Крупным планом
Шрифт:
Шасси мягко толкнулись в землю, самолет вздрогнул и покатился по бетонной полосе, постепенно сбавляя скорость. В иллюминаторы с неестественной силой жарило солнце. Конечно, в Городе Ангелов погода тоже не заполярная, но все же старушка Европа — это нечто особенное, тут в южных широтах принято как следует прогревать кости. Пассажиры аплодировали, благодаря пилотов за удачную посадку. Блондинка рядом аплодировала тоже.
Джетро недисциплинированно отстегнул ремень безопасности еще до того, как погасло соответствующее табло, встал и вытащил из багажного отсека свой рюкзак, потом —
— Приехали.
— Спасибо. — Она взялась за ремень сумки.
Джетро вздохнул и перехватил инициативу.
— Давайте я вам помогу. — И не удержался, спросил: — Что у вас там? Золотой запас Америки?
— Книги, — созналась она.
— Любовные романы, — предположил Джетро.
— Маркетинг, — не поддалась на провокацию главная героиня. — Мне это понадобится на четвертом курсе.
Джетро едва не спросил — на четвертом курсе чего, института благородных девиц? Но тут же вспомнил, что белокурая выскочка учится в Гарварде. Он еще хотел спросить, уверена ли она, что на съемках у нее теперь будет время читать, однако вовремя вспомнил, что это не его дело, пожал плечами и взялся за сумку.
Барселонское солнце, уже намекавшее о своей злонамеренной политике при взгляде в иллюминаторы, теперь облизывало выходящих на трап пассажиров горячим влажным языком. Чувствовалась близость моря — в соленом ветерке, теребившем волосы, в торчавших там и сям пальмах, в толпах копчено-загорелых туристов.
Джетро не удивляло море, он привык, что рядом обретается большое количество воды, однако Средиземное ему нравилось всегда. Бутылочно-бирюзовой водой, соленым прибоем и европейской бесшабашностью. У испанцев все было просто, даже море.
Фортман донес сумку мисс Хедж ровно до ближайшего носильщика и сгрузил на того, не заботясь более о моральной составляющей. Питер может быть доволен: руководитель каскадерской группы проявил подобающий такт, донес вещи беспомощной блондинки и даже пару вопросов ей задал. Робин Гуд, джентльмен, два в одном флаконе, экономичный вариант.
Джетро нацепил зеркальные солнечные очки, благополучно отгородившись от близких контактов третьего вида, и, для проформы кивнув мисс Хедж, отправился к своим каскадерам. Им-то рюкзаки таскать не нужно, даже девушкам.
Глава 6
Кэрри привыкла просыпаться рано. Возможно, эта привычка была навязана сестрам Хедж бешеным материнским графиком: за всю свою жизнь Кэрри не помнила случая, чтобы мать просыпалась после семи. Отец — тот мог до двенадцати сладко проспать, а вот женская половина семьи оказалась «жаворонками».
По утрам Кэрри бегала. Она не изменяла своей привычке нигде — ни в Гарварде, ни в Майами, ни в любой другой точке земного шара, куда бы ее ни забросила судьба. Хоть на льдине, в компании пингвинов, день должен начинаться с пробежки — и точка. Почему Барселона должна стать исключением?
Разница во времени, конечно, ощущалась, поэтому вчера вечером Кэрри сильно тянуло в сон, она легла рано — зато с легкостью проснулась в пять утра по местному времени без звонка будильника. Короткий душ, майка, шорты, кроссовки —
Конечно, там никого не было, кроме портье и дежурного швейцара. Портье появлению девушки не удивился, наоборот, растянул губы во впечатляющей улыбке.
— Доброе утро, чем могу вам помочь?
По-английски он говорил с сильным акцентом, но понятно и чисто. Кэрри глянула на беджик испанца.
— Доброе утро, Хавьер. Спасибо, ничего не нужно, скажите только, когда завтрак?
— С семи, мадемуазель. — То ли посчитал, что она француженка, то ли так заигрывает. — Вы отправляетесь на пробежку? Удачи.
Утренние улицы были почти пустынны. Отель располагался в самом центре города, и Кэрри, бодрой трусцой завернув за угол, оказалась на улице, где были расположены строения работы знаменитого архитектора Гауди.
— Ух ты.
Она бежала немного медленнее, чем всегда, даже периодически останавливалась совсем, чтобы получше рассмотреть причудливые фасады, окна и балконы, но и не задерживалась надолго: все это можно будет подробно разглядеть потом, выйдя на вечернюю прогулку. Съемки должны были начаться лишь на следующий день, а день после прилета был отведен на подготовку.
Кэрри еще почти не видела костюмов, не знала, как ее будут гримировать, она словно в полусне была, когда улетали из Лос-Анджелеса, и теперь расплачивалась за это. Следовало быть внимательнее.
Ничего. Она ведь умеет и любит работать. Она сможет заменить Эвелин, ничего сложного. Пусть мечта чужая, но со своей она так пока и не разобралась, так что временно можно побыть доброй феей. Кэрри старалась не думать о том, что скажет мама, когда узнает. Ой, чего она только не скажет…
Девушка вернулась в отель после часовой пробежки и в холле — вот досада! — едва не налетела на этого не очень приятного человека, Джетро Фортмана. Судя по его шортам и футболке, каскадер тоже не пренебрегал спортом, только на пробежку отправлялся на час позже и не собирался выходить за пределы отеля — двигался прямиком в расположенный на первом этаже спортзал.
При виде Кэрри Фортман хмыкнул и оценивающе окинул ее взглядом с головы до ног.
— Доброе утро. — Кэрри решила быть выше этих его взглядов и вообще выше Фортмана, хотя последнее, конечно, было нелегко. — Как спалось?
— Вас действительно это интересует?
— Нет, я спрашиваю из вежливости, — честно ответила Кэрри.
— Ну что ж, по крайней мере искренне. Спасибо, спалось неплохо. А вам?
— И мне хорошо.
— Все? — Фортман явно издевался. — Или поговорим о погоде?
Ну что она ему сделала? И так непросто вписаться в абсолютно незнакомый коллектив… Кэрри напомнила себе, что, когда она закончит Гарвард и займется собственным бизнесом, ей придется иметь дело с разными людьми. С недружелюбно настроенными — тоже.
— Конечно, мы непременно поговорим о погоде, мистер Фортман, — улыбнулась Кэрри, стараясь прямо, не моргая смотреть в его насмешливые зеленые глаза, — если вам так угодно. Но вы, кажется, куда-то торопились? Впрочем, я не сомневалась, что искушение сказать мне утром пару добрых слов затмит для вас радости тренировки.