Крыса-дворник
Шрифт:
Между тем Ксюша нашла, наконец, то, что искала. Вытащив из шкафа коробку с новенькими красными сандалиями, она радостно запела:
– Ага! Вот вы где! Скоро лету конец, а они еще и не надеваны. С самого дня рождения лежат, все дождь не пускал.– Она выглянула из окна.– А сегодня солнце! И двор чистый…– Легкая тень вдруг набежала на ее лицо.– Когда же он его убирает? Да я и дворника-то самого всего только раз видела. И то не разглядела. Шмыгнул мимо меня со своим серым портфелем и в подвал…. Как…
Отвернувшись от нее, кот тихо проурчал:
– Как крыса…
Ксюша встряхнула головой и оторвалась от окна.
– Видал сандалики?– полюбовавшись еще, она обулась.– Подумаешь ангина! Велика важность. Выйду во двор, покажусь в обновке и сразу
Присев, она погладила Василия. Кот недовольно вывернулся.
– Обижаешь. Чем пустое-то молоть, возьми меня лучше с собой. Все под присмотром будешь.
Ксюша даже засмеялась.
– Ха-ха! Защитник нашелся. От кого может защитить кот? Пришел бы вчера пораньше, спас бы меня от ангины. И мороженное получил…. Сиди уж лучше дома, я быстро. А то тебя выпустишь, опять до вечера не дозовешься. Васенька-Васенька,– передразнивая маму, она подошла к зеркалу в прихожей, покрутилась еще, стараясь получше рассмотреть обновку, открыла дверь и погрозила коту пальцем.
– Смотри, сиди дома, не балуй! И герань не столкни…
Через секунду она уже сбегала вниз по ступенькам. Вот уже первый этаж, она почти во дворе и вдруг… Что заставило ее внезапно остановиться?
Под лестницей, в тесном углу виднелась дверь, ведущая в подвал дворника. Тяжелая темная дверь с обрывками паутины, которые колыхались от сквозняков в подъезде. Дверь была, как всегда плотно закрыта. Все как обычно. Но на двери не было замка!
Ксюша почувствовала, как быстро у нее застучало сердце, но, выглянув из подъезда и осмотревшись по сторонам, она шмыгнула обратно и, решительно взявшись за холодную медную ручку, потянула ее на себя.
Глава третья
Тяжелая низкая дверь подавалась с трудом. Пришлось изо всех сил тянуть за ручку обеими руками и дверь медленно, скрипя, словно сопротивляясь, сдвинулась и приоткрылась немного. Из подвала дохнуло холодом и сыростью. Глаза Ксюши попривыкли к темноте, и она увидела, что от двери вниз ведут ступеньки узкой железной лесенки. Ступеньки терялись где-то в глубине подвала, и Ксюше вдруг стало страшно.
Она заколебалась: может, закрыть эту тяжелую дверь, забежать к себе на второй этаж, залезть под одеяло и постараться не думать ни об этом странном дворнике, ни о его темном сыром подвале, где, возможно, еще и крысы водятся. Но нет! Отступить трусливо на самом пороге тайны Ксения не могла. И, откинув страх, она поставила одну ногу на ступеньку, потом вторую и медленно стала спускаться…. Тут правая рука ее нащупала тонкие перила, и стало легче сохранять равновесие. Да и глаза уже различали стены сбоку от лестницы и крутые ступеньки под ногами. Вдруг лестница повернула направо. Еще несколько ступенек и снова направо! Ксюша поняла, что спускается по винтовой лестнице, и что давно уже сбилась со счета, который вела ступенькам. Она оглянулась. Ни двери, ни полоски света из под нее видно не было! Отступать поздно. И Ксюша двинулась дальше вниз. Стало теплее и, как – будто даже светлей. Неожиданно лестница кончилась, и она оказалась в маленькой комнате с высоким потолком и деревянным полом. Ксюша осмотрелась. Ей хотелось увидеть метлу, грабли, ведра- все, чем работают дворники, но комната была пуста. Совершенно пуста. Только в левой стене была еще одна дверь, вернее дверца, Узенькая и почти незаметная, такого же серого цвета, что и стена. Рядом с этой дверцей, над самым полом было еще какое-то отверстие, закрытое толстой трухлявой доской, наглухо прикрученной к стене.
«Все это очень странно»– подумала Ксюша и сильно пожалела, что ввязалась в эту историю. «Ладно – решила она,– я только чуть-чуть приоткрою эту дверцу, загляну и, если там ничего интересного нет, сразу вернусь домой.» Нельзя же, так ничего и не выяснив, отказываться от своей затеи.
