Ксенофобы
Шрифт:
Наступила долгая, томительная пауза.
– Допустим, вы правы, полковник, я и сам не вижу другого варианта. Но требую, чтобы передали кому-нибудь свои полномочия – сейчас вы для нас нужнее, чем когда-либо.
Переговорить с гераклианскими Нага, как это уже попытался сделать Дэв…
– Простите, генерал. Я не могу пойти на это. Ей уже и так приходилось не раз бросать своих товарищей, слишком много боевых друзей пришлось ей потерять из-за того, что бездумно следовала чьим-то приказам.
– Полковник, вы, очевидно, не понимаете меня. Это не рекомендация. И не просьба. Это
– Катя! Послушайся его! – Это был Вик Хэган. – Дай мне возглавить оборону!
– Ты отправишься сопровождать транспорты, Вик. К атмосферному генератору.
– Но…
– Это приказ! Чтоб ты… понял!
– Полковник, мы не можем позволить вам этого… – это снова был Смит.
– А вы, генерал, зря теряете время, уламывая меня, как на… – не договорив, Катя внезапно вывернула свою машину из колонны. – Эй, кто пойдет со мной показать этим вонючим имперским задницам, кто мы есть? Есть среди вас добровольцы? Мне нужно девять человек!
– Есть! Я отправлюсь.
– И я!
– Так точно, полковник!
– Катя, я иду с тобой!
Пока следовали подтверждения, Катя быстренько переключилась на связь со своим напарником по уорстрайдеру.
– Ты можешь отправляться сопровождать транспорты, Томид. Если вскочишь в один из магнитоходов, то еще успеешь уйти с ними. Ведь это я вызвалась остаться здесь, а не ты. Я за тебя решать не могу. А с нашей тачкой я и одна справлюсь.
– Никак нет, полковник! – наотрез отказался Лэнэджер. – Что это вам в голову взбрело? Вы что, всерьез считаете, что я смогу спокойно спать, если с вами что-нибудь случится?
Катя не нашлась, что ему ответить.
– Ладно, Томид. О'кей. Спасибо тебе. Но придется попыхтеть.
– Именно поэтому я и решил остаться, полковник. Внимание! Цель в секторе 259, азимут один-пять!
Последовавший тут же взрыв поднял комья земли высоко в небо.
– Прицеливание! Есть! Огонь!
Я боюсь.
Чего?
Я не…
чем был я.
Я больше не человек.
Я больше не Я. Одиночество… и любопытство. Кто есть я/мы?
Давай отправимся на Пустую поверхность.
Зачем?
Чтобы… ощущать. Я чувствую здесь вибрации. Сюда доходят удары.
…через Скалу. Я чувствую…
…События.
…Согласен. И вкус…
…чистых металлов и…
…магнитных полей.
Я их чувствую.
Интерес. Но Пустая Поверхность – страшное место, чужое, это пустота, не-Скала, совершенная
Пустая Поверхность – моя родина. Родина всех людей. И Империя пришла. Ты чувствуешь их корабли – это как маяки массы и магнетизма, потоков энергии,рассеивающиеся по Пустой Поверхности?
Я/мы чувствуем их. Но ведь ты/я не…
люди уже. Согласен. Печально… потери… одиночество. Мне нужно…
…хочу…
…ощутить…
…Поверхность…
…непосредственно. Согласен. Мы идем…
Как?
Так…
Чуджо Кавашима телом пребывал в своем цефлинк-отсеке на борту «Донрю», зависшего на орбите над Гераклом с перигеем в тридцать две тысячи километров. Но соединен он был сейчас с одной из 280-х, управляемой ИИ аэрокосмолета. Это давало ему прекрасную возможность обзора всего театра боевых действий. «Соратака» сгруппировались слева, ветер свистел, рассекаемый короткими крыльями аэрокосмолета.
– Они уже бегут, чуджо-сан, – с гордостью сообщил ему пилот аэрокосмолета.
– Да, на самом деле. Прикажите вашей эскадрилье усилить атаку. Похоже, они собираются оставить половину своих «Шагающих», чтобы задержать наших и дать возможность остальным уйти.
– Так точно, сэр. Что мы атакуем – линию обороны или транспорты?
Кавашима задумался на секунду:
– Транспорты. Если мы сумеем задержать их, не дав уйти в атмосферный завод, то заполучим их всех. С орбиты мы уничтожаем машины сопровождения на гребне горы, ну а потом вводим в бой наши «Шагающие» на земле.
– Так точно, чуджо-сан! Передаю всем ваш приказ…
Дэв выбрался из люка на склоне искусственной горы атмосферного генератора. В отличие от пирамид в Древнем Египте склоны этих гор не состояли из гладких каменных блоков, поверхность их представляла собой кружева штампованного железа и бетонные плиты, связанные металлическими перекладинами в виде трехмерного целого, обеспечивающего поддержку внутреннего оборудования горы и возможность легкого поступления газов в обоих направлениях.
Ветер на этом склоне из металлической решетки был страшенный, но Дэв даже не замечал его. Нага упаковали его в громоздкую, однако достаточно гладкую змееобразную форму, когда тащили через туннель, но согласованность искусственных и природных чувств была настолько совершенной, что Дэв даже не замечал, что находится в змее ксенофобов, он сам был змеей, черной извивающейся змеей, выбравшейся из бесчисленных темных туннелей горы, вырвавшейся наружу в сопровождении тут же взорвавшегося облака нано. Дэв наслаждался своим единством с огромным и широко раскинувшимся мозгом.