Купчиха
Шрифт:
Эх, не надо было этого делать. Трули резко затормозил, будто наткнувшись на преграду, и поддал задом так, что всадник выронил поводья, вылетел из седла и рухнул на дорогу перед мордой злобного мула. Чудом Тео отделался несколькими ушибами, а не проломил себе голову об камень. Несмотря на боль, он вскочил, ожидая, что вредное животное может затоптать его, но, видимо, запас злонравия закончился: выбросив седока, Трули отошёл в сторонку и с недовольным видом принялся ощипывать придорожные кустики.
Ещё бы ему быть довольным, — подумал Тео, — удила-то мешают. И что теперь делать? Как искать дорогу в потаённую долину? Да, какого демона мулу вздумалось бежать куда попало, почему он не поспешил
Последний вопрос был риторическим, вряд ли Теодор предполагал, что кто-то сможет на него ответить. Оставалось уповать на одно: успокоившись, Трули побежит-таки домой. Значит, нужно снова его оседлать.
Поэтому он стал подкрадываться к упрямой скотине, говоря ласковые слова и показывая пустые руки. Напрасные хлопоты: мул подпускал его довольно близко, но, когда Тео уже готов был схватить за повод, взбрыкивал задними ногами и отбегал в сторону с тихим ржанием. Наконец, через полчаса мучений, бывшему наёмнику удалось поймать Трули и даже залезть в седло. Он уже решил, что дело в шляпе, но не тут-то было. Вредное создание упёрлось и не желало трогаться с места. Силовой метод потерпел поражение.
Тогда Тео пришлось снять с мула седло и уздечку, стреножить и пустить попастись в ближайших кустиках. Сам он сел на землю, вытащил из сумки сухие галеты и фляжку с водой и тоже стал закусывать, проклиная графиню, Хельмута и герцога Ниблонга. Ведь утром он так и не позавтракал.
Прошло часа два, прежде чем Трули сменил гнев на милость и согласился снова дать надеть на себя сбрую. За это время он старательно общипал все окрестные кусты и отыскал в них ручеёк, из которого напился, после чего подобрел. Тео взобрался на своего ушастого товарища и сказал прямо в большое, мохнатое ухо:
— Трули, домой!
Мул слегка повернул голову и глянул на него недоверчивым глазом, затем, убедившись, что никакого подвоха нет, спокойно затрусил по тропинке назад. Видимо, он и отсюда отлично знал дорогу к дому. По крайней мере Тео очень хотелось в это верить.
Он почувствовал огромное облегчение, когда Трули повернул в горы именно в том месте, которое Тео запомнил как начало тайной тропы. Да, всё верно: вот дерево, вот кусты, а вот знакомая скала и камни напротив. Он вздохнул с облегчением и дал животному волю: пусть везёт, дорога ему хорошо известна.
Какое-то время мул упорно трусил вперёд и вверх, огибая валуны и скалистые отроги, но когда Тео стал наконец узнавать местность и понял, что вон за тем нагромождением камней начнётся спуск в долину, Трули вдруг снова засбоил. Остановился и ни в какую не соглашался сдивнуться с места. Тео подозревал, что, будь у него в сумке морковка или яблоко, вредная скотина сменила бы гнев на милость. Но ничего подобного он с собой не захватил, поэтому, тяжело вздохнув, он снова расседлал мула, затем пнул его в зад посильнее. Отсюда он и сам найдёт дорогу.
К удивлению Тео, Трули резво потрусил куда-то в сторону, как будто родное стойло интересовало его меньше всего. Мужчина пожал плечами, удивляясь дурацкому поведению животного, а затем взял сумку в одну руку, седло с упряжью в другую и потопал в нужном направлении. Он и так потерял с этой нравной скотиной слишком много времени и не желал больше медлить. Если Трули так умён, как Стефан о нём рассказывал, то вернётся домой рано или поздно.
