Крыльвы

Мак Иван

–  Все в порядке, шеф. Надо только немного привыкнуть. Давно так не ходил.
– Иднер смотрел в пол и делал некоторые движения, глядя на свои руки и ноги.

–  Черт подери, Иднер, ты же без одежды!
– воскликнул Шерн.

–  А я то смотрю и думаю, что что-то не так.
– сказал Иднер.
– Наверно, мне лучше побыть под присмотром врачей.
– Он выбрался на улицу и глубоко вздохнул свежий морской воздух.
– Боже, как здорово! Я уже забыл как дышать.

Шерн рассмеялся.

–

 Посиди, лучше здесь, Иднер. А я схожу один и приведу его сюда.

–  Кого хоть? Ты так и не сказал, шеф.

–  Увидишь, Иднер. Это тоже сюрприз.

Иднер остался сидеть в катере. Прикрылся полотенцем и сел на скамейку около борта. Его радовал вид солнца, людей, купающихся на другом берегу реки. Ему самому захотелось искупаться, но он решил что ему не следует в этот момент что либо делать.

Прошло несколько минут. Иднер услышал чьи-то шаги позади себя и обернулся. На причале стояла Иммара и смотрела на него с какой-то улыбкой на лице.

–  Сиди, сиди.
– Проговорила она.

–  Вы следили за нами?
– Спросил он.

–  Ты все еще считаешь, что я шпион?
– Спросила Иммара.
– Машина Аннекера это игрушка по сравнению с тем, что у нас есть. И принцип ее управления нам прекрасно известен.
– Иммара прошла к Аннекеру и спрыгнув в него встала напротив Иднера.
– Тебе надо бы одеться.
– Сказала она и в ее руках словно у заправского фокусника возникла одежда.
– Возьми и оденься.

Иднер принял одежду и несколько минут неуклюже одевался. Иммара под конец рассмеялась, глядя на него.

–  Сколько же ты просидел в этой железке?
– Спросила она.

–  А ты не знаешь?
– Спросил он.

–  Судя по всему, целый год.

–  Полгода.
– Ответил он.
– Ты выглядишь не так, как восемь лет назад.

–  Для тебя прошло восемь, а для меня несколько сотен лет. Ты какой-то не такой как все люди.

–  Какой не такой?

–  Я тогда не понимала Ррниу. А теперь понимаю.

–  Ты… - Иднер осекся, внезапно поняв, что перешел на "ты". Иммара снова рассмеялась.

–  Все правильно, Иднер. Ты правильно меня называешь. Мы всегда называем друг друга на ты.

–  Да?
– Удивился Иднер.

–  Да. У нас так принято. А так получается какая-то ерунда. Словно я не одна, а десяток.

Иднер сам усмехнулся.

–  Тебе надо встать и потренироваться в ходьбе, Иднер.
– Сказала Иммара.

–  А со мной ничего не будет?

–  Вот умора!
– Снова рассмеялась Иммара.
– Вставай.
– сказала она, поднимаясь.
– Ну, ну! Может, тебя за ручку поднять?

Иднер встал.

–  А теперь, закрой глаза и вспомни что было полгода назад. Вспомни, как ты ходил, как себя чувствовал. Вспомни все и возьми себя в руки, Иднер!

Словно

какая-то сила вошла в него, и он ощутил в себе какие-то перемены. Иднер открыл глаза и все вокруг уже не казалось таким странным как минуту назад.

–  Что ты сделала?
– Спросил он, глядя на себя.

–  Кое-кто может это назвать атакой психотронного оружия.
– Ответила Иммара.
– Правда, вам следует знать, что у людей подобного оружия нет. Оно есть только у драконов. Вернее, у пришельцев из космоса.

–  Значит, на нашей планете много пришельцев из космоса?

–  Смотря, что считать много.
– Ответила Иммара.
– Аннекер, Кернсвер, Мерхард, Мерн Кай Ренальд, Ррниу и Харгрет Син Килемантара, я и еще шестеро моих друзей. В общем, это все кого я знаю и кто побывал здесь.

–  И ты встречала Анннекера раньше?

–  Да. Тогда за него вступились люди и я не стала ничего с ним делать. А теперь я не могу его выпустить.

–  Почему? Он же помогал нам.

–  Он помогал себе, а не вам. Машины Аннекера были предназначены для ведения войны с драконами.

–  По своим словам ты не похожа на дракона.
– Сказал Иднер.

–  Всему то вас надо учить!
– Усмехнулась Иммара.
– В вашем языке слово дракон означает ужасное злое чудовище. Ведь так? А для нас это слово имеет иное значение. Драконы это существа, обладающие определенным набором собственных качеств. И в этот набор не входит понятие злой или добрый. Дракон это тот кто может делать то-то и то-то. А добрый он или злой зависит только от его собственных желаний. Да и понятия эти довольно относительны.

–  Почему? Добро это всегда добро.

–  Ты убил своего врага. Это добро?
– Спросила Иммара.

–  Убийство это всегда зло. Враг он или не враг.

–  И ты это делал, Иднер. Вот поэтому я и говорю, что зло и добро относительны. Тот кто никогда не совершает зла, совершает другое зло. Невозможно быть абсолютно добрым. Так устроен мир. Если ты живешь, то ты занимаешь место, которое мог занять кто-то другой. И это можно назвать злом, которое ты совершаешь.

–  Значит, ты тоже совершала зло?

–  И не мало. Были времена, когда я только и делала, что убивала. Убивала, убивала, убивала. Эти времена прошли, но это осталось со мной и я ничуть не сожалею о том что делала.

–  Почему?

–  Потому что такова вся жизнь. Они убивали нас, мы убивали их. Это была настоящая война. Только такая, что все ваши войны похожи на детские драки.

–  Тогда, кто мы для тебя?
– Спросил Иднер.

–  Мне трудно сказать точно. Во всяком случае, называть вас врагами просто язык не поворачивается. Все равно, как вы назовете своими врагами волков, живущих в лесу.