Ксеноб-19
Шрифт:
Дана, как и Антон появлялась в виртуальном пространстве не изменяя свой внешности. Им обоим просто не приходило в голову как то видоизменять свой образ. Сказать что она была красавицей, означало солгать — четырнадцатилетняя девушка подросток, по своему симпатичная, немного нескладная в силу переходного возраста, но как и Антон слишком спокойная, уравновешенная, как будто знающая настоящую цену всем вещам и явлениям.
Странными были эти встречи.
Антону подсознательно хотелось чего-то большего, неосознанные желания вызывали чувство некоторой
Да, не смотря на широкий круг знакомых, он страдал от одиночества. Ровесники из квартала казались ему глупыми. В такой оценке не было пренебрежения, он как ИПАМ, просто констатировал факт: их уровень интеллектуального развития отставлял желать лучшего, Антон конечно мог поддерживать беседу на том уровне общения, который предполагался среди подростков, но темы казались ему не интересными. На высотках среди «смешанной» тусовки, все разговоры так или иначе сводились к драйву, «гравам» и тоже не могли удовлетворить постоянно растущих интеллектуальных потребностей стремительно не по годам развивающегося рассудка.
Только Дана казалась ему в этом смысле близким и понятным человеком.
Они общались как друзья, хотя Антон зачастую испытывал смешанные чувства, ему хотелось прикоснуться к ее руке, но тот уровень достоверности, что существовал в сети более двух десятилетий назад, не позволял этого, а от встречи в «реале» она упорно отказывалась: просто говорила «нет», никак не мотивируя свою непреклонность.
…
— Красивый сегодня закат. — Дана присела на край гранитного ограждения пирса. — Только нереальный. Такого не бывает.
Антон посмотрел на фиолетово-лиловое солнце, чуть размытое по краям, медленно будто тягучая капля жидкого огня, стекавшего за горизонт и ответил:
— Так будет. Состав атмосферы измениться, я кстати недавно узнал что на полючах планеты запланировано построить станции генераторов дополнительного магнитного поля, которое будет защищать биосферу от космических излучений.
— Такого не будет никогда.
— Почему?
— Мне кажется, колониальный проект неосуществим.
— С чего вдруг?
— Да так, мысли. Смотрю на модель и думаю: зачем все это? Зачем изменять природу, когда можно жить не вторгаясь в окружающую среду. Пусть бы она оставалась такой как есть.
— Пустыней? — Хмыкнул Антон.
— А что плохого в пустыне? Она хотя бы естественная. Чем лучше чахлые деревья, которые не растут а мучаются, медленно погибая, а их сажают снова, с упорством обреченных.
— Ну не все получается на первых порах. — Антон ненадолго задумался и добавил — Тут виноваты не люди, а состав почвы. В ней внезапно обнаружили токсичные химические вещества. Некоторые биологи придерживаются мнения
— Еще одна загадка? — Дана едва заметно улыбнулась. — Люди странные. Вот ты Антон, — она посмотрела ему в глаза, — ты знаешь, зачем живешь?
Он пожал плечами.
— Не думал об этом. А что?
— А я думаю, периодически. Мне почему-то не хочется выходить из виртуалки. Здесь есть все, а если чего-то нехватает, то это можно придумать. Зачем тогда тратить годы, чтобы делать карьеру, накапливать вещи, сажать деревья, которые все равно зачахнут? Разве не справедливее оставить внешний мир в покое и жить тут?
— Идти по пути наименьшего сопротивления? Самим превратиться в тепличные растения, о которых заботятся машины? Нет, Дана, я так не хочу. В виртуалке красиво и интересно, но и у «реала» есть свои преимущества. Это же две стороны одной жизни, и только сложенные вместе они создадут гармонию.
— Не понимаю Антон, разве тут нет гармонии?
— Не-а… — Он присел рядом. — Вот хочу взять тебя за руку, но не могу. В виртуалке нет чувств. Они как отражение в зеркале — вроде бы рядом, а не достанешь.
— Чувства… Дана почему-то нахмурилась. — Не понимаю, зачем тебе брать меня за руку?
— Ну этого я объяснить не могу. Просто хочется и все.
— Некоторые твои желания кажутся мне слишком… — Она не договорила, внезапно замолчав.
— Что обиделась?
— Нет. Просто иногда ты становишься совсем непонятен.
Антон расстроился, но вида не подал.
— Пойдем, погуляем.
Она согласно кивнула, честно предупредив.
— У меня осталось пятнадцать минут.
— Ты торопишься?
— Нет. Просто через четверть часа я исчезну. — Дана первый раз по-настоящему улыбнулась. — Как золушка.
— Почему ты всегда исчезаешь?
— Сама не знаю. Обрывается доступ. Пытаюсь с этим разобраться, но пока что безрезультатно.
— Ну ладно. Тогда не пойдем никуда просто посидим. Только ты предупреди, когда придет время?
— Ладно — Грустно ответила она. Будь моя воля, я бы вообще не уходила отсюда.
…
Она исчезла как и говорила, ровно через пятнадцать минут. Антон уже начал привыкать к этому, но однажды она исчезла навсегда, так, словно кто-то злой и незримый окончательно отказал ей в доступе.
Антон приходил на условленное место встречи, ждал сообщений от нее, но все зря.
В реальности прошло еще четыре года, но он так больше и не получил от Даны ни одной весточки.
Сначала он тосковал, но потом смирился, все реже приходя на пустой пирс.
А затем, когда Антону исполнилось восемнадцать, он по совету ИПАМа пошел в пункт вербовки и подписал контракт на учебу в специальной военизированной школе, с последующей обязательной службой в бригаде колониальной войск.