Крылья
Шрифт:
То есть, никогда, я понял.
Или очень близко к тому. В общем, как ни крути, а мы теперь нужны друг другу.
Мы и раньше были нужны друг друга. Просто наша мотивация была несколько другой.
Тоже верно.
Так что значит… Мир? Я имею в виду, не между нами, мы и так не воевали… А между тобой и всем остальным миром.
Я
— Ма-а-акс? — недоверчиво позвала Тора, не спуская с меня глаз.
Я широко улыбнулся и поднялся с пола:
— Все хорошо, Тора.
— Что именно хорошо, Макс? — не поверила мне Тора. — Где демон?
— Внутри. — я приложил руку к груди. — И он никуда оттуда не денется.
— Это еще почему? — прищурилась Тора. — Ты меня, конечно, извини, но сейчас я тебе не верю. Так, как ты говоришь, не бывает.
— Теперь бывает. — я кивнул. — И я даже могу тебе все рассказать… Если ты готова выслушать.
Тора несколько секунд сверлила меня взглядом, а потом медленно кивнула:
— Хорошо… Я готова тебя выслушать. Но с одним условием.
— Каким же?
— Не вздумай сдвинуться с места.
Эпилог
Со смертью императора все Алые Гвардейцы моментально перестали существовать. Без их поддержки наша армия легко разгромила остатки сил император, деморализованнные таким поворотом событий, и захватила столицу. Тора заняла принадлежащий ей по праву трон, и первым же указом отменила ночной коммендантский час, что было встречено ликованием.
Тину похоронили на собственном маленьком кладбище дворца, рядом с могилами нескольких предыдущих императоров. Она это заслужила.
Тело Тойфона забрал для исследования орден Серебрянной Печати. Оказывается, их глава был в курсе настоящего происхождения Торы, и именно поэтому в то время, что я гостил у них, старался всеми правдами и неправдами держать ее от меня подальше. Я же все-таки был демоном.
Хотя почему «был»? Я и сейчас остаюсь наполовину демоном.
Я стал личным телохранителем императрицы. С моими навыками и способностями это было закономерно. Кроме того, это позволяло нам постоянно находиться рядом друг с другом, что не могло не сказаться на наших отношениях, начавшихся еще в Шалихаде, но позже забуксовавших из-за вынужденного расставания и появления Тины. Мы снова сблизились и больше не расходились. Тора даже предлагала официально короновать меня как императора, но мне это было не интересно. Когда я смотрел на то, как она занимается всякими управленческими делами, у меня глаза начинали слипаться от скуки. Лично мне подобное времяпровождение казалось интересным только в разрезе поиска способа уснуть при бессоннице, и никак иначе.
Зато я тренировался. Тренировался много, и вволю. Тренировался использовать силы демона, чтобы полностью раскрыть его потенциал, и тренировался без его способностей, чтобы не забывать о том, что я что-то представляю из себя и без него. Чтобы однажды не попасть в ловушку, подобную той, что я сам поставил императору. Мне, в отличие от него, демона в себе предстояло носить долго. Очень долго. Возможно, бесконечно долго. Лишенный возможности от меня отделиться, даже если бы он хотел, демон отказался от захвата моей души, что неминуемо привело бы к необходимости покинуть мое тело, что моментально зачахло бы этой важной составляющей. А значит, срок в девять лет, что когда-то отпускала мне Аяка, превратился в плюс-минус бесконечность.
Аяка… Еще одна жертва этой войны одного демона против другого. Одного мира против другого. Жертва, от которой даже не осталось тела, которое можно похоронить. Единственное, что от нее осталось — это память. Память о хрупкой девушке, что добровольно взвалила на себя непосильную ношу, зная, к чему это приведет.
Мне остается ее только помнить…
И я, честно говоря, охреневаю с того, что вспомнил ты только сейчас!..