Кукловод

Некин Андрей

На крыше кузницы красовался всей своей мощью и блеском паровой котел, что должен был держать транспортный дирижабль в воздухе. Первый пассажир шлепнулся вниз, как созревший помидор. За ним падали и падали другие, точно какой-то невиданный, ужасающий град. Там, на границе зрения, у самого леса, показался второй падающий цеппелин. За ним третий, четвертый… Последняя из аэро-машин — на дне ангара, прямо перед толпой. Она протяжно вздохнула, устало крутнув шестерней. Болты сами собой, посыпались из ее кованых бортов. Брякнулся на пол один из винтов.

Развязались стропы, роняя стапеля. Воздушный мешок оторвался от гондолы, улетая ввысь… Помещение

медленно наполнял ужас. Уходила прямо из-под носа надежда на спасение. Тишину нарушил лишь нелепо крякнувший поршнями паровой котел и страж гольфьеров, изумленно шепчущий:

— Твою мать, великий мастер… что это…

* * *

Сириус уводил отряд дальше и дальше. Они обошли Лион и Файеру по широкой дуге. Пойманный ими одинокий крестьянин рассказывал страшное. Добрая половина тулуркских городов на положении осады.

Стражи, легионы засели за крепкими стенами, тьма гулей расспространялась, как саранча. «Они принимают всех, всех» — испуганно кивал крестьянин — «всех в армию забирают… Даже огров и южных орков, и платят тем немалые деньги. Да что там, уважаемые господа, они и северных орков примут, коли увидят таких» — при этом крестьянин опасливо покосился в сторону Ро-Гхрака. Ро-Гхрак молчал. Ему не было дела до положения людей. Сгинут, и нет ничего лучше. Главное найти северные племена. Остальные условились вместе добраться лишь до Тулуркской границы, а только потом разделиться за своими неведомыми целями. Сириус вел их дальше путанными лесными тропинками. Хозяин в нем хранил безмолвие, и это пугало намного больше, чем вся многотысячная орда гулей. «Хозяин умер, или тяжело ранен» — понял он совершенно ясно и точно в какой-то из дней. Также как умерла Вьюжная Госпожа четвертого полюса, также как умерли, или умирают многие из незримых сил континента, будто кто-то, согласно пророчеству, вынул конец света из кармана. Поход длился чуть меньше недели, пока на одной из опушек им не повстречалась странная пара из сурового вида гнома и молчаливой эльфийки…

ГЛАВА IV Охотники

Эльфы называют их «Deidle», орки кличут «Харрхаг». Мы говорим «Гуль». Короткое имя. Успеешь вскликнуть его и предупредить остальных… до того, как помрешь.

Летописи Тулурка. Последняя глава.

— Дела наши плохи, мой император, — печально махнула потрепанным волосом борода Тигля.

— Ммм?

— Эта вся когорта болотных топей. Больше никого нет.

— Мгхмм!? — снова промычал сквозь разбитые губы Стормо.

— Мой лорд, — обратился к ведущему легиону уже старый знакомый, гном центурий. Варравий Могулус, так звали безногого ветерана, — Вы должны понять, легионерам не платят жалованья ни монетой, ни даже едой. Кто разбежался, кто подался в стрелки, а кто и вовсе ушел пахать зеленые луга баронств. Три с половиной десятка. Все кто остался, мой лорд. Но это лучшие, преданейшие из воинов.

— Мм-три зс… гхмм, полофимной?

— Все что есть.

— Гхмм, безсмнадежмно.

— Не отчаивайтесь, Сир, — утешил первый легат, — в Рейнгарде все должно быть много лучше.

— Я мгхм говогхрил. Глупая затея, Ригхмус. С самного мгначала. А что Реймнгард? Без мнас устоит Реймнгагрд. Мсмысла фыдфигаться мнет.

— Все много хуже чем кажется, Сир! Рейнгард не устоит в одиночку.

Гулей слишком много. А магистрат продолжает молчать. Пушки то стреляют. Но они лишь способны сдержать натиск в одной

точке.

Разведчики докладывают, гули обложили все баронства вокруг Рейнгарда. Да что там, они уже на подступах к Фиору! Фаера с Роккатой под атакой орков. Это уже полноценная война, Сир Торрий. Мы ждем ваших указаний… Указаний. Стормо сморщился от боли в стонущих после испытания мышцах. Каких указаний? Кому указывать? Трем десяткам легионеров болотной когорты?

— Тфои пгредложения, Тигхль Ригмхус?

— Нужно прорываться в Рейнгард, Сир, и возглавить тамошний гарнизон. Взять полевую артиллерию магистрата под контроль и вместе с канонирами идти в бой, мой Император. Речь давалась Стормо с трудом… Если Рейнгард попал в окружение, с тремя десятками воинов прорвать кольцо тысячи гулей невозможно.

Эта идея еще хуже предыдущей — уйти из замка за эфемерным признанием легиона и непонятным стремлением чего-то там доказать магистрату. Стормо с недоверием взирал на первого легата. Неужто он считал это возможным для исполнения. Но лицо Тигля светило с прежней энергией.

Видимо, так он и считал. Сила и воля, Римус?

— Хогрошфо, Грхимус. Выступаем сегодня.

— Решение достойное моего императора. — поклонился Тигль.

Утро. Когорта построилась у ворот. Три с малым десятка мечей. Они прошагали по всей главной улице боевым маршем. На этом настоял первый легат. Граждане Тулурка должны знать, что легионы вновь обрели своего Императора. Замыкал процессию безногий Варравий Могулус, восседавший на телеге с припасами. Не смотря на раннее время, люди повысыпали из домов, любопытно посматривая на молодого императора и его воинов. Многим было откровением наличие императора как такового, точно он забытая сказка, а не ведущий легионы. И пусть — думалось Стормо. Что с того. Удивлению горожан не было предела. Наверное впервые, город видел легионеров марширующими и в полном вооружении. Начищенные знаки блестели подобно миниатюрным солнцам. Сочленения звенели и лязгали. Стормо хмурился. Его не покидало ощущение, что блеск знаков — всего лишь ярмарочная блестка, а звон доспеха — колокольчики на шутовской шапке балаганного клоуна. «Неплохое представление» — словно подтверждая его опасения, прошел гнилой шепоток по толпе. Он склонился к уху Римуса:

— Мы выглядим просто смешно, Ргхимус!

— Смешно, не смешно, мой император, — хитро улыбнулся в ответ Тигль, — но хотя бы выглядим. С этими словами первый легат молодцевато взвил свой боевой меч к небу:

— Слава, императору!

— Слава, императору! — дисциплинированно грянули легионеры.

Громко, но все же без особого энтузиазма.

— Кстати, сир Стормо, я вам еще не говорил, но испытание выдержано вами просто великолепно. Признаться мною овладели сомнения в первые секунды. Но потом, потом… от вашего безумного упорства даже стало немного не по себе. Тигль искоса рассматривал своего господина, поглаживая бороду. В глазах его светился немой вопрос.

— Не спгхрашивай как сие получилось, Тигль, — уронил Стормо, — мне тогда на минуту показалось… А впрочем, это полная ерунда! Император зычно цокнул, пришпоривая лошадь, правя свой путь к показавшимся воротам.

Марш продолжался ровно до границ зоны прямой видимости. Случайный наблюдающий мог увидеть здесь, за стенами, удивительнейшую метаморфозу. Твердый шаг сам собою превратился в прогулочную развалочку, мечи лениво закинули на плечи, расхлябанно забряцали расслабленные поножи, кто-то позади затянул непристойную песню.