Крутой опер
Шрифт:
— Ты принадлежность дачи установил?
— А как же! Записана на подругу Осиповского Вику. Надо, Петя, данную девушку зацепить. Я с ней познакомился, обещал свести со специалистом по целлюлиту. Очень она томится излишеством задницы. Требуется Вику скомпрометировать, чтобы использовать по Осиповскому. Ей, похоже, майор доверяет всецело. Значит, она в курсе многих его дел. А как женщину скомпрометировать? Самый верный способ склонить к случайной половой связи. Вряд ли будет трудно: она за избавление от целлюлита, как я понял, кому
— Зачем же ей давать кому попало? — Ситников усмехнулся. — У меня на участке есть один врачишка. Гвидонов ему фамилия, гинеколог. Попадался на кое-каком криминале, но я его не привлек, имея в виду вот такие возможные оперативные нужды. Он красавец мужик, хорошего роста, усатый. От баб отбоя нет. Гвидоныч этой Вике осмотр по полной форме и произведет, вроде бы для определения целлюлита и последующей операции…
— Лады, Петя. Сговорись с ним, а я Вике сообшу, что готов ее высший специалист принять… Ну, на сегодня, кажется, во всем разобрались. Темни Ашоту насчет Яши, если будет приставать.
Ситников кивнул и сказал:
— Бывай здоров! Поддержим марку московского угро. Наша уголовка еще при царе-батюшке неплохая была. С каких дел в первопрестольной какие-то салабоны из каких-то гуопов-руопов масть хотят держать?
Кострецов вышел от Ситникова и направился в отдел прямо к подполковнику Миронову.
Постучал в его дверь, с деланной робостью перешагнул порог кабинета. Кость помнил, что подполковник в последнюю их встречу порадовался его поведению, когда он смирил свой норов перед седым начальником.
— Заходи, Сергей, — пригласил Миронов. — Чем порадуешь? Садись.
Кострецов приземлился на стул у стола и сказал проникновенным голосом:
— Товарищ подполковник, правы вы были с самого начала, когда стали интересоваться фигурой Яши Тундры. Действительно, помогал он мне, давал информацию по криминалитету.
— А ты думал старого волкодава провести? — Миронов расплылся в улыбке.
— Так не думал, но хотел Яшу прикрыть, чтобы полегче было его взять. Дело в том, что главный его хозяин высоко сидит. Опасался, как бы он своего внештатника не предупредил, узнав о моих планах.
— Тундра что, ведомственный осведомитель?
— Так точно. Куратор его — майор ГУУРа Осиповский.
— Во-он как, — протянул Миронов, — то-то этот майор и по телефону нам звонил, и здесь суетился.
Кострецов понял, что Осиповский в тот день, когда к нему заглядывал, и Миронова навестил. Да и звонил наверняка не только Славику Унькову.
— Беспокоится майор за своего ценного информатора, — сказал Сергей — Меня вот тоже просил не распространяться никому о Яше. Но я решил, что вы должны это знать.
— А ты у кого служишь, Кострецов? — Миронов грозно глянул. — ГУУР высоко, а я — твой непосредственный начальник!
— Прекрасно отдаю себе отчет, товарищ подполковник.
— Дурак, что ли, этот майор? — задумчиво произнес Миронов. — Его Тундру обыскались, а он скрывает информацию. Возможно, тоже потерял своего осведомителя?
— Все может быть. Я у Осиповского был на днях. Он снова настойчиво повторил просьбу не засвечивать Яшу как его сотрудника. Да еще грозил, что если буду болтать, прижмет меня по линии нашего отдела собственной безопасности, — выплескивал Кострецов все, чем мог насолить ему Осиповский.
— А что у него на тебя есть?
— Да я разрабатывал сретенского Ашота, хозяина закусочной. Он противостоял Яше Тундре во всей этой истории, кончившейся убийством Толяныча и поджогом зала. Внедрился я к нему под блатного. Ашот клюнул и нанял меня ликвидировать ундру.
— Ты, я смотрю, Кострецов, времени все же не теряешь, — похвалил подчиненного подполковник.
— Стараюсь. И в ходе внедрения попал я в разборку Ашота с бандой Маврика, которая после убийства Толяныча была в розыске. Мне пришлось выбирать: или задерживать Мавриковых, или вести себя перед Ашотом по легенде. Мной было принято решение: не раскрываться перед Ашотом.
Разозлился Миронов.
— Так поэтому гуоповпы нам пинка и дали! У тебя Мавриковы в руках были, а ты на занюханного Ашота их променял?
— Было оправданно, товарищ подполковник. В результате моей оперразработки Ашота удалось установить, что он внештатный сотрудник ГУОПа, — брал на себя успехи Ситникова капитан, чтобы не подставлять Петю. — Осведомитель ГУОПа нанимает киллера. Это как вам нравится?
— Ага! — Подполковник разозлился еще больше. — Вон с чего меня гуоповцы все последнее время этим Тундрой терзали!
Сами преступника для работы используют и на такого же мерзавца Тундру ополчились! Твоя информация по Ашоту предельно закрыта?
— Так точно. Докладываю только вам.
— Работай спокойно, капитан. А отдел собственной безопасности, возможно, вскоре не тобой, а майором Осиповским займется.
— Можно идти? — спросил, вставая, Кострецов.
— Что по ограблению ахлоповского банка?
— Ухватил след, товарищ подполковник. Но разрешите подробно пока не докладывать.
— Хорошо, действуй. Можешь идти, капитан.
На устранение Яши Тундры пошли киллеры Осиповского под псевдонимами Четвертый и Пятый.
Четвертый в подъезде поднялся к квартире Яши, встал около, прижавшись к стене на случай стрельбы через дверь изнутри.
Пятый взобрался по пожарной лестнице со двора, опробованной ночью на прочность человеком из информтройки банды. Остановившись напротив окна Тундры, Пятый переложил в нагрудный карман комбинезона нож и посмотрел на часы. В назначенную минуту в квартире должен был прозвенеть звонок Четвертого в дверь.