Кулинар
Шрифт:
Здесь можно было поживиться. Одна только антикварная мебель чего стоила! А картины! Это можно спихнуть за бешеные бабки! Чинарский, сволочь, захотел сам воспользоваться всем этим добром. Шесть банок пива! Да здесь на год безбедной жизни.
Валет перевел дыхание. Он выдвинул ящик комода и сунул руку на дно, под стопку глаженого постельного белья. Так и есть – деньги. Доллары. Зеленые бумажки приятно шелестели в руках. Сколько? Почти три тысячи. Сука, хотел сам прикарманить. Валет подержал деньги в руках и сунул их на место. Потом вынул снова и, отделив несколько сотенных бумажек, сунул в карман. Перебьется…
Александр
Александр шел как-то нервно, словно подозревал, что за ним ведется наблюдение. Он несколько раз останавливался и поглядывал назад, но Чинарский вовремя успевал спрятаться. Слава богу, весь путь Александра уложился в шесть кварталов.
Перед тем как войти в серую пятиэтажку, Коршунов еще раз оглянулся. Чинарский выждал момент и быстро приблизился к подъезду, где скрылся его клиент. Дверь была обычная – безо всякого замка. Она даже болталась на одной петле. В очередной раз поблагодарив удачу, Чинарский нырнул следом за Александром.
Он услышал далекие переливы звонка и бесшумно поднялся на пару этажей.
– Нелли, привет, – услышал он сверху голос Александра.
– Как я рада, – ответил мелодичный женский голос.
– У меня есть одна идея: может, встретимся через пару дней у тебя? Скоро приезжает Катерина. Помнишь, я тебе говорил…
– Заходи, нечего стоять на площадке как бедный родственник.
Дверь гулко захлопнулась, и голоса пропали. Чинарский бегом взобрался на последний этаж и по очереди приложил ухо к каждой из четырех дверей. За одной из них он услышал неразборчивые голоса. Стальная дверь так плотно прилегала к косяку, что почти совсем не пропускала звуков.
– Так-так, – пробормотал он, подняв глаза на номер квартиры. – Пятьдесят восемь.
Несколько минут он еще стоял под дверью, прислушиваясь к голосам, но так больше ничего и не смог разобрать.
– Сволочи, – буркнул он и начал спускаться вниз.
Во всяком случае, было ясно, что у него есть определенное количество времени, чтобы осмотреть квартиру Александра, если, конечно, Валет сделал все как нужно.
Он почти бегом преодолел расстояние до дома Коршунова и, набрав код, вошел в подъезд. Поднялся на третий этаж и остановился перед знакомой стальной дверью. На всякий случай надавил на кнопку звонка. Потом еще раз. Сунул руку в карман и нашел носовой платок. Обернул им ручку двери и потянул на себя. Дверь открылась. Значит, Валет сдержал слово.
Действовал Чинарский быстро, можно даже сказать, очень быстро. Сперва он хотел подождать и проникнуть в ту квартиру, куда вошел Александр. У него возникло сомнение: что, если эта самая Нелли – очередная жертва маньяка? Но, поразмыслив немного, Чинарский решил, что это не так. Не стал бы он говорить ей о приезде своей сестры, чтобы в этот же день расправиться с ней.
Поэтому Чинарский бегло осмотрел
Были на кухне и ножи, парочка из которых вполне могли послужить орудиями убийства. Только доказать это можно было лишь при помощи экспертов-криминалистов. Он даже не мог взять нож, чтобы передать его в лабораторию, так как проник в квартиру без санкции на обыск. Без этого все собранные улики даже и уликами не являлись. Чинарский хорошо знал законы. Впрочем, законы его сейчас интересовали меньше всего.
Сотни маленьких емкостей с крышками, в которых Чинарский обнаружил разнообразные специи, только утвердили его во мнении, что он на верном пути. Однако все это тоже не являлось доказательством. Даже если у этого типа не будет алиби на момент убийств всех пяти жертв, все равно его нельзя будет привлечь к ответственности. Да и вообще, может, это не он!
Чинарский распахнул дверцу навесного шкафчика. Он наткнулся на изрядное количество фото. Взял одно, потом другое. Сердце его забилось, словно он ожидал увидеть размещенные преступником изображения в Интернете. Но ничего особенного на фото не было – только разные блюда. Чинарский в течение пяти минут пялился на фото, перебирая их и складывая обратно.
Чинарский заинтересовался стоявшими тут же на полках специями. Он стал вертеть цилиндрические пузырьки, ища ту самую мантауру, которая и привела его сюда. Не найдя таковой, но обнаружив множество диковинных названий, он пожал плечами и захлопнул шкафчик.
Чинарский стоял посреди кухни и чесал затылок. Нет, это он. Здесь не может быть никаких сомнений. Нужно только подобраться к нему вплотную. Взять его тепленьким, на месте преступления. Только как это сделать?
Чинарский прошел по мягкому ковру и осторожно вышел на лестничную площадку. Выдвинул язычок замка и захлопнул за собой дверь. Может, этот придурок и заметит, что щеколды отодвинуты, но ведь в квартире ничего не пропало. Подумает, что забыл запереть дверь.
Спустившись вниз, Чинарский вышел на солнечный двор. Дул сильный ветер, но это было даже кстати: хотелось немного освежиться. Кроме ветра можно было освежиться и еще кое-чем. Поэтому Чинарский взял бутылку «Балтики». Никогда не помешает. А то, что в пиве много спирта, так это только на руку! То есть на мозги. Короче, когда он пришел к Валету, то был уже порядком навеселе.
Валет лежал на своем пружинном диване в майке, трусах и носках с дырками на пятках. Старый облупленный магнитофон играл какую-то итальянскую мелодию. Хоть Чинарский выпил, он сразу же почуял неладное. На захламленном столе, стоявшем рядом с диваном, имело место целое пиршество: дорогая водка, нарезанный толстыми кусками осетровый балык, стеклянная банка красной икры, тонкая палка сырокопченой колбасы, банка мидий в пряном соусе, консервированные кальмары, буханка черного хлеба, помидоры, огурцы, зелень… Дополняли картину несколько серебристых банок джин-тоника «Гордонз».