Крылья для Анны
Шрифт:
Джонатан за спиной Высочайшего широко раскрыл глаза и выразительно чиркнул пальцем по горлу. Анна предпочла не заметить его жеста.
– Что я всегда ценил в Мэррилах, так это прямолинейность, – усмехнулся юноша. – Обопритесь на мой локоть, леди Анна. Меня слишком мало сегодня. Нужно отдохнуть.
– Просто Мэррилов слишком много, – заметила Анна. – И не столько количественно, сколько качественно.
– А вы умеете одной фразой передать всю суть… Итак, я отвечу на ваш вопрос. Высочайший – это титул. А ещё – Белокрылый. Тоже титул. Я – правитель
– А кто такие крылатые?
Белокрыло-высочайший вывел Анну в сад. Дома на его месте было кладбище, кстати. Тут хотя бы могил не наблюдалось.
– Крылатые – это ваша семья, леди Анна. И ещё несколько древних родов.
Она остановилась и сделала шаг назад, удивлённая.
– В переносном смысле?
– Да нет же! Я – белокрылый орел.
– А я дятел? – мрачно уточнила Анна, ни черта не понимая. Символисты проклятые! В геральдике Анна была не сильна.
– Вы сова.
– Да уж не жаворонок, – ей хотелось ещё что-то спросить, но она не рискнула ему надоедать. Высочайший казался простым и милым, но кто его знает, какой он на самом деле.
– Разумная. Осторожная, – неожиданно сказал Высочайший. – Умеете вовремя остановиться. Джонатан все правильно про вас рассказал.
Анна вдруг поняла, что он гораздо старше, чем показался ей вначале.
– Сколько вам лет, Белокрылый? – порывисто спросила она.
– Достаточно, чтобы триста лет назад вынести приговор вашему предку. А вам?
– Сорок пять.
– Пожалуй, я отправлю парочку своих министров в тот мир. Если столь юная женщина может меня удивить, то, что будет с умудрёнными мужьями?
– Чтобы это узнать, предлагаю поговорить с дедушкой Томасом, – посоветовала Анна. – Он самый старый из нашей семьи.
– Я так и поступлю. Леди Анна, вы можете звать меня по имени. Отныне для вас я – Эрик.
– Тогда я – просто Анна.
– Договорились… просто Анна. Желаете вернуться в зал?
– Не желаю.
– В таком случае я вас оставлю.
– Простите, Эрик, – Анна все же не утерпела. – У меня два вопроса. Можно?
– Задавайте.
– Почему один мужчина назвал меня «тааннет», а вы – леди?
– Мне показалось, что так вам будет привычнее, – быстро ответил Белокрылый. Анне не понравился его взгляд. Он соврал, как пить дать! – Второго вопроса я немного боюсь. Вы умеете выбрать тему для разговора…
– Вы в чёрном. Почему? Разве не белый – цвет радости?
– Я не слишком рад Мэррилам, Анна, – Высочайший поморщился и вздохнул: – Послушайте, от Эдварда были одни проблемы. А вас так много… сколько из вас “Эдвардов”?
– Боюсь, что все. Кроме Джонатана и бабули Евгени.
– Забавно. А Джонатан сказал, что все, кроме бабули и Анны. Постойте, теперь я задам неудобный вопрос: Мэррилы богаты? Им везёт в финансовых делах?
– Чрезвычайно. Можно сказать, что золото липнет к нашим ладоням в любом деле.
– Этого я и боялся. Что ж, тем хуже для вас.
Анна осталась одна в саду.
Какая странная
Больше всего женщину волновало, почему именно ее местный правитель повёл на прогулку. Не Мардж, не бабулю, не кого-то из тёток или кузин. Черт возьми, что такого наговорил ему Джонатан?
Здешний сад, к счастью, не отличался буйством красок. Обычная зелень, простая трава. Анна узнала кусты чайной розы и листья жасмина. В зал возвращаться ей не хотелось, там было слишком много народу. Из окон доносились звуки скрипки и взрывы смеха. Мэррилы всегда умели веселиться, им только дай повод. Хотя женщина и осталась без ужина, но решила, что это пойдёт ей на пользу. Не умрет до утра уж как-нибудь.
В кустах с плотными блестящими листьями послышалось шебуршание. Спустя мгновение из зелени выглянул Адам с тарелкой винограда в руках. Увидев Анну, он раздосадовано зашипел.
– Я не буду кричать, если ты поделишься, – шепнула Анна. – Тоже прячешься?
– Угу. Тут есть лавочка. Пошли.
Лавочка была замечательная, с удобной спинкой и подлокотником, больше похожим на столик. Разместив блюдо, Адам с любопытством повернулся к женщине.
– Тебя увёл высочайший. Зачем?
– Он разрешил звать его Эриком, – туманно ответила Анна.
– Прилетели. Это странно и опасно. Как бы он глаз на тебя не положил!
– Он холост?
– Он – женат. А вот некоторые из его стаи…
– В Эйлеране практикуют договорные браки?
– А в том мире нет?
– Не в моей семье. Мэррилы всегда выбирали сами.
– И как, удачно? – заинтересовался Адам.
– Нет. Из двадцати браков лишь один бывал счастливым. Мало кто может ужиться с нами.
– И тем не менее среди вас двое бескрылых.
– Да. Моя мачеха и муж Сары. Поверь, они ещё более безумны, чем мы.
– Да уж верю! – И Адам пожаловался куда-то в сторону:
– Отец меня предупреждал, что наступит хаос, но я не думал, что настолько. Что нам делать с вами, Анна? Чего от вас ждать?
– Разделяй и властвуй, Адам. В малой концентрации Мэррилы не так страшны, как в куче. Я, например, прекрасно жила одна. И даже когда ко мне в гости заезжал кто-то из родни, все было терпимо. Но когда они все собрались под одной крышей…
– Я понял. Скажу отцу, что это я придумал.
– Хорошая мысль. Слушай, а твой брат… вы похожи.
– Мы с Кайлом близнецы.
– А… круто. У нас в семье никогда не было близнецов.
– Были. Мой отец и ваш Эдвард. Отец старший. Но Эдвард его обманул и… впрочем, ещё узнаешь всю эту некрасивую историю. Ешь вот виноград. Сегодня был очень длинный день, а завтра будет ещё длиннее, уж поверь. Ненавижу Мэррилов!
– Я тоже, Адам, я тоже..
Глава 7. Где мое одеяло?
Бабушка Евгени храпела так раскатисто, что уснуть шансов просто не было. Анна лежала на полу, смотрела в потолок и локтями чувствовала, как напряжены Джоанна и Мардж.