Кубанский шлях
Шрифт:
Дело было так: в верховьях Кубани во рву был расположен егерский пост, не допускающий разбойников пользоваться ключевой водой. Осмотрев ров, адъютант полковника, которого сопровождали три конника, в том числе и Александр Петрович, заметил чужие следы, вероятно, отряда сторонников шейха Мансура, и решил провести что-то вроде разведки на местности. Ров, параллельно которому они двигались, был так крут, что едва ли можно сойти пешком. Лишь только они проехали на какое-то расстояние, как егеря стали кричать:
– Эй, берегитесь, вас видят!
Н они
Все последовали за ним.
Можно сказать, у страха глаза велики: в обыкновенное время, конечно, никто не осмелится спуститься на лошади в такой, с крутыми краями, буерак. Но над головами свистели пули... и была угроза плена....
В результате, адъютант был спасён, а Залесскому дали офицерское звание.
Конечно, прапорщик не ахти что такое, но не солдат же, не унтер! И теперь он был допущен в офицерское общество, мог более разнообразно проводить свободное время с людьми, равными ему. И это только начало!
Турецкая война между тем разгоралась. Получены были известия, что турки хотят овладеть Тавридой , и князь Григорий Александрович Потёмкин, озабоченный этим обстоятельством, предписал Текели как можно скорее начать военные действия против Суджук-Кале или Анапы для отвлечения возможно большого количества турецких сил от операций в Крыму.
Небывалый разлив Кубани не допустил, однако, открыть кампанию ранее осени 1788 года. Главные силы под предводительством Текелли перешли реку лишь девятнадцатого сентября несколько ниже Усть-Лабинской крепости.
Густой дым сигнальных костров, поднимавшихся кругом по вершинам гор, указывал на близкое присутствие большого количества горцев, готовых к схватке. И утром рекогносцировочный отряд Кубанского корпуса был атакован их почти восьмитысячным сборищем.
Терскими и гребенскими казаками в этом бою враги были разбиты, и гребенцы с боя взяли неприятельское знамя.
После этого сражения Текелли вошёл в неприступные горные ущелья и, произведя страшное опустошение в жилищах закубанских народов, повернул войска к Анапе с целью хотя бы сделать попытку овладения этой важной крепостью.
Заметив приближение наших войск, турецкая пехота, высыпавшаяся на вал, выставила множество знамён и бунчуков. Не для устрашения противника. То был как бы сигнал для союзников, по которому горцы, скрывавшиеся в лесистых ущельях, вдруг выдвинули против русского войска одиннадцать орудий и под прикрытием жестокого артиллерийского огня бросились в атаку.
Турки, в основном, вооружённые до зубов янычары, засевшие в крепости, в свою очередь, вышли из ворот, чтобы отрезать отступление драгунам и взять их в котёл.
Двум батальонам егерей и драгунской бригаде было приказано разведать подходы к крепости. Турки, подпустив русский отряд на расстояние пушечного выстрела, открыли огонь
Ствол его ружья разогрелся от выстрелов, перед глазами возникали всё новые турки, будто ожившие игрушечные оловянные солдатики - не убиваемые, непотопляемые. Казалось, им не будет конца или они восставали из мёртвых, а он всё неустанно посылал пулю за пулей, не замечая течения времени.
Вдруг что-то острое ткнулось в грудь и запеклось болью, которая мгновенно разрослась.... Больше ничего он не помнил.
Потом ему сказали, что они сдерживали турецкие войска и отряды горцев семь часов. И только когда наступила ночь, сражение затихло. После прорыва окружения прапорщика Залесского отправили для лечения в офицерский лазарет.
Число турок и горцев, защищавших Анапу, оказалось значительным, и Текелли, понимавший трудность овладения Анапой при господстве турецкого флота на Чёрном море, отошёл за Кубань.
6. Весна 1788 года
Ночами ещё подмораживает, но днём весеннее солнце пригревает землю, и она жадно дышит нарождающимся теплом. Порубежная станица Закурганная, включённая в Черноморскую кордонную линию и посему значительно укреплённая, точит сабли, шашки, пики, ни на минуту не выпускает из виду границу.
С церковной колокольни хорошо обозревается полноводное русло Кубани. Никакое движение по нему или на берегу не останется без внимания скромного гарнизона под водительством атамана Чернецова.
В этом году крестьянствующие казаки в поле не вышли - обеспечить безопасность стало невозможным. Все и даже самые старые казаки и малолетки вооружены, каждую минуту готовы к бою, к защите станицы, к защите рубежей Отечества.
До сих пор, можно сказать, между казаками и черкесами не существовало жестокой вражды. Разве воровство!? А так, торговали, роднились, обменивались продуктами и разными предметами.... Набеги? Они всегда были. Это закон здешних мест. Особенно зимой, когда Кубань замерзала. Но с началом русско-турецкой войны под влиянием воинственных мусульманских священников, проникших на территорию Черкесии из Турции, там усилились антирусские настроения. Некоторые из горцев пошли на службу к Порте.
Ещё летом 1787 года, до начала этой войны в Черкесию с Кавказа прибыл шейх Мансур. В августе он получил подкрепление в виде османского отряда. Планы горцев были ясны: атаковать русских в направлении Тамани, и затем из Тамани двинуться на освобождение Крыма.
Об этих планах стало известно российскому командованию. На Кубань для организации похода против горцев был послан генерал Текелли, и враг был разгромлен. Часть ногайцев, абазинцев и адыгов приняли присягу на верность России.
Однако Мансур из османских крепостей Анапа и Суджук-Кале призывал к продолжению "священной войны" против русских.