Крылья, ноги... главное - хвост!
Шрифт:
Где-то в кустах тоскливо взревывал отставший от хозяйки Вилка, Иефа плюхнулась на землю, обхватила голову руками и зажмурилась. «Хочу проснуться, хочу проснуться, хочу проснуться», - тупо билась в висок одинокая мысль. Из зарослей выскочил детеныш совомедведя, с разбегу шибанул хозяйку лобастой головой в плечо и виновато забурчал.
– Это проклятие, - сказала ему Иефа, дрожащими пальцами приглаживая перья на загривке. – Это не Стив. Помнишь, он сначала на всех кидался? Так вот, это проклятие на него действует. Только нас он пожалел, а с гоблином не стал сдерживаться.
Вилка согласно булькнул.
Потом их нашел Зверь и, недовольно подергивая хвостом, повел в новый лагерь. Когда Иефа вышла на поляну, Зулин хлопотал у неказистого костерка, пытаясь приладить на двух рогатых ветках котелок. Криков слышно не было.
– Ночь, считай, пропала, - посетовал маг. – Ты как?
– Ногу подвернула, - сказала Иефа и опустилась на свой плащ. – А… Он там уже… все? Я имею в виду…
– Не знаю, - пожал плечами Зулин. – Может, да, а может, нет. В любом случае, нам остается только ждать.
– Он… Ну, этот, гоблин… Он что-нибудь сказал?
– При мне – ничего.
– А давно ты ушел?
– Минут двадцать назад.
– Ага.
– Ты не волнуйся, - попытался успокоить полуэльфку Зулин. – С ним все в порядке.
– С кем?
– Со Стивом, конечно.
– Да почему ты вообще решил, что мне есть до него дело?! – со слезами в голосе крикнула полуэльфка и отвернулась.
– Два сапога… - пробурчал планар.
Иефа сидела у костра и массировала ноющую лодыжку. Затрещали кусты, на полянку выбрался дварф, отряхивая ладони, и подошел к огню. Руки у него были в земле.
– Ну, наконец-то, - нарочито бодрым голосом сказал Зулин, - все в сборе. А то расползлись как тараканы.
Иефа упрямо смотрела в огонь, пыталась заставить себя поднять глаза и не могла. Спрашивать было страшно, но очень хотелось знать.
– Стив… - запинаясь, произнесла она, наконец. – А ты его…
– Убил и съел! – огрызнулся дварф. Иефа вздрогнула, но все же почувствовала себя немного увереннее.
– Послушай, Стив, - сказала она, подсаживаясь поближе к дварфу. – Я хочу, что бы ты не сомневался: я знаю, что это не ты. Я знаю, что это все из-за того меча. Ты не переживай, с проклятием не так-то просто справиться. А ты вон сколько времени держался. Ты не виноват. Мы все прекрасно знаем, что ты никогда…
– Нет, - отрезал Стив и посмотрел полуэльфке в глаза.
– Что – нет? – испуганно шепнула Иефа.
– Нет – это не проклятие, - Стив поморщился, как от боли, но взгляда не отвел. – Я уже научился чувствовать разницу. Так что поверь мне на слово: все, что я сейчас делал, я делал потому, что считаю это правильным. И не надо лепить из меня жертву обстоятельств. Я отвечаю за свои поступки и ни о чем не жалею. Грустно, что тебе это не нравится, но помочь ничем не могу.
– Мамочки, ну до чего же ты упрямый! – Иефа в отчаянии всплеснула руками. – Твоя дурацкая гордыня…
– Да при чем тут моя гордыня! – вне себя заорал Стив. – При чем тут моя гордыня! Я ненавижу гоблинов! Я рад, что этот
– Стив, ты отвратителен, - тихо сказала полуэльфка.
– Ты тоже, - ответил дварф.
– Давайте спать, - осторожно предложил Зулин. – Зверь посторожит.
Глава 3
Тот, кто решил, что день обязательно должен начинаться с рассвета, наверняка обладал недюжинным чувством юмора. Если неистово орущих на рассвете птиц придумал тоже он, значит, вдобавок он был еще и законченным садистом.
Стив открыл глаза и сразу же горько пожалел об этом. Тупая ломота во всем теле, ржавый арбалетный болт под лобной костью и неизбывная тоска на душе. Мир явно не стоил того, чтобы в нем просыпаться.
По лагерю печально бродил проголодавшийся детеныш совомедведя и засовывал клюв в сумки. Стив повернулся на бок. Ну и пусть. Справимся.
Проснулась Иефа, потерла воспаленные глаза, вздохнула громко и, как показалось Стиву, демонстративно. Вилка ткнулся лбом в хозяйские колени и жалобно забурчал.
– Пойдем, убьем кого-нибудь, - сказала полуэльфка, подхватила арбалет и убрела куда-то в лес. Даже не предупредила никого. Ну и пусть. Наткнется на прикопанный под кустом труп гоблина – небось, живо назад прибежит.
На поляне появился плотоядно облизывающийся Зверь – морда сытая, хвост трубой. Ага, этот времени даром не терял. Вон бока как лоснятся – раздобрел на лесных харчах, скоро размером с теленка будет. Ну и пусть.
Был бы Ааронн, живо бы уже какую-нибудь дичину притащил.
Стив стукнул в сердцах кулаком по земле и поднялся. С Ааронном или без, а костер разводить надо.
Через полтора часа, когда злобный от недосыпа маг мрачно цедил вчерашний отвар, вернулась не менее злобная и с ног до головы исцарапанная полуэльфка. Две тощие куропатки совершили свой последний полет через всю поляну и шлепнулись прямо в костер. Задымило, завоняло жженым пером, Стив с руганью выкатил тушки из огня и принялся ощипывать.
– Лес с ума сошел! – яростно сообщила Иефа и с размаху плюхнулась на плащ.
– Что опять случилось? – хмуро поинтересовался Зулин. – Где ты была? Следы искала? Почему меня не разбудила?
– Какие следы? – удивилась полуэльфка, ощупывая лицо.
– Вражеские. Когда Ааронн не спросясь уходил на рассвете из лагеря, он обычно осматривал местность на предмет следов.
– Я не Ааронн.
– Жаль, - отрезал маг и насупился еще больше. Иефа посмотрела на него, раздраженно пожала плечами и занялась своими многочисленными царапинами. Зулин помолчал, внимательно осмотрел опустевшую кружку и снова поднял глаза. – Так что там с лесом?