До нагромождения валунов он топал бодро, но, поднявшись на самый верх, не стал очертя олову бежать вниз с приветственными криками, а, как положено опытному наёмнику, спрятался за камнями и скрытно оценил обстановку. Сообразительный парень этот Трули, — только и мог себе сказать Теодор, когда увидел во дворе дома Стефана силуэты совсем не тех людей, которых надеялся там увидеть. Даже издалека легко было разглядеть
Тео отбросил в траву сбрую Трули, закинул сумку за спину, вытащил из-за пояса нож и опустился на землю. К дому ему предстояло подбираться скрытно, а значит ползком. Далековато, но ничего, он и не из таких передряг выбирался. Для начала надо разведать, что тут и как. Если Вилечка с сыном в плену — одно дело, если ей удалось скрыться — другое. Надо надеяться на лучшее, поэтому будем думать, что они сбежали. Если нет… Если хоть один гад хоть пальцем тронул девочку и малыша… Нет, не надо думать о плохом. Хорошо бы ещё выяснить, где маги. Очень будет жалко, если они попали в плен к этому Хельмуту и его парням. Маги — они тоже люди. Если его внезапно огреть тяжелым по затылку, он точно так же потеряет сознание, от простого человека не отличишь. Но если они не дали себя схватить… О, тут есть шанс отловить гадов и предоставить их герцогу Ниблонгу на блюдечке. Имея такой товар, можно будет поторговаться. Но сначала, конечно, переловить. Не обязательно всех, Ниблонг мёртвым будет рад не меньше, чем живым. Вот только Хельмута следует доставить по возможности живым: пусть даёт показания на графиню. К гадалке не ходи: герцог именно за этим и приехал. Значит, будем ловить. Хельмут наивно думает, что он охотник? Напрасно. С момента прибытия в графство "королевского крокодила" он превратился в дичь и дело чести для Теодора — добыть этот ценный трофей. В таком деле маг — незаменимый помощник. На Ули надежды мало, а вот Мельхиор — мужик толковый, с ним вместе они со всем справятся.
Он подобрался довольно близко к изгороди, которая отделяла двор с хозяйственными постройками, и тут заметил, что стражников там четверо. Два, как он и видел сверху, бродили там и сям, зато двое других несли службу: караулили дверь в дом, стоя под навесом на веранде. Логика подсказывала: если сторожат дом, значит, там нечто ценное. Пленники?
Он подобрался довольно близко к изгороди, которая отделяла двор с хозяйственными постройками, и тут заметил, что стражников там четверо. Два, как он и видел сверху, бродили там и сям, зато двое других несли службу: караулили дверь в дом, стоя под навесом на веранде. Логика подсказывала: если сторожат дом, значит, там нечто ценное. Пленники?
Порадовавшись, что рачительный Стефан выложил низ изгороди из больших камней, Тео стал пробираться вдоль неё к огороду. Там был второй вход в дом — через кухню. Вряд ли у тех, кто захватил потаённую долину, достаточно людей, чтобы охранять ещё и его.
Как только между ним и охранниками встала стена дома, Тео поднялся на ноги. Нечего ползать: самая уязвимая поза. С этой стороны даже окно было только одно, да и то, как он знал, в чуланчике при кухне. Вряд ли там поставлен наблюдатель. А если кто-то караулит кухонную дверь… Что ж, один правильно нанесённый удар и он будет караулить уже обитель ушедших.
Тео не сомневался в своём решении: вряд ли перед ним друзья или некто нейтральный. Форма замковой стражи наводила на мысль, что здесь успели окопаться приспешники Хельмута, а они — враги. Может, он тоже тут? Прячется от Ниблонга точно так, как прятались они от него самого?
Обдумать эту мысль у него не хватило времени: задняя стена дома кончилась, за углом виднелся огородик и распахнутая настежь дверь в кухню. Людей рядом Тео не заметил, зато услышал сердитый голос, перемежаемый невнятным чавканьем: