Куда уходит вчера
Шрифт:
Ольт остолбенел. Фиар не обращала внимания. Ривллим выглядел так, словно только что постиг великую тайну Вселенной.
— Будь я неладен! — произнёс он шёпотом и быстрым шагом направился к углу, в котором стояли ножны. Вернувшись, положил их рядом с молотом и булавой.
Послышался слабый треск. Третий поток, светящегося белёсого тумана, отделился от ножен и вплёлся в сложный узор двух предыдущих. Сплетение засияло всеми цветами радуги, внутри начали плясать, меняя форму и очертания, сложные геометрические
Что — то щёлкнуло под потолком. Фиар вздрогнула и уселась прямо. Над чехлом с булавой на потолке образовалась тёмная полоса — выходила из одной стены и исчезала с другой.
Миг — и светлая полоса возникла над ножнами.
Тут же проявилась и зеленоватая, пересекшись с остальными двумя в той же точке.
— «Когда трое встретятся, они узнают друг друга», — произнёс Ривллим ошарашенно. — Видят боги, я думал, это сказано про нас!
Все трое сидели, вцепившись пальцами в крышку стола и глядя на непрекращающийся «разговор» своего оружия.
Только когда вода забурлила и зашипела, выплескиваясь на огонь, Ривллим очнуться от созерцания знаков. Знаков, исполненных неведомого смысла.
— …Побывала у трёх малых ворот, — рассказывала Фиар, не отводя взгляда от радужного вихря, упиравшегося в потолок. — Побывала у Великих Ворот… но и там никого…
Голос её был бесцветным и отчасти механическим. Ривллим и Вемкамтамаи слушали этот рассказ — исповедь, не перебивая, не меняя выражения лица. Ольту это удавалось без усилий, а Ривллиму — с немалым трудом. Когда они исчезли?
Может быть, в тот миг, когда их перебросило в это время? Воин подумал и отогнал эту мысль. По словам Вемкамтамаи, здесь никого не было несколько столетий. Что за катастрофа? Война? Город цел и невредим. Божественное вмешательство? Зачем оставлять город в целости и сохранности?
— …несколько веков. Последняя запись была сделана восемнадцать веков назад…
Слеза выкатилась из уголка её правого глаза и покатилась вниз. Высохла, не достигнув подбородка. Ривллим смотрел на это, как зачарованный.
— … совершенно пусто. Все вещи на месте, и…
Вторая слеза, из левого глаза. Вновь из правого. Фиар не замечала их. Голос её оставался ровным и спокойным, только лицо посерело. Она не знает, что плачет, подумал Ривллим и вздрогнул.
— Тогда я… — Фиар заметила расширившиеся от удивления глаза воина и приложила ладони к щекам.
Отняла и с неописуемым удивлением воззрилась на мокрые ладони. Подняла глаза на Ривллима и слабо улыбнулась.
— Даже тело изменило мне, сайир. Какая жалость…
Продолжала улыбаться, а слёзы всё так же скатывались одна за другой. Лицо ольта стало каменным.
— Всё нормально, — произнёс воин, стараясь говорить спокойно. — Многим это помогает.
— Как
Ольт молча разлил вино по трём бокалам. Фиар слабо покачала головой.
— Этому вину, — произнёс ольт, — более трёх тысяч лет. Выдерживалось оно гораздо меньше, но здешняя магия его сохранила. Оно настояно на лепестках бессмертника и чёрном мхе из самых глубоких пещер. В моё время за бутылку такого вина можно было купить небольшое королевство.
Ривллим попробовал. Вкус был горьковатым. Почти сразу же зашумело в ушах. Шум вскоре прошёл и сменился необычайной ясностью и свежестью.
— Каждый глоток продлевает жизнь на несколько лет, — пояснил Вемкамтамаи. — Так принято считать. Тот, кто подбирал вина в здешний погребок, был гением. Я думал, что никогда не смогу попробовать такого. Попробуй, эллено, — он придвинул бокал к девушке, и та приняла его, с сомнением глядя на тёмно — пурпурный напиток. — Хуже не будет.
— Потрясающий вкус, — признался Ривллим. — Рецепта, конечно, не сохранилось?
— Боюсь, что нет, — вздохнул ольт. — Одна из глупых неожиданностей. Во время войны одного царька с другим рецепт был утрачен — сгорел вместе с библиотекой и алхимиком.
Допив, Фиар откинулась в кресле. Щёки её порозовели, слёзы кончились. Последнему обстоятельству Ривллим был очень рад.
Допив свой бокал, Ривллим ощутил, что очертания предметов слегка двоятся перед глазами.
— Похоже, хватит, — вздохнул он, опуская бокал на стол. — С глазами что — то творится.
— Признак того, что ты в прекрасной форме, — с удовлетворением отметил ольт. — Если двоится в глазах, значит, всё в полном порядке. Вино на короткое время позволяет видеть истинное положение вещей.
— Вот как? — поразилась Фиар. — А я — то думала, у меня что — то с головой случилось. После всего, что увидела…
Она приподнялась в кресле, огляделась. Ольт казался помолодевшим… и зрячим! Оба глаза были в порядке! Девушка в изумлении перевела взгляд на воина. Тот тоже выглядел лет на тридцать, волосы были русыми, без единого пятнышка седины. Себе она казалось такой, как и прежде.
— Разрази меня молния! — воскликнул Ривллим, улыбаясь против своей воли. — Ты стал зрячим, Вемкамтамаи!
— Если бы, — вздохнул ольт. — Говорят, у меня были серые глаза. Это так?
— Так, — подтвердила девушка. — Глаза как глаза. С ними ты выглядишь гораздо лучше.
Ольт расхохотался. Он хохотал долго, не обращая внимания на переглянувшихся Фиар и Ривллима.
— Этого никто не говорил, — произнёс он, вытирая несуществующие слёзы. — Иногда мне тоже хотелось расплакаться, но было уже нечем, — добавил он с некоторой грустью.