Крылья бабочки
Шрифт:
Трейси оторвалась от сборов и посмотрела в смеющиеся ореховые глаза. Брендон был красивым, умным и до жути самодовольным. В такие моменты желание съездить чем-нибудь тяжелым по холеной физиономии становилось непреодолимым.
– Боюсь, я занята.
– Завтра?
– Тоже.
– Так когда?
– Никогда.
– Хм… Никогда – это слишком долго.
–//-
Нью-Йорк. Год спустя.
– Да! – сорвала трубку Трейси, перебирая материалы, которые срочно нужно доставить в суд.
– Мисс
– Хорошо, спасибо. – Трейси бросила трубку на аппарат и, аккуратно запечатав желтый бумажный пакет, отложила его в сторону.
Посмотрев на часы, она поднялась и подошла к окну. Наблюдая с высоты шестьдесят восьмого этажа как люди, больше похожие на пронырливых муравьев, спешат по своим делам, Трейси гадала, зачем ее вызывал мистер Уиллет – старший партнер в их фирме.
Без малого два года назад ей позвонили из «Уиллет и Стокбридж» и предложили освободившуюся вакансию адвоката по гражданским делам. Всего-то и нужно было – переехать на восточное побережье! Что Трейси и сделала, не теряя лишнего времени.
Нью-Йорк – город больших возможностей, огромных денег, и если твоя цель: головокружительная карьера юриста, ты обратился по адресу. Тем более что здесь жили ее брат и лучшая подруга – практически семья! Ни разу она не пожалела, что оставила родную Калифорнию, ни разу не усомнилась в правильности своего решения.
За время работы Трейси зарекомендовала себя как перспективный, нацеленный на результат специалист, и будь она проклята, если к тридцати годам не станет партнером в своей фирме! Три года, и ее имя появится на вывеске компании. «Уиллет и Стокбридж» – лучшая адвокатская контора в Нью-Йорке. «Нет, – поправила она себя, – вторая после лучшей».
Пальма первенства по праву принадлежит «Стеклер, Стеклер и Пирс». Именно там работал Брендон. Семейное дело, семейная профессия. Прадед, дед, отец. Правда, его отец – Адам Стеклер – променял мантию служителя закона на ключи от города, но разве можно его в этом обвинить? Он стал полноценным слугой нации, а как называют адвокатов, в особенности, с Манхэттена? Слуги дьявола, увы.
Трейси вздохнула. Трижды она стояла в зале суда напротив Брендона и трижды ее клиентам приходилось соглашаться на его условия. Она не любила слово «проигрывать», предпочитая более мягкое «идти на уступки». Но за последний год в ее практике не было даже этого. Она многому научилась, многое узнала и не уступила ни разу своим оппонентам.
Трейси знала: придет время, и она припрет к стенке Брендона Стеклера, но пока возможности не подворачивалось. Если она сама работала с гражданскими исками и семейным правом, то он специализировался на уголовном. Только если у богатых людей возникали небольшие проблемы и они лично просили его решить их, Брендон брался за дело. Ведь именно так было с несостоявшимся разводом Шэрен и Ника Хейвортов – их общих друзей.
Ирония судьбы. Они безжалостно воевали на юридическом поприще и вполне мирно сосуществовали в повседневной жизни. Даже стали крестными родителями Мэттью Хейворта и, выбирая вместе подарок на его первый день рождения, умудрились не покалечить друг друга.
Трейси не смогла сдержать улыбку, вспоминая, как лощеный красавчик Брендон двумя пальцами держал использованный во всех отношениях подгузник, который, после пяти шотов текилы, между прочим,
Она бросила взгляд на запястье: часы подсказывали – до встречи три минуты. Пора идти.
– Мистер Уиллет, вы хотели меня видеть? – Трейси прошла вглубь кабинета, когда он рассеяно поманил ее, продолжая кидать корм рыбкам.
Максимилиана Уиллета с легкостью можно было назвать добродушным коротышкой. Ростом всего около пяти с половиной футов, с приятной полнотой и большими залысинами на висках – он совершенно не вызывал опасений, а обходительные манеры только дополняли первое впечатление. Безобидная внешность поначалу могла ввести в заблуждение его противников, но только до того момента, пока они не посмотрят в его глаза, умные и цепкие, а когда Максимилиан начинал говорить – наступала тишина. Сильный выразительный голос, которым он мастерски умел управлять: понижать и повышать, добиваясь нужного эффекта.
– Присаживайся. – Он указал на черное кресло и опустился напротив, пряча в ящик стола баночку с кормом. – Внучка подарила рыбу-бабочку, велела заботиться.
Он мечтательно улыбнулся своим мыслям – так было всегда, когда мистер Уиллет вспоминал своих родных – затем полностью преобразился и серьезно посмотрел на Трейси.
– К нам обратилась Меган Палмер, жена Дональда Палмера.
– Дональд Палмер… – протянула она, пытаясь ухватить за хвост ускользающую мысль. – Политик, старший советник мэра?
– Точно.
– Он разводится с женой? Накануне выборов в конгресс? – усомнилась Трейси. – Странное решение.
– Не нам их судить, – с самым серьезным видом развел руками Максимилиан. Верно, для «Уиллет и Стокбридж» важна лишь сумма гонорара, которую приносят такие клиенты. – Миссис Палмер нужен адвокат, и я порекомендовал тебя. Передай все дела младшим юристам и занимайся только ей.
– Кто представляет интересы мистера Палмера?
Губы старшего партнера растянулись в широкой улыбке.
– Трейси, у тебя будет дополнительный стимул рыть носом землю в этом деле. – Он выдержал положенную паузу. – «Стеклер, Стеклер и Пирс».
Ей не нужно было знать больше, все предельно очевидно. Трейси мгновенно ощутила, как азартно забурлила кровь, мигом разгоняясь и стремительно несясь по венам. В этом разводе крови жаждет не только Меган Палмер, но и ее адвокат.
«Ну что же, Брендон, пришло время реванша», – к невидимому собеседнику обратилась Трейси, а вслух произнесла:
– Благодарю за доверие, мистер Уиллет. Я не подведу.
Глава 2. Когда упадет юбка?
Декабрь в этом году выдался сырым и ветреным: небо хмурилось с утра до вечера, но ни о каком снеге и речи не было. Если бы не праздничный режим, на который перешел Нью-Йорк, – а это без преувеличения одно из чудес света, – то Трейси никогда бы не подумала, что Рождество уже скоро. Витрины магазинов превратились в трогательные и милые или остроумные и забавные творческие интерпретации праздничной суеты.
Когда ей звонила подруга и восхищенно рассказывала, как в эту пору чудесен Нью-Йорк, особенно если идет снег, она закатывала глаза: Шэрен всегда была слишком впечатлительной. Но теперь Трейси была полностью согласна с ней. Есть в этом городе только ему свойственное очарование, которое покоряет быстро и не отпускает до последнего вздоха.