Кукла для киллера
Шрифт:
Айрис мягко улыбнулся и поправил широкую рубашку. Боги, они перенесли в него яйцо?
— Милый мой, ты как?
Элой запустил руку в волосы лоу, хотя какой он теперь лоу? Свободный мужчина.
— Хорошо, — Айрис светло улыбнулся. — Но странно. Хочешь посмотреть?
Кто же откажется! Айрис расстегнул рубашку и отодвинул складку сумки, Элой с замирающим сердцем смотрел на алое полупрозрачное яйцо, сквозь стенки которого просвечивалась крылатая фигурка. Сын.
— Алый, — благоговейно прошептала Тереза. — Владыка сказал, что алые не рождались среди вас почти тысячу лет. Правда, он самый красивый? И похож
— Он теплый и активный, — Айрис застегнул рубашку и сел рядом с эрлингом. — И он со мной общается. Не словами, а эмоциями. Это так здорово. Китиан говорит, что это свойственно малышам-эрлингам.
Элой растроганно молчал, только нежно поглаживал Айриса по руке. Слов не было, горло сжали спазмы. Это его сын. Его сын от любимой женщины, по которой он, между прочим, очень сильно соскучился.
— Те-ре-за, — протянул он, привлекая ее к себе, — А не заняться ли нам…
— С ума сошел! — Тереза даже с кровати скатилась. — У тебя гипс на обеих ногах, ребра поломаны, ушибы по всему телу! Как ты собираешься заниматься любовью с такими ранами?
— Ну… я полежу, а ты сама все сделаешь. Тебе же можно?
— Можно. Арто сказал, что мне можно ничего не бояться еще месяца четыре, а дальше он посмотрит, — честно ответила жена и, когда Элой предвкушающе улыбнулся, коварно добавила, — Но тебе он категорически запретил это делать!
Элой сделал несчастное лицо, такое несчастное, что Айрис метнулся за водой, а Тереза побежала за магом.
— Ну хоть пообещай, что ты согласишься, когда с меня гипс снимут! — взмолился Элой, чувствуя себя пятнадцатилетним подростком с гормональным взрывом. Но он безумно ее хотел. Сейчас. Здесь. Немедленно. И ничего с собой поделать не мог. Тереза действовала на него лучше любого приворотного зелья.
— Обещаю.
— Когда?
— Ну… когда Вонг вернется?
— Ловлю на слове, — Элой откинулся на подушку и прикрыл глаза. Все живы, с родными все хорошо, можно отдохнуть.
К концу второй недели Элой взвыл и категорически потребовал, чтобы Тереза спала с ним. Иначе он за себя не ручается.
— Но я во сне брыкаюсь, — попыталась отговорить его жена, удобнее укладывая на подушку его левую ногу. — Вдруг я тебя ударю?
— Тереза! — прорычал Элой. — Я все сказал! И не рисуй на гипсе голую женщину!
Это тоже придумала Тереза, и вся шумная компания уже третий день развлекалась, рисуя на его гипсе человечков, цветочки и всяческое непотребство.
— Это не голая женщина! — возмутилась Тереза. — Это слоник!
— Не быть тебе художником, — захихикал Китиан и протянул Айрису половинку яблока.
Эти двое забавно смотрелись рядом. Но еще забавнее было наблюдать, как Тереза и Эльза кудахтали вокруг них. Хотя, что врать, Элою самому хотелось носить Айриса на руках. Он казался таким беспомощным с этой родильной сумкой. Зато ничто не говорило, что Тереза носит маленькую девочку. Она была такая же подвижная и стройная, как и месяц назад.
А когда их станет двое? Эрлинг на мгновение представил, как Тереза и Айрис наперебой требуют то молока, то персиков, то соленой рыбки, и вздрогнул. Нет, когда Тереза станет очень беременной, Вонг должен быть здесь! А бизнес подождет! Иначе эти двое сведут эрлинга с ума.
— Энона прислала сообщение, их с Лайонелом свадьба и ее коронация
— В настоящей берлоге! А теперь он ему пару ищет по мирам, — добавил Васька.
Эти двое спелись, и похоже, что у младшей сестры все тоже будет хорошо. Элой проводил их взглядом.
— Где Арто? Я хочу, чтобы он снял с меня эту дрянь! — категорически потребовал он. — Все тело чешется.
— Тут я, тут, — пробурчал голос мага, и он возник у камина. — Завтра сниму. Но ходить не разрешаю! Сначала массаж, потом…
— Сегодня.
Это прозвучало как приказ, и Арто впервые за две недели не стал спорить.
— У тебя опять глаза светятся, мой господин, — улыбнулся Айрис. — Твоя сила вернулась. Ты опять можешь испугать.
— Злобный киллер, — хихикнула Тереза и поцеловала его в нос. — Наш любимый вредный, грозный эроит.
Ну вот как быть устрашающим злом, когда даже родная жена тебя не боится?
Элой сидел в подушках, ему только сняли гипс, вымыли и Арто пятьсот раз предупредил, что, если эрлинг попробует напрягать ноги, он их ему вновь переломает. Маг был так зол на неуступчивость пациента, что Элой ему поверил. Поэтому все, что ему оставалась, это расслабиться и получать удовольствие, чем он и занимался.
Он смотрел, как Тереза медленно и чувственно облизнула губы, осторожно двумя пальчиками взяла его член и приникла к нему ртом. Ее взгляд выражал и покорность, и страсть одновременно. И это возбуждало еще больше. Обнаженная женщина, стоящая на коленях над его ногами, открытая, беззащитная и до спазма в паху желанная! Тереза провела по вставшему члену языком — и тот отозвался, будто жил отдельной от хозяина жизнью. Розовый язычок скользнул вокруг уздечки, а губы мягко обхватили головку, сначала нежно, потом чуть глубже всасывая ее в рот. Элой не выдержал и задышал прерывисто. Впервые в жизни инициатива исходила не от него, сегодня он отдавался, а не брал, и это придавало пикантную остроту происходящему. Тереза игриво на него посмотрела и привычным движением еще раз обвела головку языком, легонько щекоча ее и снова отправляя в рот все больше набухающий член.
Такая покорная и развратная. Его женщина.
— Так и знал, что вы меня не дождетесь.
Янг шел от двери, на ходу избавляясь от одежды, и, когда он оказался на коленях позади Терезы, на нем уже ничего не было.
— Я знал, что ты сегодня вернешься, — простонал Элой, потому что проказница Тереза даже не подумала останавливаться.
— Я скучал, — Янг поцеловал спину жены. — От вас идут такие флюиды, что у меня встал еще на подходе к замку. Я хочу тебя прямо сейчас.
Элой смотрел, как Вонг разводит бедра Терезы и приникает губами к самому желанному. И от того, что Янг все же решился к ним присоединиться, желание стало почти неконтролируемым. Элой прикусил губу, не отрывая взгляд от Терезы. Она выгнула спину и подалась назад к ласкающему ее ртом Янгу, к его пальцам, скользящим между ее бедер и играющим с тугим колечком мышц. Эрлинг видел, как пальцы Янга входят внутрь, как выгибается Тереза, выстанывая что-то. Ее мягкие, влажные, теплые губы играли с его членом, пока Янг играл с ее возбужденным средоточием женственности.