Кто сильнее
Шрифт:
– Я думаю, достаточно, – решительно заявила Иветт, когда ее фантазии перешли границы целомудрия, и приподнялась на лежаке. – Я не собираюсь лежать здесь весь день.
– Как знаешь. – Дик равнодушно пожал плечами и встал. – Но, прости за любопытство, что ты собираешься делать дальше?
Иветт отвела глаза.
– Это мое дело.
– Понятно. – Дик аккуратно завинтил крышечку тюбика и положил его в сумку. – Позвольте задать только один вопрос, леди…
– Я же сказала, это не твое дело! – резко оборвала она. – Кстати, ты разве не собираешься
– Не раньше, чем завтра, – ответил Дик, вытирая лоснящиеся от крема ладони о колени. – Так что уж извини… – Он развел руками.
– Мне следовало догадаться! – Глаза Иветт метали молнии. – Ты, очевидно, приехал, хорошо подготовившись.
– Ты имеешь в виду это? – С невозмутимым видом Дик подцепил большим пальцем пояс шорт. – Я купил их сегодня утром прямо в отеле вместе с пляжными туфлями и тенниской. В мои намерения не входило задерживаться здесь дольше, чем необходимо. Мне кажется, это подходящее место для творчества, – задумчиво произнес Дик, глядя на океан. – Поистине дивный пейзаж… Мэдж говорила, у тебя намечается выставка?
– Да-а… – протянула Иветт, соображая, что еще рассказала ему Мэдж. – Открытие через пару недель после моего возвращения в Монреаль.
– Через пару недель? – Глаза Дика сверкнули. – Пожалуй, мне следует купить что-нибудь из твоих работ. Так сказать, вложить деньги…
– Насмехаешься!
Он повернулся, стараясь встретиться с Иветт глазами.
– А почему бы и не купить? Я буду всем рассказывать, что это работы моей бывшей жены. Стоит прибавить чуть-чуть романтического ореола – и цена поползет вверх. Я их выгодно продам. Ничего не поделаешь – законы рынка.
– Это отвратительно!
– Почему? Потому что я хочу, чтобы что-то напоминало мне о тебе?
– Не смей говорить так!
– Как?
– Тебе лучше знать – как! – Иветт поморщилась и потерла кончиками пальцев виски. – Да делай что хочешь! Не стану мешать тебе.
Вздохнув, Иветт положила ладонь на пылающий лоб. Все, больше она не скажет ни слова. Глаза Дика следовали за движением ее руки. Тонкое запястье, точеная кисть, недлинные, но красивой формы ногти, покрытые бледно-сиреневым лаком. Когда он заговорил вновь, его голос был низким и хриплым.
– Ты не могла бы поужинать со мной сегодня?
– Поужинать с тобой? – Иветт пришла в полное смятение.
– Да. Почему бы нет?
– Что ж… – Она судорожно соображала. – Нет. Я не могу.
– Ты уже приглашена?
– Нет.
Ответ вырвался у нее автоматически, но; два ли стоило хитрить: войдя в ресторан отеля, Дик все равно увидел бы ее сидящей в одиночестве. Можно, конечно, пойти в другое место или заказать ужин в номер, но слово уже сказано, и сказано необдуманно. Да и, в конце концов, почему она должна вообще что-то объяснять ему? С кем ужинает, где… И потом, Иветт на самом деле не хотела никуда идти с бывшем мужем.
– Ты боишься? – внезапно спросил он, и возмущение Иветт вспыхнуло с новой силой.
– Нет. Чего мне бояться? Но я не думаю, что твой отец и Ширли будут в
Он, казалось, искренне удивился.
– Так ты, поэтому отказываешься? Не хочешь обидеть моего отца?
– Нет! – Иветт сорвала с носа солнцезащитные очки и, не скрывая гнева, уставилась на Дика. – Зачем ты делаешь это? Ты же вовсе не хочешь ужинать со мной.
– Не хочу? – Его взгляд был печален. – А может быть, хочу… Ради нашего прошлого.
Иветт машинально вертела в руках очки. Конечно, она понимала, что Дик не был бы Диком, отними у него упрямство, и он, очевидно, вбил себе в голову, что рано или поздно ему удастся сломить ее сопротивление. Легкая болтовня, лимонад и, наконец, сомнительный массаж – все было подчинено одной цели: вынудить ее стать более сговорчивой, когда он снова заведет речь о просьбе отца. Ради этого он даже проявил интерес к ее выставке. На самом деле ее творчество раздражало его, всегда было источником конфликтов в их семейной жизни.
Как далеко он намерен пойти, если я соглашусь поужинать с ним? Хотя за ужином Дик вряд ли станет говорить о болезни отца. Интересно, когда он начнет новую атаку? И как?
Чертенок мести шевельнулся в ее груди. Было бы забавно добраться до истины. Несмотря на небрежность, с какой Дик вел разговор сегодня утром, Иветт не забыла его реакцию, когда ей удалось поставить его на место. Но если она решит начать новую игру…
Сможет ли она сделать это? Не следовало забывать, что люди, играющие с огнем, иногда гибнут в его пламени. Но она покончила с Диком полностью и навсегда. Да, тело порой бывает неподвластно ей, но не разум. В конце концов, ее поведение никого не касается, кроме нее самой.
Иветт приняла решение.
– Хорошо, – сказала она, снова пряча глаза за темными стеклами очков. – Ради нашего прошлого. Почему бы и нет?
Она уловила мимолетное удивление на лице Дика. Вероятно, не ожидал, что сумеет уговорить ее.
– Прекрасно, – сказал он, наблюдая, как Иветт потянулась за сумкой и начала складывать свои вещи, собираясь уйти. – Я буду ждать тебя в вестибюле в семь часов. Хорошо?
– Прекрасно.
Иветт изобразила милую улыбку, скрывая хитрые искорки, вспыхнувшие в глазах, и, беспечно помахивая сумкой, направилась к отелю.
4
Иветт решила пропустить ланч и отправиться в город. Сначала она собиралась перекусить в баре у бассейна, но перспектива вновь столкнуться с Диком заставила е: отказаться от этого намерения. Достаточно: того, что ей придется лицезреть его за ужином, а пока…
А пока она едет в Кингстон. Отель «Жемчужина Ямайки», где Иветт остановилась, располагался на южном побережье недалеко от столицы. Предыдущий день Иветт провела, восстанавливая силы после утомительного полета и наслаждаясь неожиданно свалившейся свободой, но сегодня мысли о предстоящем ужине не давали ей покоя. Будучи женщиной до мозга костей, Иветт решила, что лучше всего пройтись по магазинам и отвести душу.