Кукловод

Дубчак Анна Васильевна

Сергей достал свой блокнот и записал все то необычное, на его взгляд, что происходило в последнее время.

«Маша» (под «Машей» в кавычках подразумевался как раз призрак на лоджии). «Маша» на кухне. Чужая одежда на «Маше».

Посторонние запахи (воск, ацетон и пр.) в квартире и подъезде. Появление головы Валерии в шкафу. Там же — голова Конобеева.

Людмила Николаевна с радостью помогает им и Валерии. Брат Людмилы Николаевны, Роман, просит у мужа Валерии, бизнесмена, денег на организацию какого-то музея. Роман в прошлом ухаживал за Валерией, но она

его отшила. Он мстит и подкидывает мужу Валерии компрометирующие снимки. Но Роман же не дурак! Зачем же ему портить отношения с Ивановым, если он надеется получить от него деньги на свой музей? Украденная еда…»

— Серый, что ты там все пишешь? Роман, что ли? — спросила плаксивым тоном Маша. — Нет бы с человеком поговорить…

— Ладно. Давай поговорим. Как ты думаешь, это естественно, когда девчонке вроде тебя делают косметическую маску?

— О, нашел, о чем говорить. У тебя что, больше забот нет, как обсуждать эти женские дела?

— Подожди… А не могла бы ты назвать на память всех известных тебе клиентов Романа?

— Пожалуйста. Валерия, это точно. Он же был в нее влюблен. Конобеевы — оба, он мне рассказывал. Я. Может, его сестра…

— А тебе не показалось странным, что некоторых из этих людей ты увидела в этой квартире?

Ты имеешь в виду головы Валерии и Конобеева в шкафу и мою копию на лоджии и на кухне? Значит, ты все же поверил мне и молчишь, бессовестный ты такой?!

— Я тебе всегда верю, — торжественно объявил он. — Но я, кажется, все начинаю понимать. Вот скажи, как ты думаешь: зачем Роман затащил тебя делать маску!

Маша смотрела на него и ничего пока еще не понимала. А Сергей продолжал «допрос»:

— Скажи, одна из этих масок была странная какая-то и тяжелая?

— Да! А откуда ты знаешь?

— Так. С этим разобрались. — Он оживленно потер руки. — Теперь ответь еще на один вопрос: как можно проникнуть в эту квартиру, если не через окна и входную дверь?

— Ничего себе вопрос… Никак.

— Да нет, как-то можно. Ведь кто-то постоянно бывает здесь, ворует наши продукты… Иногда тайно возвращает их…

«Он сошел с ума, вот до чего довело человека это расследование», — подумала Маша, всерьез озабоченная состоянием своего друга. Она не понимала, как можно войти в квартиру, если не через дверь и не через окна. Никак! Она могла бы повторить это тысячу раз. Не через крышу же! Тем более что квартира находится не на последнем этаже.

Сергей тем временем уже набирал номер телефона.

— Кому звонишь?

— Отцу. Только бы он оказался на месте…

Сергей молчал, а Маша злилась. Что он собирается спрашивать у своего отца? Ведь по пустякам он навряд ли стал бы его отрывать от дел.

— Па, это я. Извини, что мешаю. Ты не мог бы выяснить, кому принадлежала раньше квартира тети Тамары?

Через минуту, когда он положил трубку, его лицо выражало высшую степень удовлетворения.

— Ну и кому же принадлежала эта квартира? Какие-то странные вопросы…

Но Сергей и на этот раз ей ничего не объяснил.

Он встал и отправился осматривать квартиру шаг за шагом. Маша ходила за ним, пытаясь что-либо понять.

— Скажи, ну какая разница, кто здесь жил раньше? — спрашивала она. — Думаешь, сюда время от времени приходит старый хозяин со своими ключами? — догадалась она вдруг.

— Не хозяин, а хозяйка! — Горностаев, как учитель, поднял вверх палец. — Хозяйка, причем известная всем женщина, киноактриса!

— Да? И кто же? — удивилась Маша.

— Елена Трефилова!

— Сама Трефилова? Ничего себе…

Маша, мечтающая о карьере актрисы, потеряла дар речи. Как же такое могло случиться, что она, каждый день входя в эти роскошные апартаменты, даже не почувствовала, что здесь царит артистический дух? Но, с другой стороны, как же это могло быть, ведь квартира принадлежит тете Тамаре Саржиной…

— Еще один вопросик можно? — продолжал мистифицировать Горностаев, так и не посвящая Машу в свои догадки.

— Попробуй…

— Вот представь себе, что ты — Елена Трефилова. Ты ведешь особый образ жизни, тебе нужно много пространства, чтобы репетировать, принимать своих многочисленных гостей…

— Я поняла тебя, — перебила Маша, вдруг на самом деле представившая себя на месте известной актрисы. — Мне бы понадобилась отдельная комната для моих театральных и кинокостюмов, еще одна — с огромными зеркалами…

— Словом, тебе все ясно! Вот и скажи мне, дорогая Елена Трефилова, каким образом ты бы все это устроила, если в твоей квартирке комнаты маленькие, ну просто негде развернуться?

— Скупила бы соседние квартиры…

— Вот именно! — Сергей ткнул пальцем ей чуть ли не в лицо. — Попала в самую точку. Госпожа Трефилова купила четыре квартиры, расположенные на этом этаже. А потом, отец проверил, купила себе особняк в районе Цветного бульвара. А квартиру продала четырем разным хозяевам. Одна из них …

— Наша тетя Тамара, я поняла…

— Правильно. Но остальные три скупила небезызвестная…

— Людмила Николаевна? Но зачем ей так много квартир?

— Отец сказал, что эти квартиры скоро уже не будут принадлежать ей.

— Она продала их?

— Нет, собирается обменять — отец узнал, что сейчас готовятся документы. Она хочет получить такие же, только на первом этаже одного большого дома на Садовом кольце. Там удобно будет открыть музей.

— Снова музей?

— Да, Машенька. Неужели ты так и не поняла, о каком музее идет речь? Зачем тогда Роман Тихомиров уговорил тебя сделать гипсовую маску?

— Гипсовую? Он что, собирался меня убить, чтобы после меня осталась маска?

— Вовсе даже нет! Чуть-чуть попозже я открою тебе все тайны, но мне еще нужны доказательства. И я их найду. Ведь главное я теперь знаю: эта квартира примыкала к остальным трем. Остается только найти недостающее звено — узнать, как Роман проникает сюда, чтобы попугать таких девочек, как ты…

Маша даже не успела как следует удивиться, как раздался звонок. Пришел Никита и прямо с порога сообщил:

— Я освободил Конобеева.