Ксеноб-19
Шрифт:
— И все-таки наши предки не сумели оградить колонию от внимания реликтовых механоформ, которые потеряли цель и вошли в энергосберегающий режим после уничтожения всех поселений ксенобиан.
— Боюсь что все намного сложнее. Мы с Клаусом исследовали внешний периметр помещений уровня. Здесь произошло нечто страшное, погибли все, кто понимал истинные цели колонизации девятнадцатого Ксеноба, а разрушение хитварами городского центра довершило разгром экспедиции…
— А что вы нашли, конкретно? — Поинтересовался Энтони, все это время нервно слушавший сначала запись, затем начавшийся обмен мнениями.
Светлов
Жуткие картины вымершего уровня начали проецироваться в сфере голографического монитора.
— Вот такие дела. — Сказал Светлов, когда видеоотчет о произведенной вылазке завершился. — Мне кажется, что наша главная задача теперь — понять, почему исследовательская экспедиция не производила планомерных раскопок на поверхности, зачем был выстроен этот бункер, что искали в глубинах обрушившегося мегаполиса специалисты исследовательского отдела военно-космических сил. И еще у меня есть одно немаловажное замечание. Рагды, хитвары и олонги — исполнительные механизмы. Они подчинены программам. Я не уверен, что эти программы обладают той степенью адаптивности, чтобы машины по собственной инициативе начали войну с людьми, ведь мы совершенно не похожи на ксенобиан. Уничтожение растительности я еще могу допустить, но у них не было мотива для атаки бункерной зоны раскопок и нашего мегаполиса.
— Хочешь сказать, эту задачу им поставили? — Недоверчиво спросил Фогель.
— Все может быть, Курт.
— Кто? Кто мог знать как программировать чуждые механоформы?
— Те, кто их создал. — Ответил Светлов, которого не покидали мрачные предчувствия, как будто он интуитивно знал: что-то должно случиться буквально в ближайшие часы… — Мы еще только начали исследовать уровень, а уже получили массу информации и такое же количество новых загадок. — Добавил он. — У кого-нибудь есть предположения относительно целей строительства бункерной зоны?
— Здесь трудно найти единый мотив. — Ответил ему Фриенбагер. — Во-первых, опыт ксенобиан призывал к осторожности. Во-вторых, бункерная зона позволяла персоналу проживать и вести исследования непосредственно на месте, в-третьих, «многоуровневый» раскоп позволял собирать больше данных относящихся к разным частям инфраструктуры древнего города и возможно даже к разным эпохам его существования.
— А быть может экспедиция искала что-то определенное? Ведь мы получили только общие исторические сведения, никакой конкретики, относительно миссии ВКС на Ксенобе-19 по-прежнему нет, только наши догадки.
— Нужно продолжать начатый поиск. — Подытожил Светлов. — Искать информацию, соблюдая при этом максимальные меры предосторожности. Наша вылазка ясно показала — на стодвадцатиметровой глубине в недрах бункерной зоны для людей существовала опасность не меньшая, чем на поверхности.
— Но действовали тут явно не механоформы. — Нервно усмехнулся Хоук.
— Да. Поэтому мы герметизируем «Ланцет», восстанавливаем герметичность ангара, создавая двойную защиту. Этим займешься ты Клаус, мы с Фогелем продолжим исследование уровня. Дана и ИПАМ продолжают обработку информации, включая вот эти носители, — он указал на найденные во время вылазки кристаллодиски.
— А что будем делать мы? —
— Вы с Хоуком разберите найденные бумаги. Вернее пусть это сделает Энтони, а ты Генрих займись анализом токсинов. Образцы в принесенных нами контейнерах. Нужно быть готовыми к любым неожиданностям, желательно иметь антитоксин на случай внезапного поражения кого-то из членов экипажа.
Полученная информация трудно поддавалась мгновенному анализу — осмысление всего увиденного и услышанного невольно продолжалось: все без исключения члены экипажа «Ланцета» не прекращали думать о видеозаписи, и последующем монологе незнакомого им человека. Глобальные исторические события, загнанные в тридцать минут видео и аудио файлов требовали не только осмысления, их нужно было сначала принять, поверить, что все происходило именно так…
Все они, задумываясь об одном и том же, по-разному реагировали на информационный удар.
Лишь ИПАМ проявлял свойственные искусственному интеллекту качества, — он не обдумывал полученные данные, а оперировал ими, выстраивая собственные причинно-следственные связи.
…
Светлов и Фогель миновали участок кольцевого коридора прошли мимо кибернетического центра уровня, и свернули в радиальный тоннель.
Антон почему-то ощущал дрожь. Он что-то предчувствовал, но не мог понять — что? Из головы не шло удивленное выражение, навек застывшее в чертах лица мумифицированного человеческого тела…
Разгадка находилась где-то рядом, но она страшила Антона, казалась зловещей, как смыкающийся за их спинами мрак.
Иные. Как они могли попасть на уровни бункерной зоны? Не люди же осуществили диверсию, и уж конечно не сотрудники археологической экспедиции, как принято было считать, «по неосторожности» разбудили реликтовые механоформы.
Все наверняка намного сложнее. Взять, к примеру, ИПАМ — у него есть определенный набор регламентированных программ и функций, но даже потенциал саморазвития, полученный в результате накопления опыта, не мог позволить ему совершить несанкционированное действие.
Возможно, не самый удачный пример, — подумалось Светлову. Рагды могли радикально отличаться от созданных человеком машин, действительно, нет никакой гарантии, что чуждые механоформы не были изначально запрограммированы на уничтожение всего живого, вне зависимости от строения органических объектов…
Пока он размышлял, Фогель возился с запертыми дверями. Наконец в тишине темного радиального коридора раздался протяжный скрежет.
— Готово.
— Заходи первым, я подстрахую.
…
Свет фонарей резал мрак, выхватывая из тьмы сложные, вздымающиеся к высокому потолку агрегаты.
— Не пойму, что это? — Курт посветил вдоль длинного ряда одинаковых камер, установленных по обе стороны образованного ими же прохода.
Светлов сделал шаг вперед.
Действительно с такими устройствами ему еще не приходилось встречаться. Слишком массивные, поражающие обилием сопутствующей аппаратуры, они, тем не менее, предназначались для каких-то операций с людьми, — об этом немо свидетельствовали специальные ложа, — некоторые из них оказались закрыты колпаками из прозрачного пластика, другие нет, но все без исключения пустовали.