Кукушонок
Шрифт:
— Прощай! — прошептало дерево, погладив листочками меня по плечу.
— Прощай! — прошептала речная волна, набежав на берег.
— Удачи! — прошелестел ветер.
— Прощай мама! — сказал я, смахивая слезинку. Вспышка! Вспышка! Вспышка!
Глава 2
Чертов будильник продолжал звенеть и надрываться: «Да что же это за безобразие такое?! Когда мне дадут наконец выспаться?» Будильник не дождавшись того, что я открою глаза, перешел к активным действиям: он начал бегать по моему телу и щекотать меня перышком в носу, при этом он немузыкально
— Да ладно, ладно — проснулся я, проснулся! — пробормотал я и открыл глаза. Я лежал на дне оврага с крутыми склонами, на моей груди сидел металлический паучок, примерно в половину моей ладони размером. Он смешно помаргивал красными глазенками и семафорил мне лапками.
— Слышь болезный, хорош тут панику наводить! Паучок, замерев на секунду, ловко пробежался по моей левой руке, обхватил лапками запястье и прикинулся браслетом, правда напоследок он куснул меня, видимо для того что бы я не расслаблялся. «Тревога! Опасность! Время до контакта тридцать секунд! Рекомендую переместится в убежище!»— замигала «менюшка», прямо поверх травы появился пульсирующий пунктир. — Обратный отчет: 29… 28… 27…
— Вот гадство! — взвыл я, подхватил рюкзак и рванул в сторону, в которую вел пунктир, слова Марии я хорошо помнил. «Расстояние до цели: 21… 20… 19…» — подмигивала «менюшка». Овраг закончился и я уткнулся в кирпичную стену, посередине которой была ржавая металлическая дверь, сильно смахивающая на вход в бомбоубежище. На двери имелась полустертая надпись. «Перевести?»
— Да пошла ты! — я схватился за ручку и потянул дверь. С душераздирающим скрипом приоткрывшись на пять сантиметров, дверь категорически отказалась открываться дальше, но я не сдавался, уперевшись ногой в стену я продолжал тянуть. За моей спиной завизжала циркулярная пила.
— Давай родная! — взмолился я. Словно издеваясь надо мной, дверь неожиданно легко провернулась на шарнирах, от неожиданности я чуть было не упал, но сумел удержаться на ногах. Забежав внутрь, я бросил рюкзак на пол, закрыл дверь и накинул засов.
— Врешь, меня мыльными руками не возьмешь! — радостно заорал я и пнул отозвавшуюся гулким звуком дверь.
— Вввзззз…. — ответила на мои домогательства дверь, разбрызгивая во все стороны искры, из нее показался край зазубренного диска. Застыв от изумления, я наблюдал как диск прорезает вертикальную щель: «Что делать-то?» «Рекомендую нажать на большую красную кнопку». — подсказала «менюшка».
— Это кнопку самоуничтожения что ли, так у меня кнопки нет — я не атомный ракетоносец! «Посмотри на стену справа». Углядев эту самую слегка запылившуюся кнопочку, больше похожую на мухомор, я без раздумий хлопнул по ней рукой.
— Бам — бам — бам — бам… — раздавшийся за дверью оглушительный грохот, буквально швырнул меня на пол, зажимая руками уши, я свернулся в клубок. С потолка посыпалась пыль, которая весело заплясала в воздухе. Наконец выстрелы прекратились, отплевываясь и откашливаясь, я поднялся на ноги.
— Эй, «менюха» — а что это было? «Автоматическое стационарное орудие «Раскат», калибр — 45 миллиметров».
— Да
— Чье? «Принять личное имя — Чье?»
— Ты что издеваешься надо мной, тупая железяка? Конечно же — нет! «Действительно — а как меня зовут? — задумался я, память безмолвствовала. — Надо срочно придумать себе имя, неудобно как-то без имени, чувствуешь себя голым!» Мама вроде меня малышом звала — но это несерьезно! Имя должно звучать гордо и в какой-то мере характеризовать своего носителя, не зря в древности люди придавали им такое значение. Например: Петр — камень, Владимир — владеющий миром, — а что можно сказать про меня?
Ежу понятно — сирота я, при живой-то матери. Подкидыш, кукушонок в чужом гнезде. Значит буду — Кукша, хорошее такое русское имя. А чем у нас занимаются кукушата? Ясное дело — выпихивают других птенцов из гнезда, а потом жрут и спят безмерно. Окинув кровожадным взглядом коридор, кандидатов на выпихивание я не обнаружил. Значит сразу переходим к пункту номер два! «Принять личное имя — Кукша?»
— Да! Слушай «менюшка» — а ты кто такая? «Информация доступна после идентификации объекта. Введите имя».
— Как ты мне надоела своими глупостями, имена ей подавай, откуда я их знаю? Имя-швымя, что еще тебе нужно, звезду с неба? «Идентификация закончена, личное имя — Швымя, владелец — Кукша, назначение — защитник, статус — активирован, необходима подзарядка».
— Эй, «менюшка» — а ну вертай все взад! Ответом мне была тишина. Пошевелив извилинами, я сказал:
— Швымя, возможность переименования есть? «Нет, активация производится только один раз, что исключает использование защитника другими лицами».
— Ну хорошо, хоть настроить-то тебя можно? У меня от этих зеленых картинок перед глазами, мурашки по коже толпами бегают и не мог бы ты общаться менее официально? И дай мне наконец информацию! «Рекомендации: активировать голосовой режим, произвести подбор псевдоличности. Принять к исполнению?»
— Давай Швымя — действуй!
— Привет Кукша! — голосом Винни-Пуха обратился ко мне Швымя, — а не пора ли подкрепиться?
— Другую личность давай!
— Привет малыш! — голосом Карлсона сказал Швымя, — а не найдется ли у тебя ложечки варенья? Мой моторчик без смазки работать не хочет, кусать тебя мне надоело — кровь у тебя невкусная.
— Ах, ты гад! Так это ты не меня будил, ты кровь сосал! — я попытался стащить паучка с руки.
— Что делать — плюшки закончились! Давай быстрее сюда варенье, иначе я начну шалить! Охлопав руками рюкзак, я достал из бокового кармана большую шоколадку. Швымя отцепился от моей руки, спрыгнул на пол, пошатываясь из стороны в сторону он заныл:
— Ооо… я самый больной в мире человек! Его ужимки меня жутко раздражали, но деваться было некуда, я разорвал упаковку и положил шоколадку на пол, она была раза так в четыре больше Швыми по объему. Ошалелыми глазами я смотрел, как Швымя выпустил зеленые лучики. Шоколадка поднялась в воздух, слепилась в шар и с легким свистом всосалась в Швымю, причем он даже не увеличился в размере, только глазки ярче засияли.