Кукловод
Шрифт:
– Должен же я проверить, – нагло ухмыльнулся я. В душе не осталось ни частички страха.
– Ты – некультурный человек, – резюмировал Китель. – Работать нужно красиво. А ты – одного майонезом перемазал, второму нос своротил набок… Тьфу! Срамота! Про эстетику слыхал? – Но, кажется, по сути он был доволен, сделав вывод, что я играю честно.
Зато Макс осатанел вконец.
Размазывая по лицу грязь, он ринулся на меня.
– Назад! – грозно осадил его Китель. –
Рыча, как побитый пес, тот повиновался. Но было ясно, что отныне в списке его личных врагов я занял почетное первое место. Ну и плевать!
Нам с Алиной завязали глаза повязками из плотной черной материи. Вся группа расселась по машинам, и вот мы тронулись в путь, навстречу новым приключениям.
Ехали около получаса. Сначала автомобиль двигался без остановок, из чего можно было заключить, что мы катили по какой-то загородной малоезжей дороге. Но вот отовсюду начали наплывать городские шумы. Один поворот, второй, третий – я сбился со счета. Еще немного, и с меня сняли повязку.
Мы въезжали на центральную площадь: безбрежность асфальта, «Лукич» с вытянутой рукой на постаменте, помпезные серые здания, клумбы, автостоянка, забитая служебными «Волгами», среди которых выделялись вальяжные черные «Чайки».
– Значит, так, – пыхтя, повернулся ко мне Китель. – Сейчас пойдем к одному большому человеку. Очень большому. И очень нужному. Но вот, понимаешь, какая беда: не любит он меня! На порог не пускает. А я хотел бы, чтобы он для меня в лепешку расшибся. Если это очень трудно, я не настаиваю. Но вот эту бумаженцию, – Китель достал из черной кожаной папки какой-то документ и показал мне, – он должен подписать не глядя. Ты понял? Считай, это первое твое испытание. Выдержишь – дальше будет легче.
– Сначала мне нужно увидеть этого человека, – уклончиво ответил я, придерживаясь заранее намеченной тактики. Пусть Китель думает, что каждая акция требует тщательной подготовки.
– Девка нам с собой нужна?
*
Обязательно!
*
Хорошо! Айда! И не забывай о своем положении. —
Он многозначительно показал на обруч.
*
У вас скверная привычка пугать сотрудников, вмес
то того, чтобы их вдохновить, – не удержался я от укола,
отыгрывая очко за его недавнюю нотацию о «красивой»
работе.
Мы выбрались наружу, из второй машины выпорхнула Алина, бросив на меня вопросительный взгляд, полный тревоги.
Я ободряюще улыбнулся (теперь я мог себе это позволить без всякой натяжки), мол, выше голову, мы снова на коне.
Китель
Мы миновали милицейский пост, где Китель предъявил какие-то пропуска с красной косой полосой, поднялись на третий этаж, прошли по длиннейшему коридору, устланному идеально вычищенной ковровой дорожкой, и оказались в просторной приемной, где при желании можно было играть в футбол.
За внушительным полированным столом, напоминающим пульт управления энергосистемой (десяток разноцветных телефонов, селектор, факс, компьютер, бывший тогда в новинку), сидела хрупкая самоуверенная шатенка с гладким фарфоровым лицом.
– Здравствуйте, Зиночка! – рассыпался мелким бесом Китель. – Петр Поликарпович у себя? Мне только на минутку… Важный вопрос… – Он откровенно заискивал.
Хм! Непривычная роль для нахрапистого деляги.
*
Петр Поликарпович занят, – ответила секретар
ша хорошо поставленным голосом. – Не велено никого
пускать.
*
А если… – заикнулся Китель.
*
Никого!
Китель смешавшись посмотрел на меня.
Я направил на Зиночку легкую волну своего биополя. Она мило улыбнулась, поднялась из-за стола и заговорщицки шепнула:
– Я попробую. Может, для вас он сделает исключение.
Иногда он такой чуткий…
Я подмигнул Кителю. В ответ он подмигнул мне. Следом за Зиночкой мы устремились к кабинету, куда вели двойные дубовые двери.
Китель почти дружески сжал мой локоть, давая понять, что оценил мои способности.
В огромном кабинете за необъятным столом сидел худенький большеголовый человек в строгом синем костюме.
При нашем появлении он грозно зыркнул очами. Но было уже поздно. Истосковавшись по экспериментам, я обрушил на него ударную волну.
Хозяин кабинета быстренько выбежал из-за стола – росту в «большом человеке» оказалось метр с шапкой – и помчался мимо Зиночки к Кителю, раскрыв объятья.
– Кого я вижу! Друг мой сердечный, вы ли это? – Приподнявшись на цыпочках, он облапил Кителя и поцеловал взасос.
Тот едва не задохнулся. А Петр Поликарпович влепил ему еще пару горячих поцелуев, после чего потащил к столу с такой энергией, что Кителю пришлось даже упираться.
Ошалевшая Зиночка тихонько, как в трансе, вышла из кабинета, плотно прикрыв за собой обе двери.
Не менее ошалевшим выглядел и Китель. Столь бурного проявления чувств он явно не ожидал.
Конец ознакомительного фрагмента.