в-в-влипли!
— Йап-па йап-па йап-па! — раздалось еще ближе.
Судя по крикам, зеленокожие дикари подходили к той стороне поляны, где мхов было меньше.
— Спешиваемся! — Дальноход первым соскочил с быконя и завертел головой, прислушиваясь к доносящимся из леса звукам. — Уходим в мох, — добытчик кивнул на моховые бороды. — Скотину ведем в поводу.
Да, судя по всему, выбора не оставалось. За плотными зелеными пологами сейчас было самое лучшее укрытие.
— Пошли, — Виктор тоже спрыгнул с седла. Перекинул повод через голову быконя, повел животное ко мхам.
— Быстрее-быстрее! — торопил Дальноход. — Я прикрываю.
Он действительно задержался на краю поляны, заслонившись быконем и положив обрез на седло как на упор.
— Йап-па йап-па йап-па йап-па!!! — звучало уже совсем рядом.
Виктор поднырнул под тяжелый занавес, затащил за собой упирающегося и недовольно фыркающего быконя. Чуть не споткнулся о чей-то уродливый рогатый череп, потревожил кучку костей. Видать не повезло какой-то котловой твари: напоролась на хищника.
Костоправ и А-Ка тоже благополучно ушли с поляны и увели во мхи своих быконей.
На виду оставался только…
— Дальноход! — позвал Виктор. — Давай к нам! А-Ка, прикрой его!
Проводник вроде попятился к ним, но уж очень медленно.
— Да быстрее же ты! — поторопил Виктор.
Добытчик не ответил. Зато вдруг удивленно и тревожно даже как-то вскрикнул Стрелец. Послышался глухой стук упавшего на влажную землю автомата. Испуганно забился быконь Виктора. Озадаченно выматерился Костоправ…
— Золотой! Костоправ! — послышался голос А-Ка. — Вылазьте отсюда! Валите обратно на
Да что он несет?
И что происходит?
За плотным пологом мха Виктор не мог разглядеть своих спутников. Зато увидел, как запутался в мягкой губчатой бороде со множеством отростков его быконь. До чего же это некстати! Ну почему именно сейчас так неудачно влезла скотина? Хотя…
Влезла ли? Запуталась ли?
Или запутали?
Тяжелые покровы, свешивавшиеся с древесных крон, шевелились как живые. А ведь ветра нет! Ну то есть совсем!
Виктор увидел, как темно-зеленым покрывалом растекается по быконю потревоженный скотиной моховый пласт. Как смыкаются воедино два свисающих до земли полога, заключая животное в цепкие объятия.
Рука дернулась к оружию и…
И не смогла схватить ни пистоль, ни палаш. Вообще не смогла шевельнутся. Виктор и не заметил, как колышущаяся масса объяла его самого, опутала, повязала по рукам и ногам. И чем больше он дергался, тем сильнее его сжимали мягкие, но прочные путы.
«Ловушка!» — мелькнула запоздалая догадка.
Темно-зеленая масса, облепившая все тело, набухла и заметно повлажнела. Откуда-то из глубин губчатой субстанции сочилась остропахнущая жидкость. Маленькие, частые, как роса, капли появились на одежде. Влага попала на руки и лицо. Кожу защипало… Не так чтоб очень сильно, правда. Пока — не сильно.
А что будет через час? Через два?
Едкой влаги в набухших моховых пластах становилось больше.
«Да ведь этот мох пожрет нас заживо, — с ужасом понял Виктор, — пожрет и переварит!»
Неподалеку, словно смеясь, журчал ручеек.
Стало ясно, оттуда здесь, под мшистым занавесями, взялись рогатый череп и кости. Какой-то мутант пришел на водопой и влез в ловушку. Как вот они сейчас.
Судя по всему, эта разновидность кронового мха была плотоядной. Только выяснилось это, увы, слишком поздно.
Где-то совсем рядом бились в путах быкони, пыхтел А-Ка и матерился Костоправ.
— Мужики, что у вас? — спросил Виктор.
— Не могу шевельнуться, — сообщил Стрелец.
— Костоправ, ты как?
— Как в жопе у девственницы. Тесно и туго. М-мать! В полном дерьме я, короче, купец! В зеленом таком!
— Дальноход! — крикнул Виктор, бросив взгляд на добытчика, остановившегося у моховых пологов. — Не лезь сюда! Здесь…
— И не собираюсь, — прозвучал ответ. Спокойный и насмешливый. Неприятный.
Вообще разительная перемена, произошедшая вдруг с добытчиком, сильно не понравилась Виктору. Напряженность, так и сквозившая из фигуры проводника, куда-то подевалась, лицо расслабилось, тревога ушла. Движения стали неторопливыми и спокойными, словно и не кричали в лесу приближающиеся дикари.