Куда идем мы…
Шрифт:
Он не стал отвечать на коварный удар, не кинулся на Психа, жаждая мести, а сразу прыгнул в реку и исчез в глубине.
— Не лох, — разочарованно сказал Псих. — Сразу понял, что против двоих не выстоит.
Тут свин, пребывающий еще в горячке боя, со злобой стукнул граблями по гальке и разразился длинной тирадой, в которой словосочетание «сраная макака» было самым приличным. Очищенный от нецензурных напластований смысл тирады был довольно прост: «Зачем, глупый демон, ты полез в драку?».
Все время, пока бойцы шли к лесу держать общий совет, Жир ругался, не переставая:
— Ты
Псих, похоже, сам понял, что наломал дров, поэтому даже не спорил, а шел рядом с виноватым видом.
— Ладно, да успокойся уже! — сказал он, когда все четверо концессионеров собрались вместе на лесной полянке. — Что теперь после драки руками махать? Что сделано, то сделано. Давай лучше подумаем, что дальше делать будем? Пока это чудо там сидит, что-то мне как-то стремно пацана на бегемоте через реку перевозить.
— Ну ты сказал! — всплеснул руками немного успокоившийся свин. — Стремно ему! Это называется не стремно. Это называется другим словом. Я с этим водяным сидельцем дрался, ни фига он не рядовой демон. Он хай, причем высокого класса. Нашему плывущему бегемоту он просто кишки выпустит своим посохом, и ничего мы не сделаем, даже если рядом с двух сторон плыть будем. Он водянка, поэтому в реке он нас нанижет и прокрутит.
— А что такое водянка? — не понял Четвертый.
— Водяной демон. — рассеяно пояснил Псих. — На армейском жаргоне есть землянки и водянки. Землянки — это демоны, которые на земле изначально формировались. Мы с Жиром, например. А водянки — это переродившиеся рыбы, дельфины, осьминоги и прочие морепродукты.
— Вот-вот, — поддакнул Жир. — По армейским нормативам в родной стихии при сопоставимом уровне на водянку надо не меньше трех землянок. Так что если пацан на бегемоте поплывет, мы его не на том берегу встретим, а в лучшем случае где-нибудь ближе к Амуру догоним.
— Не догоним, а выловим. — поправил Псих. — В русском языке утопленников вылавливают.
— Ты больной что ли? — вытаращил глаза Жир. — Кто ж ему даст до Амура доплыть? Его сразу же сожрут. Этот же водянка и съест, не побрезгует. Он наверняка с гастрономическим прицелом на этой переправе и тусит.
— Звучит очень ободряюще. — ядовитым тоном высказался Четвертый. — Вы оба просто великолепно умеете мотивировать. Да я теперь близко к воде не подойду.
— Да никто тебя на бегемота
— Чего? — изумленно вылупился на него Четвертый.
— Ах да, — поправился Псих. — Совсем забыл про поколение ЕГЭ. У тебя нет ощущения, что это с нами уже происходило? Причем до деталей.
— А что такое ЕГЭ? — немного невпопад спросил юный монах.
Псих безнадежно махнул рукой.
— У меня нет такого ощущения! — влез в разговор свин. — Но вообще такая фигня бывает, и довольно часто. У меня несколько раз случалось — вот сто пудов, что со мной такое уже происходило. Раз, помню, пошли мы с ребятами в кабак…
— Да у тебя и не может быть такого ощущения! — отмахнулся Псих. — Тебя тогда с нами еще не было. Босс, ну вспомни! Переправа через Амур. Волны по реке. Я хватаю тебя в охапку и убегаю в лес. Здоровенное чудовище, которое живет в реке, выбегает на берег. Поединок, который заканчивается тем, что чудовище дезертирует в родную стихию…
— Точно! Даже в мелочах все совпадает! И даже рост огромный! — Четвертый вытаращил глаза, а бегемот Драк от удивления даже раззявил свою чемоданную пасть. — Думаешь, опять Гуа?
— А вот это — точно нет! — отрезал Псих. — У нее с фантазией хорошо, она никогда не повторяется. А это… Это больше на халтурную проду похоже.
— На что? — хором спросили Четвертый и Жир.
Псих безнадежно махнул рукой.
— Короче, я что хочу сказать. Если бы мы были героями какого-нибудь многотомного романа, я бы решил, что нам достался автор-разгильдяй. Которому надо сдавать очередной кусок, а он пробухал и ничего не придумал. Ну а поскольку читатели ждут обещанной главы и деньги заплачены, он от безысходности решил еще раз зарерайтить уже использованную придумку. Поверить в это мне мешает только одно обстоятельство — про таких придурков, как вы, никто читать не будет.
— Вообще-то, как придурок сегодня вел себя именно ты. — хмыкнул Жир.
— Другой бы начал пикироваться, но я просто поменяю формулировку. — с достоинством парировал Псих. — Хорошо. Про таких придурков, как МЫ, никто читать не будет. В такой редакции тебя устраивает?
Но свин только хрюкнул, не желая поддерживать разговор. Впрочем, Психу собеседники были не нужны, ему вполне хватало просто слушателей.
— Однако, при всей схожести фабулы двух эпизодов, между ними есть и одно существенное отличие. — продолжил обезьян свою лекцию менторским тоном. — Которое избавляет меня от необходимости телепортироваться в квартиру нашего сексапильного куратора.
— Это что? — заинтересованно спросил свин.
— Это не что. — ледяным тоном ответил Псих. — Это кто. Это ты.
И, наслаждаясь видом оторопевшего свиноида, пояснил.
— Просто прошлый раз с нами не было майора подводного спецназа, почетного академика по истреблению водных монстров с двухсотлетним опытом икряного геноцида.
— Ты это к чему? — подозрительно спросил Жир.
— Да так… — неопределенно ответил Псих, зачем-то прищурил один глаз и сказал измененно-хриплым голосом. — Рыбку я в проруби ловлю. А ты, Косой, нырять умеешь?