Кудесник
Шрифт:
– Володя, ты еcли нужно, прикроешь меня от пули, а я просто заплатил за тебя в ресторане. Я не считаю такой обмен равноценным, но хоть чем-то я могу высказать вам свою благодарность?
Кабинет у Виктора был соответствующий рангу, то есть огромный, площадью около шестидесяти квадратных метров, с длинным столом для совещаний посередине, замыкающим его дубовым монументальным столом, с бронзовым письменным прибором, и батареей телефонных аппаратов слева на приставном столике. Почему-то связь с Брежневым обеспечивалась не через кремлёвку[1], а отдельным аппаратом ЗАС. Но и «Вертушка» - аппарат правительственной связи тоже стоял рядом, как и обычный городской телефон, и селектор, для рабочих совещаний аппарата Президиума Верховного Совета. По составу и количеству телефонных аппаратов опытный бюрократ мог сразу
Николаев только сел, как минуя пустую приёмную, в кабинет вошёл фельдкурьер с парой охранников, и оставив толстый конверт убыл.
Достав из ножен на поясе короткий нож, Виктор вскрыл конверт, и начал просматривать документы, как к нему вошёл Судоплатов.
– Павел Анатольевич. – Виктор собрал бумаги в пачку, и перевернул её белой стороной вверх. – Давно не виделись.
– Дела. – Судоплатов крепко пожал руку Виктору. – Сейчас уральский район чистим. Всех подтянули, даже военную контрразведку и спецназ. Но я к тебе не за этим. – Он повернулся в сторону двери и произнёс. – Лена, зайди. – В комнату вошла девушка лет двадцати, стройная, высокая, в тёмно-синем платье, схваченном на талии узким ремешком – цепочкой, и густыми светлыми волосами до пояса, забранными в «конский хвост». Синие глаза девушки смотрели внимательно и оценивающе, а стройные ножки в красивых чёрных туфельках стояли уверено и твёрдо.
– Елена Павловна Пожарская. Выпуск спецучилища КГБ этого года. Подралась с начальником курса, и была отчислена до окончания экзаменов. Эти придурки её быстренько комиссовали, но на счастье, там оказался наш человек, и Елену, мы забрали к себе.
– Допуск?
– Естественно. – Судоплатов кивнул. Первая группа, но на первое время для работы хватит.
– Вы, я так понимаю, метите её ко мне в секретари – информаторы? – Виктор усмехнулся.
– В секретари – да. Но в информаторы – нет. – Судоплатов покачал головой. – Иначе у неё вообще голову разорвёт от решения дилеммы кому, что можно говорить, а кому нельзя. Поэтому никому и ничего. Ну кроме первого лица естественно. Елена хорошо говорит и пишет на трёх языках. Английском, французском и испанском, хорошо знает делопроизводство и бухучёт. Ну и естественно отлично стреляет, и водит машину.
– Ладно. – Виктор кивнул. – Что у неё с документами, жильём, транспортом, связью?
– Документы в порядке, принята сегодняшним числом, пропуск выписали пока временный, а как сделают удостоверение, выдадут постоянный. С жильём никак. Пока поживёт у нас на одной из квартир, транспорт… так ходят же автобусы? Или я чего-то не понимаю.
– Павел Анатольевич. – Виктор покачал головой. – Ну как так? Мы втаскиваем человека в секретнейшее дело, а сами жмёмся ему дать жильё и способ передвижения. Ладно я всё понял. – Виктор кивнул. – Останетесь чаю попить?
– Да какой чай. – Судоплатов махнул рукой. Тут на сон бы урвать время.
Когда генерал ушёл, Виктор кивнул девушке на стул.
– Садитесь Елена. – Будем решать ваши вопросы. – Он снял трубку телефона, и набрал номер одного из своих московских знакомых.
– Анатолий Петрович? Николаев Виктор беспокоит. Да всё хорошо за исключением пустяка. Нужна квартира. Одна, а лучше две комнаты, но в центре и с мебелью. В пределах бульварного кольца. Сколько? Хорошо. Считайте договорились. Я пришлю к вам девушку, она отдаст деньги, на неё и оформите все документы. Ну за оформление отдельно, разумеется. Я вашу ставку знаю. Теперь ещё один вопрос. Мне бы жигуля нового… А что есть тройка? Это было бы здорово. Сколько? Тоже не вопрос. Деньги вместе с квартирными передаст та же девушка. Завтра в одиннадцать, будете у себя? Понял.
– Закончив разговор Виктор положил трубку и задумчиво посмотрел на девушку, которая буквально съёжилась на стуле.