Глава четвертая
А в это время, тремя этажами выше, всеми покинутый, томился
– От кого может защитить кот?– рассуждал он с обидой. – А хоть бы и от крыс! Я, потомственный кот- крысолов, прозябаю рядом с этой жалкой геранью. Тьфу!
– Обернувшись к герани, он продолжал.– Чего смотришь? Твое- то место здесь, стану я тебя сбрасывать…. Прадед мой крыс ловил, дед, и отец ловил, до седьмого колена охотниками все были. Один я тут сижу, сметану с блюдечка ем.– Спрыгнув с подоконника, он облизал пустое блюдечко.
– И сметаны-то уж нет, съел всю. А вот молоко… Его, надо думать, Ксения допивать не станет. Она мне еще и мороженного задолжала….-вспомнив об упущенном лакомстве, Василий с досадой мяукнул: – Мяу! Имею, стало быть, полное на то право. Гулять не пускают, так хоть молочка изопью, с медом.
Расправив усы, он аккуратно вылакал молоко из стакана Ксюши.
– Хм… Сладкое. Только кота-крысолова медом не удержишь! Ишь ты, сиди дома, не балуй. И кому?! Мне!– подойдя к зеркалу, Василий принялся демонстрировать великолепный экстерьер, принимать угрожающие стойки.
– Весь в прадеда,– урчал он.– И мастью вышел, и силенкой, говорят, не обижен. Только вот померяться не с кем. Да будет вам известно, я это наверное знаю, от бабушки своей слышал, а уж та от своей узнала, – предок мой, с которого род наш кошачий пошел, победил короля крыс! А случись мне король крыс – справился бы?
Подпрыгнув перед зеркалом, Василий изобразил жестокую схватку.– Король крыс…– бормотал он, отдуваясь. – Да ну… Сказки все это! Тут и крысу- то порядочную не встретишь. Так, мелочь одна. Да и не так оно плохо, на окошке сидеть. Сытно, тепло, цветы вон кругом. Что еще коту надо?..– Он вдруг опомнился.– Только не к лицу мне это! Если дальше так пойдет, скоро я и мышь захудалую не поймаю. А зачем тогда кот? Кот зверь серьезный, не для баловства только. Чем я тогда голубя или, скажем, канарейки желтой лучше? А вдруг настоящая крыса встретится? Как прадеду моему…. А я бока тут себе пролеживаю. Все, хватит, с меня довольно!
Взлетев на подоконник, Василий приподнял правую лапу и трагически вопросил:
– Что кот без улицы?– И сам же себе ответил:– Птица в клетке…
Через мгновение его тень мелькнула в открытой форточке и, приземлившись на газоне, кот исчез в густых зарослях.
Глава пятая
Мы расстались с Ксюшей в тот самый момент, когда она, преодолев страх и сомнения, решила узнать, куда же ведет узкая дверца в стене подвальной комнаты.
Итак, стараясь не топать ногами и не нарушать полную тишину, Ксюша осторожно подошла к стене. Дверца едва угадывалась. Ручки на ней не было и пришлось толкнуть ее двумя руками. Ксюша думала, что дверь эта так же туго открывается, как и дверь в подвал и потому толкнула ее изо всех сил. Но дверь неожиданно легко и сразу распахнулась, девочка потеряла равновесие и прямо влетела в проем! При этом она споткнулась обо что-то и упала, больно ободрав колено и испачкав ладони.
Ей показалось, что на несколько секунд она даже потеряла сознание, а когда открыла глаза – кругом была такая темнота, что никакой разницы не чувствовалось, открыты они или нет. Вдруг что-то теплое и шершавое несколько раз быстро коснулось ее носа. От страха, разом охватившего ее, девочка закричала, но оттого, что горло ее пересохло и сжалось, из него вырывались лишь какие- то непонятные булькающие звуки. И в эту самую секунду, когда казалось, сердце вот-вот выскочит из груди, яркий свет ослепил Ксюшу. Глазам сделалось больно, она сильно зажмурилась, а когда снова открыла их, то поняла, что до сих пор лежит на грязном, усеянном мелкими камушками полу, а прямо перед ее лицом стоят очень большие, стоптанные и потрескавшиеся серые ботинки. Ботинки были без шнурков. Кожа местами на них потерлась и порыжела. Они стояли так близко к лицу Ксюши, что закрывали от ее глаз все остальное.