Ксандер
Шрифт:
— Привет. – Он проверил время, как будто не ждал меня раньше, чем через несколько часов. — Я не смогу поехать на дегустацию. Кое-что случилось на работе.
— О.
Разочарование застряло у меня на языке, но я не могла слишком злиться. Генри никогда раньше не подводил меня. Должно быть, произошло что-то важное, раз он отменил встречу в последнюю минуту.
Это случайность, а не закономерность, заверила я себя.
— Может, мне перенести встречу?
Я внутренне поморщилась, вспомнив о кондитере, голос которой
— Нет, нет, ты иди без меня. – Отмахнувшись от меня рукой, он добавил: — Возьми с собой одну из своих подруг...
Генри спохватился, вспомнив, что ненавидит мою лучшую подругу Пию. Она попала в его список дерьма после неудачной деловой сделки с ее семьей. Я почти не видела ее после помолвки. Я полагала, что она держала дистанцию из уважения к моему предстоящему браку, а может, понимала, что теперь моя преданность принадлежит Генри. Между нами все было неловко, особенно после того, как Генри совершенно ясно дал понять, что испытывает к ней и ее семье.
— Вообще-то, возьми Ксандера. Да, – решил он. — Возьми Ксандера на дегустацию.
— Ксандера? – повторила я.
— Это проблема?
Я была озадачена его предложением, но быстро отбросила свое недоумение.
— Нет. Конечно, нет. Это отличная идея, – радостно сказала я. — Я с удовольствием схожу с Ксандером.
Генри хмыкнул.
— Хорошо. Я пришлю тебе его номер.
Я закрыла за собой дверь и на мгновение прислонилась к ней, уставившись на стеклянную крышу, заливающую просторное фойе солнцем.
Вечеринка в честь нашей помолвки оказалась менее веселой, чем я ожидала. Генри почти не разговаривал со мной в тот день, что было логично. Праздник был показательным шоу для его компаньонов, и он сказал, что хочет предстать перед ними во всей красе. Я кружила вокруг, сосредоточившись на том, чтобы все остальные хорошо проводили время, и была взволнована, когда наконец познакомилась со старшим сыном Генри.
Мы провели время веселее, чем я надеялась, учитывая, что я была второй женой его отца. Я ожидала неприязни, но, к моему восторгу, он оказался теплым и дружелюбным – как друг, а не будущий пасынок. Не раз во время вечеринки я ловила себя на мысли, что хочу, чтобы разговоры – и смех – текли между мной и Генри так же легко, как между мной и его сыном.
Возможно, это была фантазия о том, как чопорный профессионал постепенно расслабляется и открывает в себе веселую сторону, вызванная фильмом «Красотка».
Ничего страшного, если он серьезный, сказала я себе, открывая сообщение с номером Ксандера. Отношения с разными людьми могут быть разными. Может, ему нужно от меня совсем другое, чем его сыновьям. Это неотъемлемая часть человеческой натуры.
Кроме того, Генри совершил неожиданный поступок: он вмешался и спас меня в самый худший момент. Я никогда не смогу этого забыть.
— Джордан? Привет. – Ксандер взял трубку после второго гудка и звучал слегка запыхавшимся.
—
— Я вышел на пробежку. Тебе что-то нужно? – поинтересовался он.
— О, ну, вообще-то, да. Твоему отцу пришлось пропустить дегустацию свадебного торта, и он предложил твою компанию вместо него. – Это была ужасная идея. Какой второкурсник захочет пойти на дегустацию торта? — Он подумал, что это может стать для нас хорошим опытом сближения, – сымпровизировала я.
— Мой отец не использует таких слов, как «опыт сближения».
У меня вырвался смешок, и я виновато оглянулась через плечо.
— Ладно, он этого не говорил, – сказала я, проходя дальше по коридору. — Но я бы хотела услышать второе мнение по поводу начинок.
Он молчал некоторое время.
— Ксандер?
— Да, – сказал он. — Я все еще здесь. Я пойду с тобой.
Я закончила разговор, пообещав написать ему смс с подробностями.
Отправляя сообщение, я чувствовала себя немного взволнованной. Ксандер сразу понял, что это я, а это значит, что он, должно быть, попросил у кого-то мой номер после нашего знакомства.
Это было мило… и неожиданно.?
В дорогой пекарне-бутике были толстые панели, похожие на мастику. Ксандер притормозил перед зданием, выполнив идеальную параллельную парковку. Он был одет в джинсы и рубашку на пуговицах с закатанными рукавами, обнажающими очень дорогие часы на запястье. Я подумывала купить Генри такие же на день рождения, но он отверг тонированный сапфировый циферблат. Наблюдая за тем, как вены Ксандера на предплечьях выпирают, красиво дополняя аксессуар, я внезапно обрадовалась этому. Как бы мне ни было больно признавать, Генри не смог бы украсить эти часы.
— Надеюсь, ты нагулял аппетит, – сказала я, улыбаясь ему, когда он вышел из машины и придержал для меня дверь. — Там как минимум три разных торта. Я не совсем уверена. Она сказала что-то про «попробуем и посмотрим».
Его взгляд переместился на меня, задержавшись на лице, пока он закрывал дверь машины. Затем он отвернулся.
— Что значит «попробуем и посмотрим»?
— Подозреваю, это значит, что нас заставят попробовать несколько начинок, а потом посмотрят, понравится ли нам это.
Он улыбнулся, и это поразило меня, потому что обычно он либо пребывал в глубокой задумчивости, либо сохранял бесстрастное выражение лица. Когда он улыбался, то был совсем не похож на своего отца.
Отогнав эту мысль, я сказала:
— После тебя.
Он задержался.
— Дамы вперед.
— Возраст прежде красоты, – машинально ответила я.
Его губы изогнулись, и он открыл дверь, подойдя так близко, я почувствовала запах его одеколона – резкий и кедровый.
— Ты назвала меня красивым?