Кукла

Драч Маша

— Почему ты никогда не был женат?

— Так сложилась моя жизнь, — просто ответил Быстриц.

— А что насчет детей?

— Я не собираюсь с тобой это обсуждать, — сухо произнес Стас, резко поднимаясь на ноги. — Мне нужно еще подготовиться к командировке, так что ложись спать без меня и не захламляй свою голову разной чепухой.

Глава 21

Когда Аня проснулась на следующий день, Стас уже уехал в командировку. Кроме связки ключей и внушительной суммы денег он больше ничего не оставил. Анька надеялась хоть

на какую-нибудь маленькую записку, но видимо Быстриц настолько занятой человек, что ему нет никакого дела до всех этих глупых записочек.

За окном, как и вчера, стояла хорошая погода, и даже не верилось, что уже завтра наступит осень. Аня с ногами сидела на стуле и, обхватив двумя руками чашку, неторопливо пила зеленый чай. Из головы никак не выходили всякие плохие мысли по поводу вчерашнего вечера. Этот неприятный разговор с Кристиной оставил в душе неприятный осадок, потом еще скандал со Стасом. И чего Анька могла от него требовать? Да, он вроде бы и заявил о том, что отныне она его девушка, но всё равно всё было как-то не так. Ко всему прочему еще и жуткий сон приснился. Когда Аннушка только встала, то забыла его, а теперь, наслаждаясь ароматным чаем, вновь вспомнила.

Ей снился Стас, что совсем неудивительно в свете последних событий. Но он был какой-то не такой, как в реальности. Вроде бы внешность и одежда та же, а вот выражение лица такое измученное и болезненное. Он стоял в плохо освещенной комнате, а Анька почему-то остановилась на пороге. Потом в какой-то момент на руках Стаса появился маленький ребенок, закутанный в простыню, что была вся испачкана в крови и грязи. Ребенок так истошно кричал, а Быстриц старался всячески его успокоить, но затем просто уложил младенца в кроватку и вышел к Ане, закрыв за собой дверь. Это был жуткий сон, после которого еще долго не можешь прийти в себя.

Из размышлений и воспоминаний о ночном кошмаре девушку вывел чей-то совершенно неожиданный приход. В коридоре раздались два женских голоса, разговор шел о том, что сегодня не помешало бы вымыть окна в гостиной. На мгновение у Ани от сердца отлегло, ведь она помнила о том, что к Стасу в квартиру иногда приходит горничная. Но когда на кухне появилась женщина преклонного возраста в дорогом костюме персикового цвета, у Аньки отчего-то вновь сжалось сердце.

Судя по удивленному взгляду женщины, она тоже не ожидала здесь кого-то застать. Рядом с ней возникла еще одна гостья, низенькая и ничем не примечательная. Тут и без слов было ясно, что статная женщина — хозяйка, а низенькая — подчиненная. Аннушка с первой встретилась взглядом и с ужасом поняла, у кого уже раньше видела такие глаза. Большие и холодные, будто арктический лед. Тот же взгляд временами девушка наблюдала и у Стаса! Кажется, в гости к Быстрицу пожаловала его мать.

— Здравствуйте, — озадаченно произнесла женщина, внимательно рассматривая Аню. — Простите, а вы кто?

— Я, — Аннушка сглотнула и быстро встала со стула. — Анна, — голос дрогнул.

— И что вы здесь делаете, Анна? — женщина окинула быстрым взглядом кухню, будто ища какие-то доказательства, которые позволяют девушке здесь находиться. Вся эта ситуация выглядела жутко неловко.

— Живу, — слишком тихо ответила

Аня, вцепившись рукой за край обеденного стола.

— Прошу объясниться, — женщина прошла на кухню, села на стул, а свою дизайнерскую сумочку поставила себе на колени.

Аннушка почему-то глянула в сторону горничной, будто бы ища защиту, но домработница поспешила ретироваться.

— Мы со Стасом пара, — набравшись смелости, ответила девушка.

— Вот как, — выражение лица женщины заметно смягчилось. — Позвольте, а это не вы вчера были с моим сыном на банкете?

— Я, — Аня положительно кивнула, чувствуя, насколько сильно сейчас ее сердце от волнения бьется в груди.

— Простите меня, что я не представилась. Просто раньше у моего сына здесь ночевали всякие особы, которых мне приходилось на утро выгонять, думаю, вы понимаете, о чем это я, — женщина смущенно заулыбалась и такая улыбка была ей очень даже к лицу.

Аня смутно понимала то, о чем ей говорили. Из своих предположений она поняла, что видимо у Стаса в квартире бывали ночные бабочки, и его матери постоянно приходилось с этим бороться. Аньке очень хотелось, чтобы Быстриц, а тем более его мама воспринимали ее как угодно, но уж точно не проституткой.

— Я Александра Вячеславовна, — женщина привстала и протянула руку.

— Очень приятно, — застенчиво ответила Аннушка и пожала руку.

— Стас проказник такой, ничего мне о вас не сказал, я узнала о его новых отношениях лишь от общих друзей.

— Мы относительно недавно вместе, — Аня плотней укуталась в халат, чтобы случайно не показать свои синяки.

— Ясно, а где вы учитесь или работаете?

— Поступила на первый курс журналистики, — тут же ответила девушка и словила озадаченный взгляд Александры Вячеславовны. — Мне двадцать, просто так сложились обстоятельства и раньше у меня поступить, никак не получилось.

— Вот оно что, — лицо женщины вновь прояснилось. — Знаете Анна, это прекрасно, что вы всё равно решили учиться несмотря ни на что. Это прекрасный подход.

— Спасибо.

— Я очень рада, что у Стаса наконец-то появилась девушка. Он много времени был один, какие-то интрижки вел, которые мне совсем не нравились. Я уж думала, что мой старший сын так и будет вести жизнь отшельника. Но теперь я встретила вас и моя душа немного успокоилась.

Ане, конечно, было приятно слышать такие слова, но она почему-то всегда была уверена в том, что отношения невестки и свекрови обязательно должны не заладиться. Видимо, это всего лишь стереотип. Но ведь многое может измениться, если Александра Вячеславовна узнает, что Анина семья самая обычная и не владеет никакими золотыми приисками.

— У меня есть прекрасная идея, — вдруг заявила женщина. — Пока Света будет заниматься уборкой, я приглашаю вас где-нибудь позавтракать. Вы еще не завтракали?

— Нет.

— Вот сейчас мы это и исправим.

Когда Аня с Александрой Вячеславовной вышли на улицу, то их тут же встретил охранник и личный помощник Стаса — Максим.

— Доброе утро, — вежливо поприветствовал он.

— Так, даже не смей начинать, — раздраженно проговорила женщина. — Мы сами в состоянии передвигаться по городу.