Кукольник
Шрифт:
Стормо кинул вниз обгоревший огрызок табачной палки. Перекувыркнувшись, тот рассыпался яркой прощальной искрой где-то далеко под стенами.
– Странные вещи... Ты хоть знаешь, что империя потеряна нами наполовину? Фаера, Фронтьера, Гибург, Рокката, Линьен - все пали... И судя потому, что докладывают почтовые голуби, другая половина едва ли продержится долго... Посоветуй что-нибудь странное, о воин, ибо разумных способов победить я не вижу...
Птица присела на край стены. Близко от разговаривающих. Рю махнул рукой. Странное оцепенение охватило присевшего морского перехватчика.
– Видите, император?
– кивнул Рю.
– Чтобы остановить кого-то, не требуется применять силу. Совсем не требуется.
– Что ты сделал?
– С птицей то? У птицы слабое темечко. Оглушил я ее. Совсем.
Император недоуменно хмыкнул.
– Птицу на обед, император. Покушать, - пояснил Рю.
– Совет с ней никак не связан.
– Слышал я, поцелуй эльфийской принцессы излечивает любые болезни... Хотя легат Стронций пробовал поцелуи (да и не только), и говорит это полная ерунда, - неприлично заржал Гладий, кивая в сторону Аль.
Император поднял ладонь вверх, предлагая легату помолчать.
Это собрание отнюдь не напоминало первое. Стормо чувствовал силу. Стражи уже были его воинами. Верными воинами.
После полудня вернулись разведчики, докладывая о плотном кольце мертвецов. Армия гулей не стала меньше. Подергивалась земля, выпуская древних чудищ, ходили ходуном кладбища, переворачивая могильные камни, мертвые руки разрывали склепы изнутри. И тысячи тысяч их...
Подавленные тяжестью положения, магистры грустно облокотились на свои кресла. Этот зал не был им привычен. Стормо выбрал одну из комнат, ранее использовавшихся для балов и славных обедов. Здесь не было привычных трибун, и никто не смотрел с вышины на другого. Верно, прежде всего это угнетало бывших правителей судеб.
С собой Стормо взял всех своих центурионов и легатов. Больше двух десятков легионеров стояло у стен. Центр залы оставался свободным для тех, кто желал говорить. Тем самым Император всех уровнял, ставя легионера рядом с дворянином, магистра рядом с эльфом.
Да, Стормо распорядился о том, чтобы эльфиек высокого ранга освободили и дали место в совете Империи. На них юноша возлагал свои особые надежды.
Император вошел в круг кресел, чувствуя на себе многочисленные взгляды. Вот и Миледи Ректор вперилась взглядом, нарочито расслабленно развалившись в кресле. Жуткий шрам ожога прошел по щеке. Закрыт зачесанными волосами, но все равно приметно выглядывает, обнажая истинную жестокую сущность девушки, приказавшей отцепить нижнюю палубу с сотней собственных подданных. Дошли, дошли все последние события до Стормо от хитроглазого гнома Кугума.
Миледи насмешливо улыбнулась. Неужели до сих пор чувствует себя хозяином положения?
– О, мои легионеры, - начал Стормо, - достопочтенные магистры, а также наши гостьи: Принцесса Великого Леса Аль и ее сестр...
– Что делают здесь эльфы?
– резко прервала Ректор, поднимаясь со стула.
– У нас есть к ним предложение.
Император не обратил внимания на грубость и непочтительность той, кто растерял всю свою власть. Он ее просто проигнорировал, обращаясь лицом к Аль, упорно
– Это предложение поступило от инженера Гайратта. И я с ним согласен. Считаю, что у нас нет иного выбора, как пересмотреть прошлые односторонние договоренности и протянуть руку высокому двору эльфов. Принцесса Аль?
– слегка поклонился Стормо.
Магистр Гайратт нервно дернулся. "Кто тебя учил дипломатии, Император? Если кланяться животным, они могут почуять слабость, и тогда бросятся и порвут тебя в клочья... Необходимо просто дать им кусок мяса, как диким собакам. Дать, но властно и презрительно, чтоб понимали в чьих руках ошейник и плеть... ".
– Империя может отдать сонные дубравы в обмен на скромную, военную помощь, - немедленно добавил Гайратт, фальшиво улыбаясь.
– Tir Elf de sien ra-da, - произнесла Аль, не двинув и бровью. Ее голос был столь же прекрасен, как и лицо. Ведущий легионы поморщился. Трудно будет вести дела с подобными созданиями...
Фраза была услышана, но никто не понимал язык эльфов. Изучать подобное в научных кругах, так же позорно, как изучать язык обезьян.
Забормотали задумчиво магистры. Что-то сказала принцессе ее то ли младшая сестра, то ли фрейлина. Трудно разобраться в иерархии эльфов.
"По-моему нас только что оскорбили, мой Император" - шепнул на ухо Тигль Римус. Он, как обычно, стоял подле своего господина в качестве поддержки и защиты, коли таковая понадобится.
– Мы не можем продолжать военный совет!
– прозвучал девический голос, нагревая и без того сложную атмосферу зала.
Ректор вышла к центру. На ее голове красовалась корона, когда-то принадлежавшая Уро Торрию. Она передалась Ректору, согласно новым нормам Пюпитра каких-то три года назад. Редко одевала ее глава магистрата, обычно считая сей предмет глупым архаизмом...
– Для начала уберите отсюда хотя бы ваших грязных свиней, Господин Стормо Торрий.
– Миледи Реле аккуратно подшагнула к нему.
– Что?
– не понял Император.
– Легионеров ваших. Вонючих, неграмотных убийц, воров и лентяев!
– Лучше помолчите...
– Нечего делать подобной грязи на военном совете высшего общества, юноша. Вы что не знакомы с этикетом?
– усмехнулась бывшая правительница.
– Это здание принадлежит Магистрату. Так же как и город. Нечего здесь кичиться своей временной силой.
– Не смейте оскорблять моих воинов, - вымолвил Стормо.
– Я вам приказываю!
Император побледнел. Его латная перчатка коротко и без замаха коснулась лица Миледи. Этого хватило. Девушка покатилась по полу. Слетела, бренча золотом, корона. Стормо придавил "признак власти" грязным, болотным сапогом.
Невозможно описать то, что произошло в следующие секунды...
Ухнули магистраты. Зазвенели мечи легионеров.
– Убить, мой Император?
– подскочил центурий Богус к Ректору, в прыжке выхватывая меч.
– Одно ваше слово, Сир!