Кукла
Шрифт:
– Исключено, - заявил мужчина.
Он не сможет быть вдали от девушки.
– Есть какая-то альтернатива?
Врач поджала губы, но проинструктировала Руслана. Выписала для Ани витамины и специальную насыщенную диету, чтобы девушка прибавляла в весе. И подробно расписала режим.
Мужчина все внимательно выслушал, кивая головой.
– Анне я рассказала то же самое. Вам остается лишь проследить за выполнением предписаний.
В день свадьбы
После домоправительницы пришли визажист, парикмахер и все те же организаторши свадьбы. Они очень детально описали, что хотят увидеть на лице и голове Ани.
– Волосы убрать наверх. Макияж поярче, чтобы убрать все следы усталости.
– Нет!
– решительно заявила Аня, вызвав искренне недоумение.
– Волосы оставить распущенными, а макияж естественный. Нечего из меня фарфоровую куклу делать!
Голос девушки был пропитан холодом и властностью, что удивило всех нанятых работниц, которые за все две недели только и увидели, как она молча ткнула пальцем на платье и туфли. Но они не посмели что-либо сказать.
Через два часа Аня была готова. На ней было ее великолепное платье, элегантное и подходившее ее хрупкости как никакое другое. Длинные волосы были завиты и отброшены на спину. По крупным локонам то и дело сверкали разноцветные стразы. На лице естественный макияж, подчеркивающий ее юность и красоту. В ушках серьги с мелкими бриллиантами, а на запястье тонкий браслет, усыпанный ими же. Тонкая шея была открыта, не нуждаясь в каком-либо украшении кроме природной грации. Хрупкие плечи смело развернуты, а подбородок гордо вскинут.
И все равно Аня походила на неживую куколку. Излишне худая, бледная и с пустыми глазами. Лишь на губах улыбка. И та пропитана фальшью.
Когда все вышли из комнаты, девушка села на кровать и уставилась в стену. Да, не так бы она хотела представлять себе свою свадьбу, если когда-нибудь решилась бы на подобный шаг. Рядом не было даже ее подруг - Руслан приказал забрать у нее телефон в тот же день, как ее доставили домой после больницы. Поэтому она не смогла связаться с ними. Она лишь рассчитывала, что девушки в курсе происходящего - все-таки Султанов довольно таки известная личность, чтобы подобное событие в его жизни осталось тайной.
Через полчаса одиночества, за Аней пришла одна из женщин, чтобы отвезти к машине. Она что-то бубнила и рассказывала, что будет дальше по плану. Невеста просто пропускала все это мимо уха. В голове не было никаких
Ане помогли сесть в большой внедорожник, просто и легко украшенный ненавязчивыми лентами, и Стас сел за руль. Когда они подъехали к Дворцу Бракосочетаний, мужчина неожиданно сказал:
– Поздравляю.
– Спасибо,- в голосе Ани было так же мало радости, как и в его собственном.
Она поймала его жалостливый взгляд в заднем зеркале машины.
– Не нужно меня жалеть, - тихо сказала девушка.
– Это не жалость, это сочувствие.
– Спасибо, - уже более мягко сказала девушка.
– Только мне от этого не легче.
– Все образуется.
– Вряд ли.
Больше они не сказали ни слова друг другу. Открылась дверь машины и Аню тут же обступили охранники. За их спинами девушка увидела вспышки фотоаппаратов и услышала вопросы журналистов. Очень быстро ее сопроводили до дверей, где наступила тишина. Девушка даже вздохнула от облегчения.
Ее снова схватили за руку, и повели к двери, за которой должна была состояться церемония. В руки впихнули букет кроваво-красных роз. А когда распахнулась дверь, она медленно пошла вперед, стискивая его ладошками.
Никого из находящихся здесь людей Аня не знала, кроме, пожалуй, Рокотова, владельца "Маски". Все смотрели на нее с любопытством, восхищением и оценкой в глазах. Спутницы мужчин окидывали ее более цепкими взглядами. Они оценили и дорогое дизайнерское платье, и фирменные украшения. Оценивали, достойна ли она стать госпожой Султановой.
И только в глазах будущего мужа не было ничего. Он смотрел на нее прямо и спокойно. Не было ни восхищения, ни радости. Ничего. Так же как и в ее собственных глазах.
Аня смутно запомнила церемонию. Она лишь помнила свое тихое и более смелое "да" Руслана. А потом его руки на ее холодной ладошке, когда он надевал кольцо ей на палец. Помнила, как дрожали собственные, когда делала то же самое. Но лучше всего она запомнила, как его руки легли ей на лицо, поднимая его для поцелуя. И сам поцелуй, горячий и страстный, не смотря на холод в глазах. И когда он оторвался от ее губ, она заметила в равнодушном сером взгляде искорку довольства.
Потом на них посыпались куча поздравлений и оваций. Аня заставляла себя улыбаться всем этим незнакомым людям. Ее обнимали и целовали чужие губы и руки, а она покорно принимала все это, чувствуя на талии железный захват руки мужа.
Снова была ладонь, тянущая ее за собой, и вспышки фотоаппаратов. Но четче всего Аня запомнила хлопья снега, что полетели на них, когда Руслан вел ее к машине. Аня не чувствовала ни декабрьского холода, ни ледяного ветра. Только снег, превращающийся на ее коже в слезы.