Крылья
Шрифт:
– Так в чем проблема? – не понимаю, вглядываюсь в схему.
– Опусти ее.
– Легко сказать…
– А если легко, то говори, - начинаю злиться.
– Ее заклинило. То ли взрывом там что перекосило,то ли еще чего, – чешет в затылке.
– Тут только пялить скафандр и смотреть на месте. Я тут не скажу.
Воздеваю глаза к потoлку – час от часу не легче. Несколько раз глубоко вдыхаю и выдыхаю. Нельзя психовать – слишком много жизней зависит от моего спокойствия. Пусть бедный Пудли будет первой и последней жертвой в этом, казалось бы,идеальном «круизе».
– А как изначально открылся
Роман хмурится и явно не понимает, что я имею в виду.
– Ну так… – переводит взгляд с меня на пилота и обратно. – Отсюда, команда подана с рубки.
?шарашенно поворачиваюсь к Ларсону, глаза которого ещё чуть-чуть и просто вылезут из орбит.
– Это не я, капитан Морган! – вскрикивает на целую октаву выше, чем разговаривает обычно.
– Я был тут один, но это не я! – порывается вскочить. И сделать что? Поклясться на библии? Повалиться мне в ноги?
– Сиди, - останавливаю жестом. Нужно быть диверсантом-идиотом, чтобы провернуть все настолько открыто, а потом остаться на месте – берите меня тепленьким. – Роман, ищи вирус в системе.
– Но я уже все проверил, - растерянно возражает тот.
– Ну так проверь еще раз! – рявкаю.
И выхожу в коридор – позвонить Лаки.
ГЛАВ? 47
Джейс
Это по-настоящему круто – иметь высший уровень доступа: охрана тебя не останавливает (сначала удивляется и просит прилoжить ладонь к распознающей портативной панели, а затем приносит извинения за беспокойство и больше передвижению не препятствует), подходишь к каюте капитана, стучишься из вежливости, а потом спокойно касаешься замка,и дверь гостеприимно открывается. Безграничная свобода. Будь мне четырнадцать, прыгал бы до потолка, получив такие права. А сейчас… сейчас меня больше беспокоит, не влетело бы Морган за то, что она открыла такой доступ студенту-первокурснику, место которого – сидеть в своей каюте и ждать решения «взрослых».
Как и я предполагал, ?ис лежит на своей кoйке в позе морской звезды лицом вниз.
Еще раз убеждаюсь, что капитан – человек не особо агрессивный,и в прошлый раз можно было не заламывать ему руки, а ограничиться парочкой крепких слов. Потому как он даже не пытается меня придушить, когда я преспoкойно выливаю ему на физиономию кувшин холодной воды.
Вскакивает с постели как ошпаренный,трясет головой, разбрасывая вокруг брызги, словно кот, вернувшийся с прогулки в дождь, но ограничивается лишь ругательствами и злобным взглядом. Однако и не позволяю ему сменить линию поведения, быстро и лаконично выложив причину моего визита.
Получаю новый взрыв нецензурных выражений; минута – и Рис на ногах.
– Так что же ты сразу не сказал?! – восклицает и бросается к двери.
Что ж, чувство ответственности у этого парня есть. Только к алкоголю оно явно неустойчиво. На его месте я бы вообще не пил.
– И чего ты стоишь? – оборачивается Рис уже на пороге.
И как еще вспомнил о моем присутствии? Я уж было подумал, что капитан так и будет нестись до самой рубки, как курица c отрубленной головой.
–
А видок у Риса – тот еще: ворот формы измят, рукав у манжеты порван (зацепился за что-то, похоже), щека припухшая после встречи с полом в каюте Морган, верхние веки набухшие, под нижними – мешки, а с мокрых волос на плечи капает вода, впитываясь в ткань формы и растекаясь живописными кругами.
В первые несколько секунд после моих слов капитан смотрит на меня, чуть прищурившись и не моргая, будто не понимает, что я имею в виду. Затем почти бегом бросается в ванную – к зеркалу. И уже оттудa доносится очередная порция брани. ? словарный запас у него не хуже, чем у космических пиратов.
Рис запирается в ванной комнате, а я сначала собираюсь убраться из его каюты, но потом передумываю: лучше-ка подожду – вдруг он там уснет, под душем. Обещал притащить его в рубку – значит приведу.
Делаю круг по помещению, oсматриваюсь. Вещи разбросаны по каюте в хаотичном порядке. Носок на краю стола – прямо-таки новое дизайнерское решение. Я сам не маньяк чистоты, но подобного себе не позволяю даже дома, не то что на службе. Сдается мне, в голове этого человека – такой же бардак, как и в его каюте. А ведь для всех – он легендарная личность, капитан «Прометея», преемник Александра Тайлера.
Не знаю, правда ли я не ревнив, но насчет Эшли Риса беспокойства точно не испытываю – у них с Морган ничего общего: она сильная, а он слабак. Если уж пятнадцать лет не может ни смириться с отказом женщины, ни таки завоевать ее, раз она ему так нужна.
Включаю кондиционер на проветривание (в комнате душно и пахнет перегаром), заодно, может, мокрое постельное белье просохнет.
Хлопает дверь; оборачиваюсь. Рис выходит из ванной в полотенце на бедрах. Теперь он гладко выбрит, а лицо после холoдного душа стало менее одутловатым и приобрелo почти нормальный цвет, а не синюшный, каким было несколько минут назад.
Проходит к шкафу, адресовав мне раздраженный взгляд, а затем скрывается за его дверцей.
– Собрался под конвоем вести меня в рубку? – бросает оттуда.
– ? потребуется?
– интересуюсь.
– Сам дойду, – огрызается.
– Как ты вообще сюда попал?
?ще я ему не рассказывал, что Миранда открыла мне запрещенный по всем правилам уровень доступа.
– Морган впустила.
– А что сама не зашла?
– Мне кажется, вы уже достаточно поговорили по душам.
Рис высовывается из-за дверцы, чтобы оценить мое выражение лица при этих словах. Полагаю, оно у меня не злое, но достаточно серьезное, чтобы он понял: устраивать подобные беседы я ему больше не позволю.
Хмыкает и скрывается обратно.
– Слушай, Джейсон… – раздается опять из шкафа.
– Джейс, - поправляю.
– Джейс, - повторяет Рис, будто имеет проблемы с памятью.
– Сколько тебе лет?
И этот туда же.
– Уже совершеннолетний, - усмехаюсь. – Можешь дать мне по морде, если хочешь. Но не сопротивляться не обещаю.
Сам он невысокий, но крупный, накачанный. Тяжелее меня килограмм на пятнадцать, но более неповоротливый, и реакция похуже: решит подраться – ничем хорошим для него это не закончится. Так что лучше не стоит.