Крысы

Миронов Влад

Солит провёл рукой по своему носу-пятаку, тяжело выдохнул и произнёс:

– Это… не всё. У тебя должно быть что-то ещё.

– Я… я не припомню…

– Дорогой! Твой друг не хочет выпить чаю? – раздалось откуда-то из глубины дома.

Реджин прикрыл глаза и сжал руки в кулаки. Через несколько секунд он пришёл в себя.

– Ладно. Я… я действительно кое-что знаю.

– И что же?

– Севередж. Знаешь такого?

В глазах Солита что-то сверкнуло.

– Ну и?

– Я спросил тогда: «Где можно, если что, получить

ещё такое?». Мне ответили, что у него. Сказали, что ему отгрузили «достаточно». Похоже, у этого варщика с ними более интересный договор.

– Интересно. – Пауза. – Что ты ещё знаешь?

– Клянусь, это всё.

Губы Солита на секунду выдали лёгкую улыбку. Через несколько секунд он достал из кармана фотографию Триститы и показал Реджину.

– Скорее всего, нет, но… может, знаешь её? – спросил бывший следователь.

Реджин несколько секунд искоса смотрел на фотографию, после чего отрицательно махнул головой. Солит ему поверил.

– Ясно, – произнёс он, после чего кивнул Реджину и направился к выходу.

* * *

Солит сидит в своём кресле, курит и смотрит в окно, а мысли в голове в это время расфасовываются по ячейкам. Он практически всё уже обдумал.

Главный подозреваемый – варщик. Никто из тех, кого посетил Солит недавно, с пропажей его дочери не связан, так как варщик вышел из тени и начал вливать свой товар на рынок совсем недавно.

Одна вещь удивила Солита: варщик работает только с теми барыгами, которые метятся на самые низшие слои, то есть на совсем отбитых торчков. Реджин, Севередж – все они работают с разным отребьем, но на разном уровне. «Канализационные варщики», представителем которых является Севередж, точно не ровня полноватому свину, который вроде как вообще только с близкими свиньями работает.

«Канализационные варщики» являются одной из самых знаменитых и больших группировок в городе, работающих с мелочью. Они варят исключительно в канализации и сами, по слухам, за всю жизнь ни разу её не покинули.

Городская канализация является отдельным городом. Полиция не любит туда спускаться лишний раз, однако по прямым приказам иногда приходится. Они приходят, чтобы разогнать живущих там наркоманов и бомжей, но толку от этого немного. Бомжам же плевать, где спать. Сгонят с одного места, придут в другое. А городская канализация очень большая. И как раз там работают эти самые варщики. Искать их там – это всё равно что искать иголку в стоге сена. К тому же они всё время кочуют с места на место, что втройне усложняет дело. Найти этих варщиков практически невозможно, но вот их представителя…

Электронные часы показывали уже полвторого ночи. Затушив сигарету, Солит пошёл в свою спальню.

* * *

– Привет, Солит. Как жизнь? – произнесла Корса и села за столик прямо напротив Солита.

Солит затянулся сигаретой и осмотрел бывшую коллегу. Корса была слегка полноватой чернокожей свинкой, работающей с недавнего

времени в отделе по борьбе с наркотиками. Лет ей было тридцать шесть, но она всё ещё была не замужем, поэтому свой возраст всегда выдавала с неохотой, причём именно выдавала, то есть говорила в редких случаях. Сидели они в кафешке совсем недалеко от полицейского отдела, в котором работал Солит.

– Нормально, – ответил Солит и выдохнул дым из лёгких. – Принесла, что я просил?

– Как обычно, ты на свой манер, – сказала она и положила пакет с документами на стол.

Солит медленно переложил пакет на свою сторону стола, после чего произнёс:

– Спасибо, Корса. Ты мне действительно помогла.

– Ты ведь хотел ещё поговорить, да?

– Да, – сказал он и протянул ей документ.

Корса быстро пробежалась по нему взглядом и затем снова посмотрела на Солита. Зрачки её слегка подрагивали.

– Опять? Зачем тебе это, Солит?

– Опять? То есть?

– Ты знаешь, о чём я. Да-да, я про то дело говорю. – Корса выдохнула и слегка наклонилась над столом. – Все… все волнуются за тебя, Солит. Ты уже давно ни с кем из нас не связывался.

– Не было нужды. Уж так вышло.

– Нет, была! Была, Солит! И почему ты… просто к нам тогда не зашёл?

– Не надо повышать голос, Корса! – Пауза. – И я заходил. В отдел.

Корса улыбнулась.

– Хотч, да? Ты в лабораторию заходил?

Солит не ответил и вместо этого продолжил пилить бывшую коллегу взглядом.

– Ладно… Ладно. И о чём ты хочешь у меня спросить?

– Всплывал ли этот наркотик недавно?

– Нет, не всплывал. Я подобный видела всего несколько раз. Ну с необычными запахами. Но конкретно такого больше не встречала.

– Ясно. Так, что тут… – произнёс Солит, после чего открыл пакет с документами и пробежался глазами по содержимому.

– Всё, что ты просил. Пришлось немного повозиться, знаешь ли.

– Да… спасибо.

Корса усмехнулась.

– Знаешь… я же действительно за тебя беспокоюсь. Я не спрашиваю… Нет! Я хочу знать! Зачем тебе всё это надо?

– Я же тебя просил по телефону, Корса. И ты вроде как согласилась.

– Я знаю, что просил… и что вроде как согласилась… – Пауза. – Но… Солит! Мне кажется, что своими действиями я подписала тебе приговор!

– Я… действительно не могу сказать. Ты можешь только довериться мне.

– Когда ты пил в последний раз?

– Тебе… это так важно?

– Ответь мне хоть на это!

– Я не пью уже три недели. Ни капли в рот не брал. И это правда.

Корсу, кажется, этот ответ устроил.

– Ты действительно выглядишь чуть лучше, чем тогда… Ну… чем… тогда.

– Я понял. – Пауза. – Ты можешь мне своими словами рассказать немного про «канализационных варщиков» в целом и про Севереджа в частности?

– А что ты ещё не знаешь про Севереджа? Ну Севередж – это такой толстый хер, который сунул себя во все щели наркобизнеса города.