Кулинар

Варго Александр

– Господи, – прошептал Чинарский. – Когда я утром звонил ей в дверь, этот ублюдок наверняка был еще здесь!

От невыносимой тоски и раскаяния у Чинарского пересохло во рту.

– Я же слышал какой-то шум, а свалил все на то, что у меня звенит в ушах! Урод, – выругал себя Чинарский.

Он выпрямился и, сглотнув липкую слюну, открыл дверку бара. Желтоватая этикетка трехзвездочного дагестанского коньяка в плоской двухсотпятидесятиграммовой бутылке освежила его воображение. Чинарский схватил бутылку, сорвал винтовую пробку и с жадностью припал к источнику. Выпив примерно половину, он завинтил

пробку и сунул бутылку в карман, подумав, что Надьке коньяк уже не понадобится. Это была довольно скверная мысль, но она, а также выпитый коньяк подтолкнули его к дальнейшим действиям.

Он тщательно – сантиметр за сантиметром – исследовал все уголки на кухне, в ванной, туалете, гостиной и спальне. Кроме испачканного кровью ковра, в гостиной, где стоял стул с привязанным трупом, все выглядело так, как будто в квартире провели генеральную уборку. Никаких следов, ничего необычного, если не считать необычным гильотинированную хозяйку квартиры.

Кстати, как этот тип это сделал? Чинарский вернулся в гостиную и внимательно осмотрел оставшуюся часть черепа. Срез был довольно ровный, но при всем этом и шероховатый. В некоторых местах кость не была прорезана до конца, поэтому тонкие ее краешки надломились и царапали палец.

В этот момент послышался тонкий скрип двери, раздались чьи-то шаги в прихожей. Чинарский резко отпрянул от трупа. Но прятаться было негде. Вошедший надсадно засопел, и Чинарский, не оборачиваясь, узнал Дудуева.

Глава XV

– Привет, – кисло улыбнулся Чинарский, глядя на оторопевшего от неожиданности Дудуева.

Тот с отвисшей челюстью таращился на препарированный труп и зловещую сервировку.

– Ты какого… – только и смог промямлить майор.

– Я тоже не ожидал, – с непростительной беспечностью сказал Чинарский.

– Это что такое? – разинул рот Дудуев.

– Очередная жертва маньяка, неужели трудно догадаться? – дерзко произнес Чинарский.

Фигура Дудуева была тут явно лишней. Так решил он, Чинарский. И не потому, что не допускал возможности появления здесь Дудуева. Конечно, рано или поздно тот бы нарисовался в компании оперов и экспертов. Но сейчас, когда Чинарский толком осознал случившееся, Дудуев был просто неуместен. Не вязалась его тупая рожа с размахом произошедшей трагедии. А еще этот его идиотски требовательный тон! Словно Дудуев злился на то, что не сразу въезжал в суть проблемы, словно все должны сами идти к нему на поклон и смиренно объяснять, что произошло и как вообще так вышло, что его никто не уведомил заранее о предстоящем событии.

Продолжая смотреть на Чинарского скептически удивленным взглядом, Дудуев приблизился к трупу. У Чинарского мелькнула мысль, что майор опасается смотреть на залитое кровью тело.

– А как ты тут появился?

– Я живу поблизости, осмелюсь заметить, – с притворным смирением в голосе ответил Чинарский.

Чтобы не обнаруживать перед Чинарским собственной растерянности, Дудуев все же посмотрел на труп, сделав при этом непроницаемое лицо. Но что-то не сработало. Едва успев зажать рот ладонью, он ринулся в туалет. И там разразился самой заурядной рвотой. Если бы не трагическая обстановка, Чинарский весело подшутил бы над «впечатлительным»

майором, не отказав себе в удовольствии продемонстрировать собственное превосходство. Слушая раскаты рвоты, Чинарский лихорадочно соображал, как ему выкрутиться. Не придумав ничего более оригинального, чем просто покинуть квартиру Кулагиной, он прошел в прихожую. Но майор, услышав его шаги, пулей выскочил из туалета и загородил ему проход.

– Ты куда? – обтираясь платком, прорычал он.

Дудуев дико злился. Во-первых, снова произошло убийство; во-вторых, в квартире оказался Чинарский; а в-третьих, последний стал свидетелем его слабости.

– А чего мне тут делать? – пожал плечами Чинарский.

– Ты под дурака не коси, – грубо осадил его Дудуев. – Как ты проник в квартиру?

– Так же, как и ты, – усмехнулся Чинарский.

– Что ты тут делал? – не отставал, тесня Чинарского в гостиную, Дудуев.

– У тебя селедка на подбородке, – пошутил Чинарский.

Дудуев машинально и как-то испуганно потер платком подбородок.

– Что за бредятина! – воскликнул он. – Отвечай по существу: чем ты тут занимался?

– А ты как думаешь? – Чинарский плюхнулся в кресло, поняв, что долгих и нудных объяснений не избежать.

Дудуев снял трубку с телефона. Вызвал экспертов, доложил Голованову, в общем – все как положено. Сделал то, что хотел сделать после обследования трупа Чинарский, но не успел. Дудуев говорил отрывисто, что было доказательством его взволнованности и недовольства.

– Ну, рассказывай, – вперил он в Чинарского твердый и острый, как бивень, взгляд.

Майор сел на стул и приготовился слушать.

– Я с утра хотел зайти – должен был Надьке сотку, – снисходительно пробубнил Чинарский. – Она не открыла. Пошел похмелился. Потом снова решил зайти. Вижу, дверь открыта. Ну я – чирк – и тут! А здесь такое дело… – вздохнул он. Я, чисто как профессионал, посмотрел, прикинул…

– Как профессионал? – обретя хладнокровие, зловеще процедил Дудуев. – Оно и понятно. Ты, Чинарский, пьешь беспробудно, а потому сам не осознаешь, что делаешь. Вспомни, как ты оказался здесь. Тебе открыла Кулагина, ты прошел, хотел… Чего ты хотел?

– Долг вернуть хотел утром, а потом, когда деньги истратил, хотел поговорить об отсрочке, – спокойно признался Чинарский.

– Тебе было нечем отдавать, и ты…

– На что ты намекаешь? – резко спросил Чинарский.

– Слишком уж много совпадений, ты не находишь? И слишком большой интерес вызывают у тебя все эти убийства, – ехидно ухмыльнулся Дудуев.

– Надька моя соседка… была, – с упрямым видом сказал Чинарский. – Я и зашел к ней по-соседски.

– Она тебе открыла, и ты зашел, – хитро сощурил глаза Дудуев.

– Никто мне не открывал, дверь была не заперта, – с каменным выражением лица произнес Чинарский.

– Ты же говоришь, что был пьян, – с брезгливым пренебрежением глядел на Чинарского Дудуев. – От тебя, кстати, несет, как… – Он замялся, подыскивая красочное сравнение, но, не найдя такового, замолчал.

– Ну, был слегка под мухой… – усмехнулся Чинарский, – выпил водочки…

– А ведь тебе не хуже, чем мне, известно, что основная часть бытовых убийств происходит на почве алкоголизма, – выдавил из себя Дудуев.