Ксандер
Шрифт:
Я не мог вечно держать свой дом в секрете. Учитывая мое присутствие в центре внимания и расписание транслируемых игр, Генри всегда будет в курсе нашего общего местонахождения. Однако было что-то действительно неприятное в мысли о том, что у него будет адрес того места, где мы ночуем.
— Луненберг, – повторил я, указывая за окно. Вдоль гавани выстроились разноцветные дома. Голубизна чистой воды сверкала под ярким солнцем, как на картинке. — Это город в Новой Шотландии. Поместье называется...
— Как мы сюда
— Ты потеряла сознание. Вероятно, плохо себя почувствовала из-за обезвоживания, – объяснил я, умолчав о том, что подсыпал ей в еду снотворное.
Что? Мне нужно было доставить Джордан сюда, не раскрывая факт похищения. Технически, я не солгал ей, потому что она действительно потеряла сознание от снотворного.
Я протянул бутылку с водой, стоящую на тумбочке. Ее взгляд метался между бутылкой и моим лицом. Когда она не потянулась за ней, я вернул ее на место.
Я нахмурился, размышляя о том, как заставить Джордан быстрее принять эти отношения. Несмотря на то, как сильно она сопротивлялась мне, все равно было лучше находиться рядом с ней, чем вдали от неё. Я тешил себя надеждой, что ее неповиновение проистекает из-за внезапных перемен в жизни. Как только пыль уляжется, она посмотрит на всё по-другому и станет более открытой для меня. В конце концов, кто может защитить ее от моего отца, как не его сын? Я знал его уловки лучше, чем кто-либо другой.
— Я привез тебя сюда, потому что Генри не станет искать тебя здесь, – осторожно произнес я, давая ей возможность осознать мрачную альтернативу.
Одно упоминание о человеке, которому принадлежало право распоряжаться ее жизнью, вызвало страх в ее глазах. Джордан медленно кивнула. Она провела достаточно времени с Генри, чтобы понять, что побег от него повлечет за собой тяжелые последствия. Придерживаться меньшего из двух зол было ей на пользу.
Я похлопал ее по пояснице.
— Пора вставать с кровати. Ванная вон там, если захочешь принять душ, и я уже принес твои вещи. – Я кивнул на соседнюю дверь, а затем на пакеты с покупками. — У тебя есть двадцать минут, чтобы собраться.
— Собраться куда?
— Мой отпуск официально закончился, – с сожалением сообщил я ей, потому что предпочел бы провести день в постели с ней. — Через час у меня тренировка.
— И что?
— Ты едешь со мной.
Она наморщила лоб.
— Зачем мне ехать с тобой на тренировку?
Я отзеркалил ее недоверчивый взгляд в ответ на неразумный вопрос.
— Затем, что ты идешь туда, куда иду я.
Джордан была готова ускользнуть в любой момент, а отец снова пытался вонзить в нее свои когти. Неужели она думала, что я упущу ее из виду?
— Люди могут увидеть нас вместе, – запротестовала она.
— Мне все равно. Мы держимся вместе, несмотря ни на
У нее открылся рот.
— Твой отец не разделит это чувство. Генри придет в ярость, если увидит нас вместе.
— Очень скоро будет неважно, что думает Генри.
Ее голова откинулась назад, словно она только сейчас вспомнила наш разговор об ее опекунстве.
Джордан посерьезнела.
— Пожалуйста, Ксандер, – сказала она тихим голосом. — Не подавай заявление о моем опекунстве. Я не могу снова оказаться под чьим-то контролем.
— Джордан, – я тяжело вздохнул, пытаясь успокоиться. Утро начиналось совсем не так, как я хотел. — Ты знаешь, что суд требует, чтобы у тебя был опекун.
— Только потому, что я была не в себе после смерти родителей, но теперь это в прошлом, – воскликнула она.
— Я знаю, – осторожно сказал я. — Но закон никто не отменял.
— Тогда дай показания в суде от моего имени и подай апелляцию, чтобы отменить необходимость в опекуне.
Эта мысль приходила мне в голову, но я никак не мог отказаться от своей последней крупицы контроля в этих отношениях – только не тогда, когда она продолжала отвергать нас.
— Это к лучшему, – сказал я ей своим самым успокаивающим голосом.
Слезы выступили в уголках ее глаз, угрожая пролиться.
— Каждый раз, когда я спорила с твоим отцом, он вслух размышлял, будет ли «к лучшему» вернуть меня в лечебницу. До сих пор я не понимала, что это была скрытая угроза за то, что я ему противоречила. – Ее нижняя губа задрожала. — П-пожалуйста, Ксандер. Я не хочу снова так жить, постоянно задаваясь вопросом, не нахожусь ли я в одном неверном шаге от того, чтобы оказаться взаперти.
— Я никогда так с тобой не поступлю, – поклялся я.
Она покачала головой.
— Это ты сейчас так говоришь.
— Джордан...
— Единственное, чего я хочу, – это свободы, – пробормотала она, опустив голову с побежденным видом.
Закрыв глаза, я разочарованно выдохнул. Наконец-то она была там, где я хотел её видеть. Единственным способом сохранить спокойствие была гарантия того, что она останется рядом со мной.
— Мы поговорим об этом позже. А сейчас собирайся, потому что я не уйду без тебя.
Джордан не пошевелилась.
Разъяренный, я сорвал с нее простыню, обнажив идеальную пару аппетитных сисек. Тиканье часов было единственным, что удерживало меня от того, чтобы наброситься на нее.
Джордан возмущенно пискнула, когда я стащил ее с кровати и понес в ванную. Там я осторожно опустил ее на пол душа и повернул ручку. Она вскрикнула и выругалась, когда на нее полилась холодная вода.
— Что ты делаешь? – закричала она. — Ты с ума сошел!
— Семнадцать минут, – объявил я через плечо, выходя из ванной, бросив последний сожалеющий взгляд на ее прекрасное тело.