Крысиный бег

Морале Антонио

– Да я его и так уделаю. – Он затушил огонь, сделал уверенный шаг вперёд и, не церемонясь, нанёс точный удар в челюсть, и ещё один хук справа.

Я честно пытался что-то сделать, поставить блок, увернуться, но это тщедушное тельце было неспособно даже на это. Моя голова безвольно откинулась, в районе шеи что-то хрустнуло, во рту появился железный привкус и какие-то каменные обломки. Пока падал, ощутил ещё один прострел в печень, удар затылком о твёрдый пол, и свет перед моими глазами погас.

Очнулся уже в новом, незнакомом месте. Белый потолок, белые стены,

белое бельё на моей кровати. Рядом на металлическом шесте висит бутылка с прозрачной жидкостью, от этой странной конструкции к моей руке тянется длинная гибкая трубка. Странная система.

Вот тебе и сладкий, наивный и нежный мир. Меня отправил в больничку обычный, сопливый школьник! Дверь в палату отрылась, и ко мне уверенным шагом вошёл человек в белом халате.

– Так, что у нас тут? Черепно-мозговая травма. Мозг не задет. – Пошутил врач, но видя моё кислое лицо, спрятал улыбку. – Морковку любишь? Зубы мы вставили, можешь не переживать, теперь будешь как новенький. В следующий раз аккуратнее, шесть зубов за раз, это как-то многовато. Хотя я не жалуюсь. Хочешь анекдот про стоматологов?

Я мотнул головой, но его это не остановило.

– Если доктор решил прикупить новое авто, значит, его пациентам срочно придётся менять зубы. – Он глухо рассмеялся, и принялся что-то отмечать ручкой в своём блокноте.

– Надолго я здесь? – Слова давались с трудом, голос был чужой, голова жутко болела.

– Осталось недолго. Я пойду, оформлю выписку, а тебе пока сделают витаминный укольчик. Никуда не уходи! – Врача снова повеселила его же шутка, он развернулся и оставил меня одного.

Дверь закрылась и через секунду открылась снова. В палату вошёл молодой парень, неся в руке небольшой прозрачный контейнер.

– Привет, братишка. Слышал, ты из наших? – Он весело подмигнул мне.

– Ты путаешь, братишка! – Хмуро ответил я, догадываясь о каких «наших» идёт речь.

Он достал из контейнера шприц, набрал из ампулы лекарство, небрежно перевернул меня на бок и вогнал мне в задницу иглу. Затем звонко хлопнул по попке и хмыкнул:

– Ну и ладно, я все равно не люблю таких… Не определившихся.

– Я определившийся, придурок! И точно не из ваших!

– О! Какие мы грозные! Только голосок совсем неуверенный.

– Да пошел ты, Педро!

– Ой, ой! Всё я пошел!

Бля! Когда это всё закончится? Мне кажется, я скоро начну убивать только за намёк об этом.

Через пять минут вернулся доктор.

– Выписку я отдал твоему отцу, он ждёт на выходе. Собирай вещички и вперёд! Что ещё… – Он задумался. – С тобой всё будет нормально, если тебя это интересует. Самое важное мы подлатали, магический фон чуть понижен, но это нормально для твоего возраста.

– В каком смысле? – Не понял я.

– Ну, Ваш дар, молодой человек, – Врач снова перешёл на «Вы», – Ваша сила в пределах нормы, магические каналы не повреждены. Но в Вашем возрасте нужно быть аккуратнее с травмами головы, можно лишиться Дара. Бывали случаи.

Мой дар? Вот я дебил! Только сейчас понял. Наша школа располагается в элитном районе. Элита прошлого – это

маги. Значит, школа магическая или с магическим уклоном. Значит, моё тело тоже обладает магией, не просто так же я в ней учусь.

Если я маг, мне не нужны костыли в виде узоров! Маги это практически Боги! Хотя однажды, узор спас мне жизнь, перенеся сюда. Но узор – это узор, а магия, текущая в твоих жилах – это совсем другое. Наверное… Осталось узнать, в чем мой Дар и какова его сила. Судя по моей элитной школе и вежливому отношению в больнице, я не самый заурядный.

– Вы знаете, в чём заключается мой Дар? – Спросил я у врача прямо.

– К сожалению, нет. Я, если честно, не понимаю этого закона, призывающего скрывать данные о Даре. – Неожиданно возмутился док, видно, этот вопрос задевал его за живое. – Мне, например, как врачу, иногда жизненно важно знать это. И если рядом с пациентом нет близких родственников, особенно матери или отца, приходится делать запрос в школу, узнавать из личного дела, по месту первого тестирования, или в соответствующие службы. А там, поверь, всё делается очень медленно. Пациент может успеть умереть, его благополучно похоронят, и только потом мне приходит ответ на мой запрос. Весело, да?

– Первое тестирование проводят в школе?

– Да, в 16-ти летнем возрасте. Ты ещё не проходил тесты?

– Ещё нет. Некогда было. – Соврал я.

– У! Не затягивай с этим. Разве тебе самому не интересно?

– Интересно. – Задумчиво кивнул я.

– Тогда на твоём месте, я сразу бы отправился к директору. Это твоё законное право, и он не сможет отказать.

– Спасибо!

– Не за что, молодой человек. А теперь – на выход! – Снова повторил он и сделал характерный жест рукой в сторону двери. – На Ваше место уже куча желающих.

Отца я узнал сразу. Точно такой же, как на фото в моей комнате. Симпатичный, высокий, подтянутый и немного рассерженный. Наверное, его сорвали с работы, ему пришлось бросить всё и ехать проведывать непутёвого отпрыска. Наверное, переживал и беспокоился за меня. Отцы, они такие. Ну, кто же знал, что так выйдет.

Всю дорогу до дома мы ехали молча. Я не знал, что говорить или что спросить у незнакомого мне человека, и как себя вести с ним. Хватит того, что с мачехой налажал. Отец Майки тоже не горел желанием общаться, был задумчив, молчалив и хмур. Ничего не спрашивал, но и не отчитывал и не ругал.

Дома нас встречал ароматный запах еды и выпечки. А мачеха не так безнадёжна, как я думал. Я быстро поднялся в свою комнату, переоделся, умылся и спустился в столовую.

Отец сидел за столом, без аппетита ковыряя вилкой в тарелке, мачеха сидела напротив, смотря на него влюблённым взглядом покорной и преданной жены. Я аккуратно сел к ним за стол, не зная, как принято вести себя за столом младшим. Накладывать самому, или мне предложит что-то на выбор хозяйка дома?

– Хорошо ты учебное полугодие закончил, сынок. Порадовал отца! – Тяжело проговорил отец Майки. – Я из-за тебя на двадцать пять тысяч влетел! Ты это специально, скажи? Хотя… Не говори, я и так знаю.