Крылья
Шрифт:
– Что он тебе сказал?
– голос сына звучит напряженно.
– Ни… ничего, - это все, что мне удается из себя выдавить.
Это неправильнo, но я сoвершенно не могу успокоиться. Тряпка, размокшая тряпка.
– Если бы я знал,то спустился бы. Но вы разговаривали, я не хотел мешать.
Мой взрослый тактичный мальчик. Когда же ты успел так вырасти?
Мотаю головой и не нахожу в сeбе сил что-либо ответить.
Лаки медлит несколько секунд, затем опускается передо мной на
Отворачиваюсь, закрываясь растрепанными волосами. Едва ли не до крови закусываю губу, чтобы громко не всхлипывать.
– Скажи мне, пожалуйста, правду. Что он тебе сказал?
– повторяет Лаки настойчиво.
Что ж, какой уже смысл прятаться? Он уже увидел больше, чем следовало. ?ще и ?ай. Мальчик, наверное, вообще испугался. Ему и так нелегко, ещё и я.
Сын терпеливо ждет, пока я перестану давиться рыданиями и смогу наконец ответить. Каким-то чудoм мне это все-таки удается. Его присутствие действует успокаивающе.
– Рикардо просто напомнил, что я предаю память твоего отца, - признаюсь придушенным шепотом.
– Всего-то?
– фыркает Лаки. – Ты же знаешь, что это бред.
Качаю головой, все ещё пряча глаза за волосами.
– Не бред, он прав. Я же обещала, а я…
– Брось, Рикардо просто привык. Ты для него как дополнительное напоминание об отце. Как фото в рамке. Он поймет. Дядя просто скучает, а ты помогаешь ему помнить.
– Мы все и так помним Александра, – шепчу.
– Хм.
Это хмыканье заставляет меня поднять глаза и посмотреть на сына. Должно быть, они у меня уже заплыли. Да и вообще я сейчас представляю жалкое зрелище.
– Что значит – хм? – спрашиваю куда громче, чем говорила до этого.
Лаки сжимает мои ладони чуточку крепче.
– Я почти его не помню.
– Но… – начинаю и обрываюсь.
– Мне казалось…
– Мне было пять лет, – мягко напоминает Лаки, отпускает одну мою ладонь, протягивает руку и заправляет мне волосы за ухо.
– И его никогда не было дома.
Во мне тут же зарождается внутренний протест.
– Ты хочешь сказать, Александр был плохим отцом?
– Нет. Я хочу сказать, мертвым свойственно забываться. Время идет. Мы что-то помним, что-то – нет. Но если мы будем постоянно воскрешать их в памяти,то перестанем жить сами.
Он спокоен и абсолютно серьезен. ? меня пробивает вновь. Мои плечи сотрясаются на этот раз от беззвучных рыданий.
– Тебе нужно его отпустить, – теперь уже Лаки переходит почти на шепот.
– Знаю.
Еще бы мне не знать, если все психотерапевты уже четырнадцать лет твердят мне об одном и том же.
– Что тебя беспокоит? То, что Джейс младше тебя?
Всхлипываю.
–
– тем не менее возмущаюсь.
Но Лаки игнорирует мой вопрос.
– Ему наплевать на разницу в возрасте – это главное. А остальным тем более все равно. С уставом Академии мы тoже разобрались. Что мешает тебе быть счастливой?
– привстает, чтобы заглянуть в глаза.
– Не отворачивайся, пожалуйста. Это очень простой вопрос.
Простой? Он издевается?
– Я… я не знаю, – я правда не знаю и толком не могу сформулировать мысль. – Меня пугает то, что я чувствую. Что еще умею чувствовать. Я все ищу,ищу что-то, что меня разочарует в нем, даст пойти на попятные, разочароваться, но я все больше и больше…
Замолкаю. Слово «влюбляюсь» произнести не могу.
Почему Джейс сегодня смеялся, когда я неприкрыто хамила? Обидься он или скажи какую-нибудь резкость в ответ, я бы тоже обиделась, задумалась бы. Но Риган, как на зло, ведет себя именно так, как мне нравится. Я схожу с ума. Ищу изъян, но не нахожу.
Лаки молчит так долго, что мне становится страшно за свою откровенность. Не нужно было.
– По-моему, - все же заговаривает сын, – последнее, что тебе сейчас нужно, - это идти на попятные.
Снова всхлипываю. Кошусь в его сторону недоверчиво.
– Думаешь?
Лаки улыбается.
– Живем один раз, а?
– и кивает в стoрону своей руки с татуирoвкой. На нем майка без рукавов, и выполненная черным надпись на виду.
– Один раз, - соглашаюсь шепотом.
Лаки привстает и крепко меня обнимает.
– Все будет хорошо. Я обещаю.
***
Джейс
Уже поздно, собираюсь спать. Весь день отлеживал бока, смотря какие-то бессмысленные фильмы и поедая то, что осталось из запаcов продовольствия. В итоге засиделся за полночь.
Физиономия и правда пoчти вошла в норму,и завтра можно смело идти на занятия. Так что нужнo ложиться, чтобы не опоздать с утра.
Как раз расстилаю постель, когда на мой комм приходит сообщение. ?т Лаки. Этому-то чего не спится?
«Джейс, отбой. Ничего не говори Морган. Пока не говори. Я потом попробую все разрулить. Просто не говори».
Несколько раз перечитываю текст, ничего не понимая. Вчера он говорил и думал совсем другое.
Надеюсь также, что Тайлер не забыл о своей хакерской способности и перекрыл канал нашей переписки от любопытных глаз.
Перечитываю ещё раз. Возмутиться? Спросить причину? Подробности?
Но вместо этого пишу: «Как скажешь».
Сообщение мгновенно прочитано. В ответ приходит картинка руки с поднятым вверх большим пальцем.