Кружево
Шрифт:
Он снова кивнул с отсутствующим видом.
— А правда Максина великолепная хозяйка? Об этом, по-моему, вся Франция знает!
В ответ снова последовал механический кивок.
— И, как ты думаешь, Чарльз, сколько еще. она сможет выдерживать нынешнее положение? По-моему, она дошла уже почти до ручки. Я знаю, что во Франции почти не бывает разводов, что мужья и жены здесь заводят связи на стороне, не угрожающие их браку. Но Максина любит тебя,
Джуди повернулась и посмотрела на Чарльза. Он сидел за рулем молча, вперившись взглядом в дорогу, вне себя от злости. Она заговорила снова:
— Чарльз, невозможно иметь все, что хочется. Так не бывает. Из-за какой-то глупости ты рискуешь невероятным счастьем. Господи, куда подевалась твоя любовь к семье, к комфорту и к деньгам!
Чарльз молчал, руки его еще сильнее сжимали руль. Первым его чувством был шок от того, что Джуди вообще стала обсуждать с ним столь личный вопрос. Вторым — негодование: да как она смеет! Но, когда они добрались до конторы, Чарльз уже поостыл и начал обдумывать то, что сказала ему Джуди: как может сложиться его жизнь без Максины.
Через неделю после отъезда Джуди Максина сидела как-то за белым, кружевного чугунного литья столом, что стоял под золотисто-желтой березой возле террасы. Она наблюдала за восьмилетним Жераром, который из больших желтых и оранжевых кубиков строил на траве крепость для двухлетнего Александра. Максина лениво просматривала список приглашенных на большой прием, который они собирались устроить по случаю окончания модернизации их завода шампанского и первого хорошего урожая на виноградниках их имения.
Вдруг на террасе появился Чарльз. Максина удивленно посмотрела на него: странно, что он вдруг дома в самый разгар дня.
Чарльз
Максина ждала, сердце ее колотилось изо всех сил.
Подойдя к жене, Чарльз нагнулся и поцеловал ее за ухом.
Так, как он это делал раньше.
Максина резко повернулась и посмотрела ему прямо в глаза. Увидев их выражение, она ощутила надежду и радость и почувствовала, что силы покидают ее, но потом вскочила на ноги, опрокинув кресло, на котором сидела. Чарльз заключил ее в объятия.
Он нежно сжал ее и прижал к себе. Потом наклонился через плечо Максины, взял со стола ее ручку и вычеркнул имя де Фортюни из списка приглашенных. Максина схватила его руку и поцеловала ее, у нее не было сил ее отпустить.
Некоторое время спустя Максина лежала на своей постели в спальне, ее пышные светлые волосы раскинулись по голубому шелковому покрывалу. На этот раз между ними не было той сумасшедшей, самозабвенной страсти, как в самый первый раз. Было гораздо лучше: секс соединился с чувствами и со всем тем, что они оба пережили, Чарльз беззвучно просил ее о прощении, и Максина так же беззвучно дала ему понять, что прошлое теперь уже не важно, важно только то, что есть сейчас.
— Поищи под подушкой, — прошептал ей Чарльз. Она провела рукой под кремовыми кружевами и достала маленькую ярко-красную коробочку.
— Ой, от Картье! А у меня сегодня не день рождения!
— Это не ко дню рождения. Это… навсегда, — сказал Чарльз с виноватым видом. Внутри маленькой бархатной коробочки сверкал перстень с изумительной огранки бриллиантами.
— Ты и размер угадал верно! — воскликнула Максина. Чарльз снова заключил ее в объятия, что-то любовно нашептывая ей на ухо.
— В этом семействе не только ты умеешь делать все самым наилучшим образом, — проговорил Чарльз и улыбнулся ей так, как улыбался тогда, когда они в первый раз были вместе.
Эпилог
Жизнь продолжалась. Девочки из школы «Иронделли» шли по ней каждая своим путем. Но тонкие и необыкновенно прочные нити тянулись от сердца к сердцу через страны и континент. Они еще раз встретятся, Максина и Пэйган, Джуди и Кейт. В жизни каждой из них случится многое, но это уже другая история — история Лили.