Крысиный бег II
Шрифт:
Так! А вот это уже звучит немного мерзковато! Знала бы она, как я этого не хочу! Забавно, но разговор действительно серьёзный. Девочка поднимает серьёзные темы, и говорит прямо, что ей не нравится.
Думаю, она уже не раз мысленно примеряла на меня роль её мужа, а учитывая мою подозрительную ориентацию… Интересно, какая картинка сложилась в её голове?
Она удачно вышла замуж за беспощадного, сурового, грозного и сильного, как её отец, мужчину, которого все боятся и уважают. И вот, каждый вечер это грозный,
— Я не би и не гомо. — Глупо это скрывать, хотя, я ведь и не скрывал никогда, ну с тех пор, как заменил настоящего Майка. — Можешь не переживать, ты никогда не увидишь меня с мужиком! Это я тебе гарантирую!
— Тогда что это было? Раньше, до нашего первого... раза.
— Вкусы меняются. — Пожал я плечами.
— Не звезди! Прости.
Она даже ругается мило.
— Ещё и твое поведение. — Никки подняла на меня свои глаза. — Ты совсем не такой, каким был раньше. Я тебя не узнаю.
— Это плохо?
— Я не знаю. Раньше я любила тебя, даже признавалась тебе в любви, помнишь, несколько лет назад? Ты сказал тогда, что между нами никогда ничего не будет, ты любишь парней.
Я кивнул и слегка нахмурился.
— Ты был такой милый, симпатичный, потерянный, вечно избитый отцом за малейшие промахи. Мне тебя было так жаль. Сейчас я понимаю, то была не любовь, а жалость. Сейчас я могу это отличить, есть с чем сравнивать. Сейчас ты другой…
— Это плохо? — Снова спросил я.
— Нет. Вовсе нет! Я просто пытаюсь понять, что изменилось и когда.
— Внезапно. — Не соврал я. — Я проснулся утром в своей кровати, и решил, хватит страдать хернёй! Мне надоело быть размазней и нытиком. А парни... Никогда не любил парней, наверное, мне просто не хватало отцовской заботы.
Она кивнула. Кажется, это объяснение ей подошло.
— Так ты не гомик и не би? Точно?
— Гарантия сто процентов. Доказать? — Я дотронулся до ширинки.
— Дурак! — Девушка рассмеялась и стукнула меня по руке.
— Погоди! Мне кажется, в твоих словах есть скрытый подтекст. — Дошло до меня с небольшим запозданием.
Николь заметно покраснела.
— Я думаю, что люблю тебя. — Призналась она. — Теперь уже по-настоящему.
— Я думал мы просто чпокаемся. Сбрасываем подростковые гормоны, разбираемся в своей сексуальности и экспериментируем…
— Дурак! Конченый придурок! — Николь подскочила со своего места, резко развернулась и почти умудрилась сбежать от меня.
Я крепко схватил девушку за руку, не давая уйти. Она грозно, не оборачиваясь и сердито сопя, прошипела:
— Отпусти!
— Не отпущу! Прости меня. Сядь.
— Не сяду! Отпусти! — Почти прорычала она.
— Если я скажу, что люблю, сядешь?
— Сяду!
—
Она молча села, но продолжала делать вид, словно сердится на меня. Вот только довольные и счастливые глаза блондинки выдавали её с потрохами. Я и сам не знал, что испытывал к ней, но обижать эту доверившуюся мне хрупкую и беззащитную девушку не хотел. Потом разберусь в своих чувствах, это не к спеху.
— Скажи ещё раз.
Я вздохнул.
— Люблю!
Она слегка покраснела, гордо выпрямила спину, сидя ко мне в пол-оборота, и через секунду полезла целоваться…
К костру мы вернулись спустя полчаса. Кажется, парни снова не заметили нашего отсутствия, увлечённые каким-то спором на военную тематику, и рисуя какие-то схемы палкой на расчищенном участке земли.
А вот девчонки наоборот. Они как-то незаметно оттеснили меня от Николь и взяли мою подругу в оцепление. Мне пришлось отойти в сторонку и, не зная чем себя занять, я решил подкинуть дров в затухающий костёр.
Преподавателей не было видно. Может они того, чпокаются где-то? Маловероятно. Во-первых, это глупо. Пока детишки не спят, этим заниматься точно не следует. А во-вторых, Алинка Николаевна прям излучала антипатию к Петровичу, и даже не пыталась скрывать это. Может у них есть какая-то история в прошлом? О! А вот и подтверждение.
Из темноты вышла слегка взъерошенная учительница, а за ней следом, с опущенной головой наш альфа-самец и проводник в одном лице. У Петровича даже в темноте отчетливо виднелся след от женской руки на правой щеке, полопанные капилляры в глазах и красные, затёртые разводы под носом. Кто-то получил категорическое «нет» и серьёзный отпор. Кто-то не понимал намёков.
Я отошёл от костра и сел на пенёк отдельно. Ни одна из групп меня не привлекала, придётся наслаждаться одиночеством.
— У тебя что-то с Майком? — Донёсся до меня громкий шёпот со стороны девчонок.
— Нет, ты что! Мы просто друзья. Работаем вместе над одним экспериментом и пытаемся в кое-чём разобраться. — С сарказмом фыркнула Николь и с улыбкой посмотрела в мою сторону.
— Угу! Как же!
— Друзья! Не рассказывай нам сказки!
— Для друзей, вы слишком влюблённо посматриваете друг на дружку!
— А разве он не из этих? — Снова первый голос.
— Вроде, из этих. — Подтвердил кто-то из девчонок. — Но с парнем его тоже никто никогда не видел.
— Я в прошлом году пыталась его охмурить, он окрысился на меня и послал. Дикий он какой-то! Но сладенький…
— Если вы друзья, я тогда попробую с ним? — Снова первый голос. Кажется, это была симпатичная Лина из параллельного класса, фигуристая и развитая не по годам брюнетка. — А то с парнями нам в этом походе не повезло. Макса охраняет Снежанка, Петрович старый, а Димка… с его корнишоном не хочется связываться…