Кто стоит за дверью
Шрифт:
«Надо же, повезло! Один муж умер, оставил наследство выше крыши. Другой тоже не зажился. А тут!.. И не такая уж она красавица! Видели мы ее во всех ракурсах!..»
«Сучка! Морочит мне голову. Надо с ней решительно поговорить!»
«Готова любовника сдавать внаем, лишь бы копейки лишней на него не потратить!.. Такую расчетливую стерву еще поискать надо!»
«Друзья! Знаем мы этих друзей! «Позвони завтра!» А мне сегодня плохо! Может, я повешусь. Ничего! Всплакнет и черную вуаль надет, черный идет к
«Была попытка занять. Вопрос стоял: жизнь или смерть. «Все в обороте! — в ответ. — Могу лишь…» Да мне твое лишь… пистолет купить да застрелиться! Пришлось выкручиваться. Рисковать. Обращаться к совершенно чужим людям. И до сих пор выплачивать проценты. А ты дифирамбы ей пой!»
«Могла бы помочь. Слово замолвить. Так нет! Ей приятно, что кто-то совсем рядом с ней, как собака, добывает себе на жизнь!.. Ну и двуличная тварь!»
— Предлагаю выпить за нашу дорогую Лору, которая подарила нам этот вечер.
— … которая еще ближе познакомила нас.
— За Лорика, чудесную и неповторимую!
— За потрясающую идею, которая могла возникнуть только у нее, наделенной щедрым и отзывчивым сердцем. Да, возвышенные слова, но чем они хуже обыкновенных? Чем они провинились перед обыкновенными? Главное, они от души!
— Гармония! Другого определения нет! — восхищенно проговорила Гелена.
— А ведь и правда! Сидим за столом, смотрим друг на друга, беседуем, и так приятно. Ни одной затаенной мысли, — на едином дыхании выпалила Вита.
Павел сел за рояль, и полились волнующие звуки «Лунной сонаты».
— Жаль, что никто из нас не поет. Чего бы ни отдала, чтобы послушать «Каста Дива»!
Павел тут же заиграл каватину из «Нормы».
«Ха! А что у тебя есть, чтобы отдать?..» — подумал кто-то, глянув исподлобья на произнесшую эти слова.
Вита с Геленой ужасно гнусавыми голосами затянули каватину. Павел бросил играть и замахал на них руками.
Неделю спустя под восхищенные взоры отдыхающих гости Ильховской взошли на комфортабельную яхту и отправились в увеселительное плавание вдоль побережья.
ГЛАВА 5
Гелена уже записала все, что пришло ей на память, но продолжала сидеть перед ноутбуком и смотреть на экран. Стук в дверь отвлек ее. Не успела она ответить, как заглянул Арсений.
— Там инспектор пришел с переводчиком. Всех приглашают собраться в гостиной.
Гелена поднялась.
— Чувствую себя полной идиоткой, втянутой в какой-то глупый фарс. Французская полиция, замок, черт бы его побрал. И главное, что мы можем рассказать? О том, как спали?
— Это будет небезынтересно, — с легкой издевкой глядя ей в глаза, проговорил Арсений. — Ведь ты спала с Евгением. Значит, заснули вы поздно, может, что и слышали.
Взгляд Гелены замер.
— А тебе-то что?! — не сумев скрыть раздражения,
— Ты тоже не один ночь коротал!
— В том то и дело, что один, — вздохнул Арсений.
— Все равно посвящать французского инспектора в наши интимные подробности ни к чему. По-прежнему стоим на своем: ничего не видели и не слышали.
— Тогда не стоит рассказывать, что ты ворвалась ко мне в каюту, будучи в полной уверенности, что Лора находится у меня. Вообще, откуда такие подлые мысли о подруге? У нее ведь любовь с Павлом была. Ты сама об этом в отделе светской хроники репортаж делала.
— Все сказал? — насмешливо спросила его Гелена.
— Абсолютно!
— Остальные тебя не волнуют?
— Нет. Из Виты лишнего слова не вытянешь. Она и так вся трясется, представляя, что будет, когда до Шуркина дойдет, в какую историю влипла его супруга. Он криминальные скандалы не уважает.
— А Зоя? Мы ее плохо знаем.
— Зоя производит впечатление умной женщины. Я с ней уже переговорил.
— Заметно! У тебя на рубашке третьей пуговицы сверху не хватает.
Арсений опустил глаза, посмотрел, тихо выругался и хлопнул дверью.
В гостиной собирались молча. Вид у всех был подавленный, растерянный. Поглядывая на других, каждый словно ждал подсказки, что говорить, чтобы получить возможность поскорее вернуться в Россию.
— Конечно, было бы неплохо, раз деньги заплачены, отдохнуть в замке. Воспользоваться последним даром нашей дорогой Лоры, — шепнул Евгений Гелене.
Та призадумалась.
— А и вправду, чего нам сломя голову торопиться уезжать, будто мы в чем-то виноваты. Скорбеть по Лоре мы уже начали и где продолжим — в Москве или в замке, не имеет значения.
— Хорошая мысль, но поздно пришла. Сейчас нас начнут по одному вызывать в соседнюю комнату и каждый будет говорить, что хочет поскорее вернуться домой, а это глупо. Тут такой воздух, пляж, теннисный корт…
— Не трави душу, — простонала Гелена. — Можно было бы классно загореть…
— Я переговорю с Арсением, а ты подкинь мысль Вите…
Евгений подошел к Строгулину и предложил тому воспользоваться возможностью отдохнуть в замке. Арсений сначала выразил недоумение, затем негодование, но Евгений шепнул ему еще пару слов, и он согласно кивнул.
— А остальные? — поинтересовался Строгулин.
— Очень нужно. Кто не захочет, пусть катит домой! Мы с Геленой остаемся.
Появившийся в гостиной инспектор выразил всем свои соболезнования и, взглянув на список фамилий, первым вызвал Павла Мельгунова.
То ли все друзья погибшей сговорились, то ли действительно никто ничего не видел, но их показания можно было наложить одно на другое и не было бы ни малейшего отклонения, даже в запятой.