Кубанский шлях
Шрифт:
Для поддержки пехоты и обеспечения успеха завершающегося штурма Суворов приказал ввести в город двадцать лёгких орудий, чтобы картечью очистить улицы от неприятеля.
В два часа дня все колонны уже проникли в центр города. Но жестокий бой продолжался ещё несколько часов: из домов всё равно летели пули, каждый хан для его защитников оставался маленькой крепостью, которую они упорно обороняли.
Потери русских, несмотря на их мужество, все возрастали. На некоторых боевых участках превосходство турок оказывалось таким
Так, собрав по крепости несколько тысяч турок и татар, князь Каплан-Гирей, победитель австрийцев под Журжей, смял отряд черноморских казаков, отнял у них две пушки и уничтожил бы их совершенно, задавив количественным превосходством, если бы не подоспели беглым шагом три батальона помощи. Окружённый со всех сторон, Каплан-Гирей метался, как тигр в клетке, но на все предложения о сдаче отвечал сабельными ударами и ружейными залпами, не желая следовать примеру сдавшегося Максуд-Гирея. Рядом с отцом мужественно дрались его пятеро сыновей. И все они вместе с отцом погибли от русских штыков. Оставшиеся в живых турки подняли белый флаг.
В четыре часа дня победа была одержана окончательно. Измаил пал! И лишь в редуте Табия, в красной мечети и в двух полуразрушенных каменных ханах оставались последние защитники крепости. Мегмет Айдозле с двумя тысячами янычар засел в одном из каменных строений и оттуда вёл обстрел батальона фанагорийцев под командованием полковника Золотухина.
Полковник несколько раз пытался штурмовать хан, но безуспешно. Тогда ротмистр Никита Обросимов, который, несмотря на лёгкое ранение, остался в строю, приказал выбить ворота пушечными выстрелами и лично проследил за работой этих орудий.
Ворота первыми же залпами были выбиты. Гренадёры ворвались внутрь и перекололи большую часть турок. Сам Мегмет Айдозле умер от шестнадцати штыковых ран.
Среди двадцати шести тысяч погибших турок и татар в Измаиле были шесть татарских султанов - принцев крови. Русская армия потеряла убитыми и ранеными десять тысяч человек.
Необычно богатыми оказались трофеи: орудия, судна, большое количество оружия и материальных ценностей, которые янычары награбили по всем землям Дуная.
18. Победители
Как только крепость была окончательно взята, в неё торжественно въехал Александр Васильевич Суворов - на белом коне, под победными знамёнами. Отовсюду раздавались восторженные крики и приветственные возгласы:
– Ура!
– Виват Суворову!
– Виктория!
– Измаил наш!
Полководца встречали участники штурма, солдаты, казаки, офицеры, добровольцы. Усталые лица воинов светились счастливыми улыбками, раздавались шутки и смех.
Степан вместе с небольшой горсткой выживших в битве казаков тоже был здесь и ликовал вместе со всеми.
Суворов поздравлял своих чудо-богатырей,
Площади и улицы крепости были завалены трупами, залиты кровавой грязью. Степан увидел, как один из офицеров, сопровождавших Суворова, сердито глянул на свои белые шёлковые чулки, покрытые коричневыми брызгами, и брезгливо поморщился.
Вдруг Степан заметил в окне глинобитного домика турка, почти мальчишку, в руках которого было ружьё, направленное прямо на генерал-аншефа. Помогла быстрота, выработанная многими часами упражнений. Степан метнул кинжал прямо турку в лицо и разнёс ему челюсть. Тут же нашлись солдаты, которые выволокли врага из строения и под возгласы одобрения быстро разделались с ним. Один из них вытащил из трупа кинжал и с уважением передал его хозяину.
Это событие не укрылось от взора Суворова.
– Кто тот смельчак, что спас мне жизнь!?
– воскликнул он.
Товарищи вытолкнули смущённого Степана вперёд. Суворов спешился и подошёл к нему.
– Как зовут тебя?
– спросил он.
– Степан Безруков, - растеряно полепетал тот.
– Громче!
– приказал Суворов.
– Степан Безруков!
– возвысил голос казак.
– Откуда ты, Степан Безруков?
– Из Кубани, станица Закурганная.
– Благодарю тебя, кубанский казак Степан Безруков, за меткий глаз и смекалку, - полководец обнял его и по-русски троекратно поцеловал. Потом подозвал одного офицера из свиты и о чём-то тихо спросил его. Тот отрицательно покачал головой.
Суворов повернулся к Степану и проговорил:
– К сожалению, нет у меня с собой медалей и других наград, Степан, они будут позже, возьми на память хотя бы это, - он снял с руки и протянул избавителю перстень.
Степан не ожидал такого внимания к себе и ошеломлённый стоял, не двигаясь.
– Что ж ты стоишь, чудак?
– Бери, бери!
– Благодари Его Светлость, казак, - послышались подсказки соратников со всех сторон.
Степан принял дар и низко, по-крестьянски, поклонился полководцу:
– Благодарствую, Ваша Светлость.
Согласно заранее данному Суворовым обещанию, город был предоставлен во власть солдатам с формулировкой - "на разграбление". Многие воспользовались этим правом и уже отправились на промысел. Вместе с тем Суворов принял меры и для обеспечения порядка: комендант Кутузов в важнейших местах расставил караулы, по улицам ходили вооружённые отряды, которые препятствовали жестокому обращению с местным населением при грабежах.
Из закурганцев Степан встретил только Ерофея Брыля и позвал с собой искать остальных станичников.