Кукловод
Шрифт:
Джастин таскал сумки на второй этаж. Сперва занёс свои и Кайли, затем принялся за наши. Я зашторила окна, прячась от вновь вылезающего солнца в глубине гостиничного номера. Дверь позади меня открылась и Джастин внёс последнюю из сумок.
Я подняла на него вопросительный взгляд, когда поняла, что уходить он не намерен.
– Чаевых ждёшь?
Он одарил меня презрительным взглядом и подошёл ближе.
– В тебе есть хоть что-то человеческое? – вдруг выдал он. Да, Джастин, долго же ты продержался. – Я не знаю, что Итан в тебе нашёл и почему терпит
– Он уже успел тебе нажаловаться? – ответила я с едкой усмешкой.
– Он ничего мне не говорил. Но это и не нужно. Все итак слишком очевидно. Ты думаешь только о себе, а на других тебе плевать. И на Итана тоже. Только семья не может быть счастливой при таком раскладе.
Меня это начинало порядком подбешивать.
– Как ты сказал? Мне плевать? Так вот, на твое мнение мне точно наплевать. Наши отношения с Итаном касаются только нас двоих. Так что засунь свои ценные советы сам знаешь куда.
Джастин фыркнул и отошел на шаг.
– Я от тебя другого и не ждал.
– Рада, что оправдала ожидания.
Он помотал головой и открыл дверь. Почти столкнулся с Итаном, который только что поднялся по лестнице. Итан благодарно кивнул.
– Спасибо, что помог с сумками.
– Ерунда, – Джастин махнул рукой, стараясь принять непринуждённый вид, и скрылся в коридоре гостиницы.
Итан осмотрелся в номере.
– А здесь неплохо.
– Мхм… Пять звезд.
– По крайней мере, на окнах стоят москитные сетки. Комаров можно не бояться.
Я сердито выдохнула и подошла к окну. Отодвинула занавеску, наблюдая за небольшим стадионом чуть правее, на котором человек семь мальчишек гоняли мяч. Итан подошёл сзади, положил ладони мне на плечи и пригнулся к моему уху.
– Крис, что происходит? Что не так?
– Мне казалось, я еще утром ясно дала понять, что не так.
Он мягко развернул меня к себе лицом, держа за плечи и заглядывая в глаза.
– Я сейчас не про поездку, – Итан спокойно повторил вопрос. – Что не так, Крис?
Что не так? Да буквально все. Я как будто живу не своей жизнью. Жизнью, которую выбрала не я. Или сделала это неосознанно. И кто только надоумил меня шесть лет назад выйти замуж? Кто сказал, что мне это нужно?
Итан – флегматичный до мозга костей. Его практически невозможно вывести из себя, как бы я ни пыталась. А я кисну в этих серых буднях, в рутине, в однообразии. Он смотрит на меня, переживает, а всё, чего мне сейчас хочется – сказать какую-нибудь колкость, чтобы разругаться в пух и прах, чтобы Итан, наконец не сдержался, выпустил на волю внутреннего самца и перестал быть заботливым папочкой.
Хоть бы нашел себе кого-то на стороне… Но нет. Он преданно едет с работы домой. А я уже, грешным делом, заглядываюсь на соседа, когда тот утром выходит на пробежку. Ну и что, что полноват. Итан тоже набрал килограмм семь за последние годы, спрятал от меня свои кубики на животе.
Молчание затянулось.
– Усталость накопилась, – соврала я, а в голове мигнуло – «трусиха».
– Усталость… – Итан грустно хмыкнул. – Врешь ведь. Я же вижу. Крис, не заставляй меня строить догадки. Если тебя что-то не устраивает, давай обсудим, решим и может быть…
– Я больше не люблю тебя, – выпалила я.
– … сходим к психологу… Что? – он уставился на меня, пытаясь понять, говорю ли я серьезно. Сжал зубы. Хмыкнул и убрал руки с моих плеч. – Вот так поворот.
Итан отвернулся и какое-то время стоял ко мне спиной, ничего не говоря. Потом достал из сумки полотенце, перекинул через плечо и скрылся за дверью ванной комнаты.
Я забралась с ногами на кровать, уже жалея о том, что сказала. Я не была до конца уверена в своих чувствах, но мне и правда казалось, что то, что есть между нами уже нельзя назвать любовью. Привычка, привязанность – да. Но не любовь. Последний год и секс превратился в супружеский долг. А ведь раньше мы подумывали сделать звукоизоляцию в спальне, чтобы соседи не косились на нас в лифте. Итану хватало одного взгляда и кривой ухмылки, чтобы я сама залезла и скакала на нём до утра, а сейчас…
Все эти годы он буквально окружал меня заботой, вниманием. Я даже не могла никому пожаловаться на него. И мама, и подруги сказали бы, что я грубо говоря «зажралась». А может, так и было… Иногда даже любимый десерт приедается и хочется жареной картошки. Мой психоаналитик назвал это семейным кризисом семи лет. Предложил делать друг другу разные приятности, искать плюсы… Но пересилить себя я так и не смогла.
Я слушала как льется вода в душе и представляла, о чем сейчас думает Итан. И мне вдруг стало невыносимо больно от того, что сказала ему. Я зажмурилась.
Те десять минут, что он был там, мне показались вечностью. Когда он вышел, я чувствовала его напряжение каждой клеточкой. Он доставал вещи из сумки, стоя ко мне спиной. Я слезла с кровати и подошла к нему. Итан вытянулся, услышав мои шаги, но не обернулся.
Я аккуратно проскользнула к нему спереди и обняла. Итан стоял молча, опустив вниз руки с чистой одеждой.
– Забудь, что я сказала.
– Это будет непросто.
– Я, действительно, устала… Расстроилась из-за отпуска, вот и ляпнула глупость.
– Это жестоко, Крис. Даже для тебя.
Сердце снова сжалось.
– Я знаю. Прости.
Он бросил одежду, которую держал, на кресло рядом с нами и обнял меня обеими руками. По телу пробежала приятная дрожь.
– Пойми, я не смогу ничего изменить, если ты будешь просто тихо злиться, – говорил он, а мне становилось теплее. – Мы должны быть в тандеме, должны обсуждать, а не замалчивать проблемы в отношениях.
– Я понимаю.
– Хорошо.
Он поднял вверх мое лицо и поцеловал в губы. Меня пронзило давно забытое чувство – жгучее желание. Когда на лице Итана мелькнула та самая кривая ухмылка, у меня сорвало крышу. Я сдёрнула с него полотенце, и его улыбка стала шире.