Кукиш прошлякам

Крученых Алексей Елисеевич

Сдвигорифмы

Составных рифм (вернее сказать — сдвиговых) бесконечное множество у всех современных поэтов: у Маяковского и Хлебникова, у Брюсова и Белого, Ахматовой и Блока, и наконец у большинства молодых поэтов.

Возьмем, напр., поэтессу Н. Бенар, только в этом году выпустившую книгу: «Корабль отплывающий». Вот какие у нее (и типичные для всей теперешней поэтической молодежи) рифмы:

Недели вышли навстречуПохоронными клячами в перьяхВьюг. От

этой встречиНе отчураюсь теперь я. Нам закаты в окно напророчилиО зиме, всех зим печальней.Голосами осипшими ночи,На углах о разлуке кричали нам,

И в других стихах: тепло еще — площади, знака ли — плакали, обрыв кинув — обрывки.

Составные рифмы дают неожиданно для автора ряд неологизмов: теперья (множ. число от теперь?), тепло еще (увелич. степ. от тепло? сравни — побоище).

Особый вид сдвиговой рифмы представляет переносная или так наз. «двустволка».

Шуточное стихотворение:

Замок приверченКо двери; Дверь заперта, — чудесно!Твори, Аверченко,Твори —Бумага бессловесна!

Много ли сдвигов?

Недоверчивый читатель подумает, что я выискивал у авторов их редкие случайные ошибки, но если он откроет любого поэта, особенно современного — он сам найдет их на любой странице, и чем поэт бездарнее безголосее, тем сдвигов больше и самых корявых, ненужных, неожиданых для самого автора.

А. Шемшурин в книге "Футуризм в стихах Брюсова" собрал целый том сдигов в стихах Брюсова и Северянина, а им отмечены еще не все случаи. Мы видели также, что современная рифма типически сдвиговая — следовательно сдвигов надо ждать в каждой строчке, а если прибавить еще внутренние рифмы да сдвиговые образы и синтаксис — то и выходит, что все стихи — сплошной сдвиг!

Р. Якобсон поэтому имел полное право писать: "по существу всякое слово поэтического языка в сопоставлении с языком практическим — как фонетически, так и семантически — деформировано!" А. И. Терентьев мог ваявить "мастерство, т. е. уменье ошибаться, для поэта означает — думать ухом, а не головой… всякий поэт есть поэт "заумный".

Сдвиг, как прием

Сдвиг — яд, очень опасный в неопытных руках глухачей, но его же можно использовать как хороший прием, например: желая придать слову «цикута» еще большую увлажненость, я искал такой фразы, в которой бы «цикута» помещалась в середине строчки и перед ней союз и, для получения посредством стыка сдвигового слова "ицикута", так получился стих:

— Паюсный корморан и цикута сестра милосердья

Или в другом стихотворении — мягкое уи: "губами нежными как у Иосифа пухового перед рождением Христа" —

Еще

случай:

— Пырнет ногою важурные сердца…..

Слово «важурные» написано нарочно слитно, дабы подчеркнуть что в данном случае сдвиг умышлен и желателен; вообщо же поэты не знают что им делать с предлогами и союзами, одни их вовсе выбрасывают, другие пишут на полях, у третьих же получаются, конечно неожиданные чудовища о двух головах: икот, иношна, икотики, о слава всем отраву пьющим, ик мудрому старцу под'ехал Олег,

И шаг твой землю тяготил…

(ишак, у Брюсова) и т. д,

Самые неудобочитаемые, случайно — ненужные, неприличные и неприятные сдвиги у поэтов, технически слабых и глуховатых.

Слышим ли мы сдвиги?

На сдвигах основано множество острот и анекдотов. Влад. Соловьев в "Шуточных пьесах" каламбурит:

— …А что за сим — тотчас же ты узнаешь! (бьет его)

— Бей меня, о жестокая, но не забывай моего имени! Меня зовут Альсим, Альсим, а не Зосим!

Такая чуткость к словам делает честь Соловьеву, но плох диллетантизм и отсутствие метода, иначе Соловьев не написал бы в тех же пьесах:

Как свечка я горю и таю, как она Как искусно гнездо-бы вила И с обедом из своих плодов…..

Итак, поэты обычно слышат сдвиги, но как недоучки!

Звуко-образ

Значение звука. Установка на звук — сдвиг смысла. Почему —

литит мой духлебяжийна—фта—линный?!

какой такой — нафталинный? — едкий, аптекарский неприятный?! Если в поэзии доминирует звук, мы должы в первую очередь исходить от него, и тогда ясно, что нафталинный, — легкий по голосу, — означает невесомость, летучесть, — кстати этой эпитет и есть дополнение к любящему, пухово-легкому в полете — Нафталинный яа-фа-та-линный (фата).

Одинаково звучащие слова в поэзии равнозначущи и по смыслу (Терентьев); так, легкий по звуку парашют равен пюпитру, Юпитеру и пилюле, горшок равен горшку, грошику, рогоже и брошке!

Поэтому, можно встретить образ странный и нелепый по смыслу, но по звуку вполне необходимый: "у меня изумрудно неприличен каждый кусок" — эпитет взят главным образом за резкость звука (рзуда), таковы же строчки из моей «весны с угощением»:

… а вот, глазами рококоча,глядит на вас с укором.рококовый рококуй!

если в смысловом отношении эти образы и «случайны», зато в звуковом отношении они дают глухо-рокочущую гамму, — итак мы переходим к звуко-образу и звуко-эпитету.