Куница Том 3

Оришин Вадим Александрович

— Пойдём, покажешь, что нарисовал.

Сколько бы мы ни декларировали, что главная ударная сила у нас — Славяна, но перекладывать всю тяжесть предстоящих боёв на плечи хрупкой девушки (я лично убедился, несмотря на укрепление мускулатуры, выглядела Слава всё такой же стройной) как-то нехорошо. Да и один в поле не воин, пока он один не является магом двадцатого ранга, как минимум. Серьёзной силой были ребята из моего рода. У всех есть вертексы, научить обращаться с оружием и поведению в бою будет несложно. План подготовки

был примерно следующим: Павел учится командовать, я дрессирую Мартенов, Игорь производит надругательство над остальными, Славяна опционально. По мере работы выделяем остальных командиров и отправляем их к Павлу.

Пока я размышлял, Виталий достал свои выкладки.

— Все сколько-нибудь сложные схемы я откинул, Паша банально не успеет в них разобраться, — начал Пригорный.

Молодец, правильно думает. Мало выучить схему, важно понимать — на чём она строится и, ключевой момент, что и как менять, когда всё пойдёт не по плану. И не по плану пойдёт всё, причём обязательно. Противник, он зараза такая, имеет свои планы и действовать по твоей схеме отказывается, даже если незнаком. А если знаком — то назло будет действовать иначе.

— Основа у нас — партизанская тактика. Парни атаку, возможно, потянут, но слабое место у нас — Павел.

Да, пока не наберётся опыта, будет ошибаться. Парень Светлов сообразительный, схватывает хорошо, но должен набить шишек.

— Ему только этого не скажи.

Виталий хмыкнул:

— А он сам это и признал. Миша предложил уговорить тебя стать капитаном, Паша отказался категорически. Признал, что ты бы справился, но всё равно отказался. Потому что это тренировка для нас, а не для тебя.

Морщусь. Парни слишком много болтают. Пригорный хоть и неплохо вписался в нашу команду, но пока своим не стал.

— И у тебя возникли закономерные вопросы, — вздохнул, прикидывая, что буду врать.

— Откуда у тебя опыт и знания, да, — не стал отрицать Виталий. — Однако также у меня есть причины оставить эти вопросы при себе. Пока. Твоя игра при нашей первой встрече меня впечатлила, но давай пока не будет заставлять тебя врать.

Пригрозил парню кулаком.

— Не заигрывайся. Показывай, как будем партизанить.

Над планами мы провели почти два часа, кое-что пришлось забраковать. Виталий настаивал, что на военных играх предложенные приёмы вполне применимы, но я отказал. Не хочу, чтобы кому-то из подопечных пришло в голову применять игровые приёмы в реальном бою. Остальные получили моё одобрение с минимальными оговорками. Виталий хорошо поработал, теоретик вполне годный. Не скажу, что прямо гений и талант, да и не надо это. Отпустив парня, собрал народ ещё раз, чтобы посмотреть, как сидит амуниция. А если честно — хотел увидеть Славу в форме. Увидел. Если сегодня Слава не придёт ко мне, то приду к девушке сам.

— У кого-нибудь есть вопрос, почему не гвардейская?

Вопросы явно были, однако народ

решил их не озвучить. Решили, наверное, что если хочется мне так — значит, пусть так и будет.

— Тогда идём ужинать. После ужина советую отдохнуть — это ваша последняя возможность на ближайший месяц как минимум.

И ночью пришла Слава. В форме, потому что мой взгляд видела и всё поняла.

Глава 17

Москва. Поместье князей Шемякиных.

Май 1983 года

— Ты знал, что так будет? — с нотками подозрительности спросила Слава.

Она откусила очередной кусок курицы, начав вдумчиво пережёвывать.

— Скажем так, я предположил такую возможность и решил подготовиться.

Мы сидели в моей комнате, на часах четвёртый час ночи, или уже утра. Славяна в одном полотенце на голое тело доедала разогретую магией курочку. До этого она была в душе, а до этого мы были заняты друг другом.

— А потом мне целого поросёнка придётся съедать? — ужаснулась Слава.

Отрицательно качаю головой.

— Нет, не должно быть. Но пару раз мы с тобой съездим на охоту.

— Ты же говорил, что не придётся, — напомнила Слава.

Киваю.

— Говорил. Кормить зверя не надо, но только так ты полностью разберёшься со своими способностями. Только…

Я замолчал, размышляя, как бы помягче сказать. Слава напряглась, вопросительно глядя на меня.

— Только что?

— Ты даёшь много воли зверю, — всё же лучше сказать прямо. — Как только закончим с играми — займёмся твоим самоконтролем.

Слава мотнула головой:

— Всё нормально у меня с контролем. Я с собой в полном мире и согласии. А вот твои поползновения делают меня подозрительной.

Ловлю взгляд Славы и спрашиваю:

— Ты веришь, что я хочу тебе только добра?

Своим вопросом чуть не заставил её подавиться. С ритма жевания она всё-таки сбилась. И смутилась.

— Да. Верю.

Киваю.

— Хорошо. Я знаю, как ты ощущаешь зверя. Не на своём опыте, но поверь: видел достаточно носителей, чтобы говорить с уверенностью. Ты отлично справляешься, однако всё чаще действуешь по наитию, а не осознанно.

Слава кивнула:

— Да, но ведь в этом и смысл? Чтобы делать, а не думать?

— В бою — конечно, — соглашаюсь. — И всё же не думаю, что ты хочешь навсегда превратиться в большую плюшевую кошечку?

Такой аргумент Славе крыть было нечем. И да, у неё начали проявляться черты трансформации. Не временной, как пару раз было во время наших поединков, а истинной. Пока Слава не может вызывать трансформацию осознанно, для этого в том числе и нужна охота. И во время секса проявилась трансформация, я имел удовольствие наблюдать милые круглые львиные ушки.