– Так, Елена Павловна. – Что это за вид? А ну-ка выпрямились, подбородок выше, взгляд жёстче, и вообще все вокруг клоуны, а вы директор цирка. – Он снова поднял трубку и набрал номер.
– Нина Владимировна? Да, Виктор беспокоит. Нет у меня всё в порядке, хотя вот новый костюм я бы уже заказал. А то пошитый вами уже стал чуть узок в плечах. Но я не по этому поводу. Тут у меня
Положив трубку, Виктор задумчиво посмотрел на Лену, и подошёл к громадному трёхстворчатому сейфу ещё дореволюционной работы, набрал номер на диске, вставил ключ, и провернул замок.
Вытащил из глубины сейфа сумку, и стал выкидывать на стол большие банковские упаковки десятирублёвых купюр.
– Елена. Я даю вам сорок тысяч, надеюсь этого хватит. Если не хватит, мне скажут, и я подвезу ещё.
– Я не могу взять эти деньги. – Тихо произнесла девушка, глядя в пол.
– Лена. Вы чего-то не поняли, ну так я объясню. – Виктор обошёл стол и сел напротив Елены.
– Вас мне отдали на съедение. Вы моя, с потрохами. Не захотели служить под комитетскими, будете лопатить в моём хозяйстве. Скажу прыгать – будете прыгать. Скажу лечь под пули, - скачками убежите.
– А скажете просто лечь?
– Лена. Вы дура. – Виктор устало вздохнул. – У меня лишь одна проблема – сбежать и не подставиться под очередную даму, которая решила, что именно она должна составить моё счастье. Я сегодня от девичьих взглядов в институте дымиться начал. А вы мне предлагаете, что? Койку? Я понимаю зачем это вам. Но объясните ради бога зачем это мне! Не забивайте себе голову. Я хочу, чтобы вас не купили задёшево, когда вы, осатанев от чужой квартиры и троллейбуса по утрам, получите предложение, которое позволит вам зажить как человек. Да, скорее всего вы не предадите. Не тот тип личности. Но будете жить с огромным камнем на душе. А оно мне надо? А тут у нас действительно серьёзная работа происходит. Это не поиски хозяина картошки, из которой сделали клейстер, и приклеили листовку. Так что оставьте свои эротические фантазии. Покупайте себе квартиру, машину, и хорошую одежду. Вы должны выглядеть не как бедная родственница, а так, чтобы у всех московских дам, в горле пересыхало от зависти и злости. А ещё вот что. Узнаю, что от вас пошла информация налево, найду и на том свете. – Виктор улыбнулся, но Лена просто физически почувствовала, как от этой улыбки, у неё все внутренности превращаются в ледяной ком.
Когда она дала в морду майору, который полез к ней в трусы, она уже была готова внутренне к тому, что её засунут куда-нибудь в глубокую дыру, в Сибири, и выбросят ключ, но совершенно неожиданно майор добился её увольнения из КГБ, и это открывало перед девушкой широкие перспективы. В конце концов она ещё совсем не старая и может окончить гражданский ВУЗ, и получить специальность. Правда майор что-то такое говорил, что не даст ей жизни, но мало ли кто и что говорит. И когда её зацепил человек Судоплатова, уже сама была готова сделать всё что попросят. Только вот она точно не рассчитывала попасть на работу к тому самому парню, встречу с которым показывало Центральное Телевидение. Признавая его правоту относительно толпы женщин что наверняка его окружала, она уже совсем не была так уверена в своих моральных принципах. Новый начальник был не только высок, строен и прекрасно одет. Но от него приятно пахло туалетной водой Арамис, а ногти аккуратно и красиво подстрижены. И он был героем Советского Союза, носил другие ордена, что в мирное время было добиться весьма и весьма непросто. А ещё от совсем молодого мальчишки отчётливо веяло такой жутью, как не несло даже от Судоплатова. А ещё он вот так, запросто выложил сорок тысяч – немыслимые деньги для Елены, получавшей во время учёбы сто пятьдесят, что было весьма прилично.
В общем при первом контакте Виктор Николаев произвёл на девушку сногсшибательное впечатление, которое только усилилось когда она поездила по людям, которые его знали. Все были с ней предельно доброжелательны, предупредительны и вообще обхаживали словно родственницу. А портниха натаскала целую гору разного барахла включая французское нижнее бельё, сняла мерки и сразу же подогнала два повседневных деловых костюма, осеннее пальто, подобрала две пары туфель для работы, и отдельно ботики для улицы и сапоги для снежной зимы, так что вся одежда едва вместилась в две огромных сумки. А на выходе обрадовала тем, что будет ещё пара шуб, и пальто на меху. Так что в новой квартире, которая продавалась прямо с мебелью, оба шкафа оказались забиты одеждой.