Кукловод
Шрифт:
И вот я уже смотрел их глазами, как на дне импровизированной могилы спокойно лежит человек и безразлично смотрит на низкое серое небо, что проступает сквозь облетевшие кроны. Ему прямо на лицо летят комья грунта, но тот даже не пытается прикрыться или отвернуться, а продолжает слепо глядеть в одну точку, пока его тело совсем не скрывается под быстро растущим слоем земли.
Эх… извини уж, Чингиз, ты без сомнения был достоин других похорон, но я могу тебе устроить только такие. Надеюсь, ты не будешь в обиде за то, что тебе придется пролежать в таком полуживом состоянии еще некоторое время, пока не исчерпается запас вложенной в тебя Силы,
А тем временем, мои марионетки глубокого внедрения вполне успешно справились с заданием, доложив, что Серб следит за уличным и клубным наркотрафиком аж в целых двух административных округах Москвы — Южном и Юго-Западном. Немалая, к слову, территория, и чтобы контролировать ее у Петра должна быть очень разветвлённая сеть информаторов, которые бы сливали ему информацию обо всех чужаках.
Что ж, придется немного пошебуршить палкой в этом улье, чтобы выманить хоть кого-нибудь из трудолюбивых пчелок Вуяновича. А там, потихонечку, как по следу из хлебных крошек, дойду уже и до него самого, до пчелиной, мать его, королевы.
С одной стороны, мне не хотелось бы, заниматься этим в преддверии «Бойни», потому что я имел здоровые опасения спугнуть или всполошить своими действиями московскую организованную преступность, и в этом случае поиски Алины грозят совсем уж затянуться. Но, если говорить начистоту, выбора у меня не было, потому что этот Петр прекрасно знает, где и когда я появлюсь, а это просто прекрасный шанс чтобы нанести мне еще один удар, особенно если он уже знает, что Цыпин в деле моей поимки не преуспел. Ну и все же существовала надежда, что к трагической гибели какого-то там районного смотрящего, пусть и достаточно крупного, никто из акул криминала серьезно не отнесется.
Так что я все же решил действовать и устранить один из потенциальных источников неприятностей. А для этого все те же марионетки, что сейчас вращались в бандитском кругу, начали распускать слухи, будто на территории Серба стали появляться какие-то левые толкачи, которые мало того что не делятся, так еще и отбивают постоянных клиентов, демпингуя давно устоявшиеся цены. Слухи по цепочке вливались в разные уши, и к вечеру все те, для кого они предназначались, должны уже были быть в курсе.
Для готовящейся засады я выбрал три не последних по популярности среди молодежи ночных клуба, которые располагались друг от друга в непосредственной близости. Таким образом я хотел сказать Петру, что в его зону ответственности вторглась целая группа конкурентов, а не какой-то шальной студент-химик, решивший увеличить себе стипендию. Это должно было подстегнуть его или его людей к более активным действиям.
По некоторым вопросам подготовки засады мне помогали зомби, делясь информацией и подробностями по организации наркоторговли. Поскольку сам я в этом не понимал ровным счетом ничего, то вряд ли смог бы создать хоть сколько-нибудь достоверную картину. А ведь дело усложнялось еще и тем, что у меня не было на руках никакого товара, так что моим зомби приходилось изображать из себя банчил (именно таким словом мои покойники называли драгдилеров) с пустыми руками.
Поэтому когда моя похоронная команда оказалась в более уверенной зоне покрытия моего поводка, я незамедлительно отправился к выбранным точкам, и там, с появлением первых заядлых тусовщиков, мои марионетки стали усиленно изображать толкачей. Несколько выбранных мертвецов непрестанно
Периодически удавалось перехватывать беззаботных гуляк, распространяющих вокруг себя густое алкогольное амбре, задавать им пару малозначительных вопросов, а потом горячо благодарить за их несвязные ответы и пожимать руки. Со стороны такое рукопожатие должно было выглядеть не иначе как моментом передачи денег и наркотиков.
В общем, деятельность мы тут развернули достаточно бурную и заметную, так что неудивительно, что нас таких нарядных очень быстро срисовали, и уже через полтора часа случилась первая поклевка.
В половине первого ночи, когда веселье в близлежащих заведениях достигло своего апогея, к клубу с немного несуразным названием «Конура», подъехала черная «девятка». Это был не автомобиль, а какое-то клише на колесах — подвеска занижена настолько, что машина чуть ли не пузом по земле скребла, на капоте наклейка в виде двух полос, как у гоночного автомобиля и литые диски на низкопрофильной резине, которые, судя по всему, стоили дороже самой «девятки». Образ «пацанского» тюнинга довершали широкие пластиковые обвесы хищной формы, тонированные стекла и стилизованная под арабскую вязь (но выполненная почему-то кириллицей) надпись «Аллах с нами» на заднем стекле.
М-да, если это люди Серба, то они определенно находятся в весовой категорией пониже, нежели те, что гнались за мной по Москве на Лексусах. Эти похоже, какие-то совсем рядовые стремяги. Тьфу ты! Ну и нахватался я словечек у марионеток. Правду говорят, с кем поведешься…
Из прокаченной по последнему писку дворовой моды «девятки» вывалилось пять граждан, все как один лохматые, бородатые, но со сбритыми, как и приписывает сунна, усами. Уверенной и слегка расхлябанной походкой, что аж плечи заносило, они целенаправленно двинулись к марионетке исполняющей роль дилера.
Дальше все развивалось по обычному для таких событий сценарию — они впятером окружили зомби и начался прессинг, пока только словесный.
— Э, слишь, сучара, ты що тут делаешь, мразь, чем занимаешься, барыга, а?!
Говоривший активно жестикулировал и постоянно делал резкие движения руками, будто вот-вот собирается нанести удар. Ходячий покойник, ясное дело, на это не реагировал, и наблюдал за подошедшей компанией с мертвенным (ха, снова каламбур… да я сегодня в ударе!) спокойствием.
— А на что, по-твоему, это похоже?
Зомби говорил спокойно и без агрессии, чтобы не спровоцировать драку раньше времени, ведь нам нужно было еще убедиться, что это именно братва Вуяновича.
— Похоже, щто ти тут совсем охуеваешь, поняль?! Ти знаещь, куда влез, баран?! Знаещь, кто тут хозяин?!
— Знаю. — Невозмутимо кивнул мертвец, не поменявшись в лице даже на мгновение. — У нас с Сербом давно договоренность, мы можем вести здесь дела.
Ответ, похоже, не на шутку взбесил бородача, потому что он скорчил поистине страшное лицо, что я аж испугался, как бы он не начал убивать зомби прямо посреди улицы. Ну как убивать… скорее просто портить. И я оказался в своих опасениях не так далек от истины, потому что ваххабит тут же перешел к физическим воздействиям. Он схватил марионетку за грудки и с силой прижал его к машине.