Кряк
Шрифт:
Кряк предполагал что скажет их уважаемый и по своему любимый отец Трифон.
– Я пригласил вас господа учащиеся с целью известить вас о моем позволении отлучиться вам на семь дней из стен монастыря. Я получил просьбу ваших родителей и считаю своим долгом пойти на встречу. Программу обучения вам придется
– Святой отец, о какой поездке вы говорите? – Кряк сыграл непонимание.
Лицо Отца Трифона мгновенно изменилось, восторженное стало внимательным, глаза мгновенно ощупали каждый закоулок на физиономиях мальчиков, не забыв заглянуть в омут глаз.
– Я считал, что просьба исходящая от ваших маменек и папенек инспирирована вами. Но видимо это не так. Вчера получил одновременно два письма от родителей Алессандро и от отца Кряка с просьбой отпустить вас вместе на одну неделю для встречи с отцом Енуарием – монахом из ордена святой Татьяны. Родители надеются, что сей святой человек сможет принять вас и как будущих инквизиторов наделить умом, ловкостью, беспощадной силой, преданностью нашему делу, бесстрашию, вере и еще тем, что сочтет правильным привить вашем неокрепшим умам этот благородный монах. Посоветовавшись с матушкой Екатериной, мы решили – действительно путешествие к святым отцам принесет вам пользу. Тем более в письмах есть личная просьба родителей и письма с приписками. Разумеется дам вам их прочитать. – Отец Трифон выдержал паузу пытаясь понять на сколько дошло до них сказанное. – Итак, можете отправляться в ближайшие два дня, у вас будет ровно семь дней, если вы опоздаете без уважительной причины, мы будем вынуждены применить наказание к нарушителям дисциплины,
Отец Трифон встал с места, демонстрируя бесповоротность принятого решения. Кряку только этого и надо было. Внутри он ликовал. Как легко ему удалось осуществить задуманное. Его душа наполнилась превосходством над окружающими, он по настоящему поверил в свою возможность манипулировать и силу совсем не детского ума. Что он способен повернуть ход судьбы по своему усмотрению, легко обвести вокруг пальца любого человека, будь то отец Трифон или матушка Екатерина. С помощью изворотливости и богатства закопанного в Мюнхене, он сможет осуществить грандиозные замыслы по устройству собственной судьбы. В своих силах Кряк не сомневался. Только предвкушение предстоящей бурной жизни томило его сознание.
На подготовку к поездке ушло немного времени. Деньгами Бернара очень даже пригодились. Бернар все время огорчал щепетильным отношениям к деньгам, высказал мысль записать как долг этот расход с возможностью забрать оз общей доли богатства, но Кряк жестко пресек такой подход к делу, сообщив ему об общности интересов в этом мероприятии и что каждый выполняет посильную в данный момент времени задачу. Бернар все понял, с доводами предводителя не спорил. Обнаружил большую любовью к деньгам – сребролюбие, а это как известно смертный грех, страсть очень трудно исцеляемая из души. На это замечание Кряка, ему было нечего сказать, он не хотел напоминать, что первый встал на путь наживы именно Кряк, его мечты об собственной обители – этот грех называется властолюбие. Бернар только усмехнулся про себя. Алессандро недовольно фыркнул, во всем соглашаясь с вожаком.
Конец ознакомительного фрагмента.